Глава 295: «Пилюля таинственного инь»
Над бескрайней морской гладью постепенно воцарялся покой. Практики из клана Сун общими усилиями одолели большую часть морских тварей, и битва сошла на нет. Лишь несколько уцелевших чудовищ еще отчаянно сопротивлялись, остальные же были либо убиты, либо обращены в бегство.
Облегченно вздохнув, практики принялись зачищать поле боя.
Вдруг раздался громкий всплеск.
Из-под воды вынырнули несколько десятков обезглавленных туш морских тварей. Вода вокруг стремительно окрасилась в багровый цвет от хлынувшей крови.
Пока все в недоумении переглядывались, Лу Сюань целым и невредимым выпрыгнул из глубин. Жемчужина Водного Пути скользнула из его рта прямо в рукав, а затем – в мешок для хранения.
— Почувствовал, что стая тварей пытается незаметно пробраться по дну, вот и спустился разобраться с ними, — непринужденно пояснил Лу Сюань, завидев приближающегося к нему изящного практика по имени Сун Юй. — Правда, дело не терпело отлагательств, так что пришлось ударить в полную силу, дабы не рисковать. Из-за этого моя наступательная палочка-выручалочка начисто снесла им головы.
— Дядя-наставник, вы изрядно потрудились! — Поспешно отозвался Сун Юй. — К счастью, вы оказались рядом, иначе даже представить страшно, сколько духовных рыб пустоты мы могли бы лишиться.
— Каковы потери среди людей клана Сун после этого внезапного нападения? — Спросил Лу Сюань.
— В целом все обошлось малой кровью. Под натиском такого полчища ранения получили около двадцати человек. Пятеро из них ранены тяжело, им потребуется должный уход и время на восстановление, — Сун Юй виновато опустил голову, и в его голосе зазвучала горечь. — Кроме того, по неосторожности погиб один молодой сородич на пятом уровне Конденсации Ци. Его и еще нескольких человек окружили десятка два тварей второго ранга. Одна из них внезапно впала в безумное неистовство и бросилась в суицидальную атаку. Я не успел прийти на помощь, и юноша пал смертью храбрых.
Вместе с тем Сун Юй испытывал глубочайшее облегчение.
Внезапный налет сотен морских чудовищ на нерестилище духовной рыбы пустоты при обычных обстоятельствах унес бы в десять раз больше жизней, не говоря уже о колоссальной потере улова.
И лишь благодаря присутствию Лу Сюаня, мастера на стадии Возведения Основания, клану удалось раз за разом сдерживать натиск и без особого труда подавить вторжение.
При этой мысли Сун Юй и остальные практики клана Сун посмотрели на Лу Сюаня с глубочайшей признательностью в глазах.
— Позаботьтесь о раненых как следует, а семью погибшего обязательно обеспечьте всем необходимым, — напутствовал Лу Сюань.
— И еще… Приведите в порядок туши этих тварей. За них наверняка можно выручить неплохую сумму в духовных камнях.
— Слушаюсь, дядя-наставник Лу! Я улажу все дела в кратчайшие сроки, — Сун Юй мгновенно уловил намек и поспешил заверить собеседника:
— Также я велю немедленно разделать туши и выгодно продать их. Как только выручим духовные камни, я тут же принесу причитающуюся вам долю.
На поле боя осталось более двухсот туш. Разумеется, клан не мог отдать Лу Сюаню абсолютно всю добычу, но его доля определенно будет весьма щедрой.
— Хорошо, тогда я спокоен, — удовлетворенно кивнул Лу Сюань. Он приложил немало усилий для отражения этой угрозы, и просто так раздаривать добычу было не в его правилах. Он не отличался жадностью, но и упускать свою выгоду не собирался.
Обойдя прилегающую акваторию и убедившись, что поблизости больше нет ни одной твари, Лу Сюань вернулся в свою усадьбу.
Хотя духовное поле во дворе не было защищено высокоранговыми формациями вроде Массива Тысячи Иллюзий и Облачного Тумана, Лу Сюань все же установил здесь барьер второго ранга, что по меркам острова Кунмин считалось весьма надежной защитой.
Активировав массив, он, даже не думая об отдыхе, сразу направился вглубь духовного поля.
Для стоглазого призрачного дерева и двух оставшихся каменных грибов с призрачным ликом был выделен отдельный участок, надежно изолированный от обычных растений.
Лу Сюань подошел к стоглазому призрачному дереву.
