Глава 32: «Тело говорит „нет“»
Лу Сюань отсчитал торговцу тридцать два духовных камня и принял из его рук детеныша зеленоглазой облачной рыси.
Чтобы звереныш не сбежал, продавец в придачу отдал Лу Сюаню черный шнурок, который уже был повязан на шее облачной рыси.
Удерживая один конец шнура в руке и бережно прижимая к себе облачную рысь другой, Лу Сюань покинул рынок.
Перед возвращением домой он специально заглянул в лавку, где ранее покупал красноусых карп-рыб.
Малыш облачной рыси был весь покрыт ранами, и его следовало выходить. А эта лавка как раз специализировалась на продаже всевозможных духовных питомцев, да и целебные мази для магических зверей там тоже имелись.
Купив небольшую баночку снадобья, Лу Сюань вместе с облачной рысью вернулся к себе во двор.
— Ну же, хорошая моя, не дергайся, сейчас я развяжу эту веревку.
Лу Сюань ласково успокаивал маленькую облачную рысь, ловко распутывая черный шнурок.
— Отныне это твой дом. Веди себя смирно и наружу без спросу не носа не показывай, иначе тебя живо сцапают злые люди с дурными намерениями.
Лу Сюань попытался припугнуть облачную рысь. Детеныш широко раскрыл пару изумрудно-зеленых глаз, холодно зыркнул на человека и принялся оглядываться по сторонам, изучая обстановку в комнате.
Заметив, что облачная рысь ведет себя относительно спокойно, Лу Сюань немного расслабился и сосредоточил внимание на ее угольно-черном мехе.
В его голове тут же промелькнуло чужое знание.
«Зеленоглазая облачная рысь – магический зверь первого ранга. Питается яйцами духовных птиц, мясом магических животных и тому подобным.
Обладает необычайными очами, способными видеть сокрытое от обычных взоров, распознавать иллюзии и зреть истинную суть вещей».
— И впрямь редкая порода, — восхищенно покачал головой Лу Сюань. — Да и глазки эти непростые.
Обычно духовные звери ограничены оковами своей родословной, и их сила редко выходит за пределы изначального ранга. Однако это не касалось редких мутаций, которые изредка встречались среди магических созданий.
Такие особи обладали куда более удивительными свойствами, и шансы преодолеть ограничения крови у них были значительно выше.
«Я – рысь, пришедшая с севера. Я бреду по бескрайней пустоши, израненная и одинокая, но одиночество – моя услада… У-у-у…»
Таковы были сиюминутные мысли зеленоглазой облачной рыси.
Глядя на то, как эта покрытая ссадинами кроха изо всех сил пытается сохранить горделивый вид, Лу Сюань почувствовал, как в его сердце шевельнулась жалость.
— Ну же, давай сначала смажем твои раны.
Он мягко прижал ладонью голову зеленоглазой облачной рыси, аккуратно зажал ее голенями, чтобы та не вырывалась, и, зачерпнув немного мази, принялся осторожно наносить ее на поврежденные места.
Вскоре на черной шкурке облачной рыси появилось множество белесых пятен от лекарства, из-за чего ее благородный вид изрядно пострадал.
— Вот и все. В ближайшие дни старайся поменьше прыгать, чтобы раны затянулись корочкой. Нанесем мазь еще разок-другой, и все заживет.
Зеленоглазая облачная рысь продолжала холодно смотреть на Лу Сюаня.
— Иди-ка сюда, дай я тебя потискаю.
Почувствовав ее глубокое одиночество из безмолвного мысленного отклика, Лу Сюань не удержался от желания погладить эту большую кошку.
Он поманил зеленоглазую облачную рысь рукой, но та лишь слегка дернула коротким хвостом, не тронувшись с места.
— Ого, какая упрямица.
Лу Сюань сам потянулся к ней, сгреб в охапку и ласково погладил по голове, легонько потрепав пушистые серо-белые кисточки на острых ушках.
— М-р-р-у-у…
Когда его разум слился с чувствами облачной рыси, Лу Сюаню показалось, что он уловил тихий, довольный рокот.
Однако, опустив взгляд, он наткнулся на абсолютно безучастные изумрудные глаза – словно этот ласковый звук был лишь плодом его собственного воображения.
Лу Сюань тихо рассмеялся, прошел на кухню, отрезал кусок вяленого мяса иглобрюха, нарвал его тонкими волокнами и положил перед зеленоглазой облачной рысью.
— Угощайся мясом иглобрюха. Я и сам-то его редко ем, берегу.
Облачная рысь скосила свои зеленые глазища на аппетитные волокна вяленого мяса. Словно ступая по четырем крошечным облачкам, она медленно приблизилась к угощению и с исключительным изяществом принялась отправлять кусочки в свой маленький рот.
— Вкусно? — Вкрадчиво поинтересовался Лу Сюань.
Зеленоглазая облачная рысь продолжала неторопливо жевать, делая вид, будто ест исключительно ради выживания.
Но Лу Сюань подметил, как слегка подогнулись ее лапки, как округлились изумрудные глаза и как высоко поднялись кисточки на ушах.
Он вновь прислушался к ее мыслям.
«М-р-р-у-у… О боги, кто бы знал! Сегодня мне перепала штука под названием „мясо иглобрюха“… Какая же это вкуснятина!»
— Ха-ха-ха!
Лу Сюань не сдержал веселого смеха. Теперь он окончательно раскусил эту маленькую облачную рысь.
На первый взгляд она казалась неприступной и высокомерной, но в глубине души отчаянно нуждалась в тепле и заботе. Она просто прятала свои чувства за напускной холодностью. Не умей Лу Сюань считывать истинное состояние духовных растений и зверей, он бы ни за что об этом не догадался.
— Тело говорит «нет», а в душе так и таешь от счастья, верно?
Уголки губ Лу Сюаня поползли вверх, и он, невзирая на слабое сопротивление, ласково взъерошил шерстку на голове детеныша.
Когда зеленоглазая облачная рысь закончила трапезу, Лу Сюань сходил к духовному источнику и набрал пиалу чистой воды.
Рысенок принюхался розовым носом к воде, а затем высунул нежный язычок и принялся аккуратно лакать.
Накормив и напоив питомца, Лу Сюань вынес его на руках в огород.
— Это мои духовные растения, каждое из них для меня на вес золота. Когда будешь гулять во дворе, даже не думай их портить, иначе пеняй на себя.
— И еще: красноусых карп-рыб в пруду тоже не трогай. Если однажды я недосчитаюсь хоть одной чешуйки, спрошу с тебя по всей строгости.
Зеленоглазая облачная рысь безучастно оглядела двор, даже не поведя ухом.
Лу Сюань прекрасно понимал, что за этим равнодушием скрывается совсем иное, и унес ее обратно в дом.
Оставив малыша отдыхать в комнате, Лу Сюань в одиночку вернулся на поле. Он тщательно осмотрел каждый росток, удовлетворяя малейшие нужды своих зеленых питомцев.
Затем он бросил горсть духовного риса в пруд, дождался, пока красноусые карпы сьедят все до последнего зернышка, и лишь после этого вернулся в дом.
К тому времени уже сгустились сумерки.
Едва переступив порог, Лу Сюань заметил устремленный на него пристальный взгляд зеленых глаз. Но стоило ему показаться в дверях, как облачная рысь тут же отвела взор в сторону, притворившись, будто смотрит на стену.
— Иди сюда, ложись со мной.
Завершив вечернее самосовершенствование и умывшись, Лу Сюань собрался лечь в постель.
Посмотрев на свернувшуюся неподалеку в клубок зеленоглазую облачную рысь и чувствуя ее внутреннее одиночество и тоску, он похлопал по краю деревянной кровати, приглашая ее запрыгнуть.
Малыш лишь зажмурил глаза, проигнорировав призыв.
Лу Сюань не стал настаивать.
Он задул свечу и закрыл глаза, проваливаясь в сон.
Спустя некоторое время Лу Сюань приоткрыл веки и обнаружил, что в темноте на него в упор смотрят два светящихся зеленых огонька.
«Ах да, она же ночной хищник… Не хватало еще, чтобы она колобродила всю ночь», – проворчал про себя Лу Сюань.
Он поднялся, аккуратно подхватил рысенка под здоровые места и, не обращая внимания на слабое брыкание лап, устроил его на свободном краю постели.
— Спи давай, егоза!
Лу Сюань укрылся одеялом и закрыл глаза.
Вскоре его дыхание стало ровным и глубоким.
Почувствовав исходящее от человека тепло, зеленоглазая облачная рысь посмотрела на спящего Лу Сюаня, шевельнула коротким хвостом и тихонько прикрыла свои изумрудные глаза.
(Конец главы)