На его узловатом стволе, напоминающем иссохшую человеческую кожу, разом распахнулись несколько десятков глаз. Зловещие зрачки, медленно перекатываясь по коре, уставились на него холодным, немигающим взором.
Куда бы ни делал шаг Лу Сюань, глаза послушно следовали за ним, буравя его взглядом.
Под прицелом стольких противоестественных очей разум Лу Сюаня на мгновение подернулся дымкой.
Но от висевшей на шее Непорочной Яшмы тут же повеяло спасительной прохладой, и наваждение мгновенно рассеялось.
— Куда я, туда и вы зрите. Смотрите у меня, обвиню в домогательствах, — в шутку пригрозил Лу Сюань. Он достал из мешка для хранения несколько десятков свежих глазных яблок морских тварей и бросил их к подножию стоглазого призрачного дерева.
— С пылу с жару! Ранг, конечно, так себе, зато заморский деликатес.
Из зловещих глазниц дерева вырвались десятки почти прозрачных тонких щупалец. Они ловко нанизали глазные яблоки чудовищ и подтянули их к стволу, принимаясь с жадностью высасывать соки.
«Четвертый ранг… Мое первое созревающее растение четвертого ранга. Интересно, какую награду принесет этот световой шар?», – с предвкушением подумал Лу Сюань, глядя на трапезу стоглазого призрачного дерева.
Затем он перевел взгляд на росшие неподалеку каменные грибы с призрачным ликом.
Сфокусировав зрение, он заметил, что полупрозрачная шкала под одним из них полностью заполнилась.
«Еще один созрел окончательно».
Лу Сюань бросил взгляд на причудливые узоры на шляпке гриба, складывающиеся в отчетливое, словно живое лицо, и аккуратно срезал его.
В голове привычно всплыла подсказка:
«Каменный гриб с призрачным ликом, растение третьего ранга. Взращивается на обиде и злобе неприкаянных душ. Может использоваться для помощи в освоении некоторых зловещих техник, значительно ускоряя их изучение».
Убрав этот гриб отличного качества в мешок для хранения, Лу Сюань сосредоточил все внимание на белом световом шаре, беззвучно возникшем на земле.
Шар слабо мерцал, источая едва ощутимый ледяной холод.
Стоило Лу Сюаню слегка коснуться его, как сгусток света рассыпался мириадами искр. На мгновение они соткались в едва различимый призрачный лик и тут же скользнули в его тело.
В сознании промелькнула мысль, а на ладони Лу Сюаня оказалась идеально круглая пилюля.
Размером с голубиное яйцо, мертвенно-белого цвета, она обжигала ладонь чистейшей энергией инь. На ее поверхности проступали странные узоры, которые, казалось, непрерывно шевелились.
Лу Сюань всмотрелся в пилюлю, и перед его внутренним взором тут же развернулось подробное описание:
«Пилюля таинственного инь, лекарство четвертого ранга. Создана из множества редчайших материалов запредельного инь и содержит колоссальный объем чистой морозной энергии. Настоящее лакомство для призрачных зверей и нечисти. Позволяет практикам-призракам, совершенствующим соответствующие техники, колоссально увеличить запасы духовной силы в теле».
«Пилюля четвертого ранга… Жаль только, слишком уж она мрачная, мне сейчас совсем ни к чему», – мысленно вздохнул Лу Сюань. Никаких призрачных тварей он не держал, да и его собственная духовная сила была чистой и гармоничной. Попытка принять эту пилюлю четвертого ранга могла лишь навредить его меридианам.
«Впрочем, для какого-нибудь темного практика эта пилюля таинственного инь станет сокровищем высшей пробы. Нужно будет найти возможность сбыть ее и выменять на что-нибудь полезное».
С этой мыслью он посмотрел на единственный оставшийся каменный гриб с призрачным ликом.
Из пяти погруженных в спячку грибов, что он когда-то выкопал в тайной обители, четыре уже принесли плоды.
Возможно, благодаря тому, что большую часть времени они выращивались с опережением его собственного ранга, да и сам сорт был крайне редким, награды из четырех белых световых шаров оказались превосходными.
Два гриба дали по артефакту четвертого ранга – фонарю призыва душ, третий принес призрачную маску тысячи слуг того же четвертого ранга, а четвертый одарил его этой пилюлей таинственного инь.
Единственная досада – все эти растения принадлежали к загробному миру, а потому и награды из световых шаров несли в себе отчетливую печать иного света. За исключением призрачной маски тысячи слуг, ни фонари призыва душ, ни пилюля таинственного инь для личного пользования ему не подходили.
(Конец главы)