Глава 1039: «Ох, и подставили же вы меня!»
— Циншуан, ты говоришь, что завела в секте знакомство с невероятно известным внутренним учеником? — Высоко в небе Чэнь Юйцю в очередной раз обратился к летящей рядом Чэнь Циншуан, и на его лице по-прежнему читалось крайнее недоверие. — И этот внутренний ученик мало того что находится на поздней стадии Формирования Ядра, так еще и пользуется глубоким расположением самого Владыки Меча Хуаньчжэня? И даже на прошлом великом состязании Пиков Меча умудрился завоевать сразу три высшие оценки «превосходно»?
— …И что самое главное, — продолжил он, — этот человек действительно готов протянуть руку помощи нашей семье Чэнь?
— Все чистая правда, дядя-дедушка, вы спрашиваете об этом уже в третий раз, — с легким вздохом ответила Чэнь Циншуан. Она чувствовала себя немного беспомощно: то ли этот почтенный старец на старости лет стал слишком забывчив, то ли просто никак не мог поверить своему счастью, но за всю дорогу он уже трижды задал одни и те же вопросы. — Старший Лу действительно пообещал мне, что в случае беды я могу обратиться к нему за поддержкой.
— В это и впрямь трудно поверить, — пробормотал Чэнь Юйцю, позволяя тончайшим, витающим в вышине нитям ци меча безвредно скользить по своей коже.
Когда-то давно он сам много лет совершенствовался в Даосской Секте Лиян, но так и не сумел пробиться на стадию Формирования Ядра за отведенный срок. Не желая влачить жалкое существование в роли внешнего ученика, он вернулся в семью Чэнь, чтобы унаследовать родовое дело. Позже, пройдя через неисчислимые трудности, он по чистой случайности все же совершил прорыв, однако его жизненный путь уже близился к закату, а запас лет иссякал.
Но даже при этом он прекрасно понимал, какой огромный вес имеют слова Чэнь Циншуан.
Внутренний ученик на стадии Формирования Ядра, заслуживший столь высокое признание от самого Владыки Меча, несомненно, обладал выдающимися способностями. А три высшие оценки на состязании пиков лишь подтверждали это.
— Три высшие оценки… Этот даосский друг Лу Сюань воистину чудовищно одарен, – подумал старец.
Насколько он помнил, даже те, кто получал хотя бы вторую оценку «хорошо», на любом пике считались любимцами небес. А этот человек умудрился взять сразу три высшие – поистине непревзойденный результат.
— Если все так, как говорит Циншуан, то этот внутренний ученик, искусный в выращивании духовных растений и создании талисманов, занимает на своем пике положение едва ли ниже, чем у мастеров на стадии Зарождающейся Души. Проблема нашей семьи Чэнь решится для него одним-единственным словом.
Раздираемый одновременно тревогой и робкой надеждой, Чэнь Юйцю последовал за Чэнь Циншуан на Пик Меча Парящей Пустоты.
В своей обители Лу Сюань, выслушав рассказ Чэнь Циншуан о цели их визита, погрузился в раздумья.
— Значит, тот рудник изначально находился под управлением семьи Чэнь? — Негромко спросил он.
— Все верно, даосский друг Лу, — почтительно ответил Чэнь Юйцю. — Обслуживание, очистка и добыча на руднике требуют множества практиков низких ступеней. Семья Чэнь живет поблизости, поэтому нам крайне удобно им управлять, и из года в год это дело доверяли нам. Семья Чжан находится чуть дальше, к тому же они владеют двумя лекарственными садами, принадлежащими секте. Однако их жадность не знает границ – они решили прибрать к рукам еще и наш рудник. Ваш покорный слуга оказался в безвыходном положении, а потому пришел просить помощи у даосского друга Лу. Надеюсь, вы проявите милость ради памяти нашего предка и замолвите за нас словечко.
— Хорошо, я отправлюсь с вами и во всем разберусь, — спокойно ответил Лу Сюань.
Семья Чжан была лишь небольшим кланом, который, собрав все силы, мог выставить лишь троих практиков Формирования Ядра. К тому же они находились под властью секты и изначально были не правы в этом споре. Лу Сюань быстро принял решение.
«Остаточная воля духа меча предка семьи Чжан в Озере Сердечного Меча – это самое простое дело. Достаточно лишь присмотреть за его потомками. Если благодаря этому я заполучу ее, то в будущем смогу вплавить в высокоранговый летающий меч, что многократно увеличит его мощь и духовность, сэкономив мне годы кропотливого взращивания оружия», – размышлял он про себя.
— Благодарю вас, старший! — Воскликнула Чэнь Циншуан.
— Премного благодарен, даосский друг Лу! — Вторил ей Чэнь Юйцю. На лицах обоих отразилась неподдельная радость, и они одновременно склонились в глубоком поклоне.
Раз уж Лу Сюань согласился вмешаться, то тяготившая их проблема должна была разрешиться без особого труда.
— Тот человек с Пика Меча Парящей Пустоты – это ведь Чжан Сяочжи, верно? — Тихо уточнил Лу Сюань.
— Да, именно так. Он – самый одаренный представитель молодого поколения семьи Чжан в нашей секте, — склонив голову, подтвердил Чэнь Юйцю.
— Для начала навестим его и узнаем, что думает семья Чжан, — Лу Сюань поднялся с места, велел белой обезьяне охранять обитель и вместе с гостями стремительно полетел к Пику Меча Парящей Пустоты.
Этот пик, окутанный клубами сияющего тумана и пронизанный величественным дыханием, по праву считался сильнейшим среди всех девяти пиков меча.
Расспросив встречного ученика, Лу Сюань выяснил, где находится обитель Чжан Сяочжи, и направился прямиком туда.
— Младший брат Лу! Прибыл на Пик Меча Парящей Пустоты и даже не заглянул проведать старшего брата? — Раздался голос, и издалека молнией метнулся поток света. Когда сияние рассеялось, перед ними предстал красивый молодой человек с легкой, непринужденной улыбкой на губах.
Это был Вань Чжун, который когда-то вместе с Цзянь Хуаньчжэнем посещал Великое Собрание Мириада Душ в Даосской Секте Лиян. Он находился на стадии совершенства Формирования Ядра, уже наполовину перешагнув порог Зарождающейся Души, и пользовался огромной славой среди внутренних учеников.
Они с Лу Сюанем быстро сошлись характерами, а поскольку Лу Сюань никогда не скупился и щедро угощал его редким духовным вином, их дружба стала весьма крепкой. После того как Лу Сюань завоевал три высшие оценки на состязании, их отношения стали еще ближе. Прослышав, что приятель прибыл на его пик, Вань Чжун тут же поспешил навстречу.
— Виноват, старший брат, — с виноватой улыбкой отозвался Лу Сюань. — Я лишь подумал, что ты сейчас находишься на важнейшем этапе подготовки к прорыву на стадию Зарождающейся Души, и побоялся потревожить твое уединение.
— Какое еще уединение? Прорыв на стадию Зарождающейся Души – дело естественное, все придет само собой, — Вань Чжун весело усмехнулся.
Сопровождавшие Лу Сюаня спутники притихли. Эти слова прозвучали для них слишком уж вызывающе.
— Эх, мне бы твой талант, старший брат, — совершенно искренне вздохнул Лу Сюань.
Хотя сам он получал огромное количество духовной силы и сокровищ из световых сфер, перед лицом истинных гениев совершенствования он все же испытывал легкую зависть.
— Кстати, младший брат Лу, какое у тебя дело на нашем пике? — С любопытством спросил Вань Чжун.
— Да так, пустяк. Хотел поговорить с одним из внутренних учеников, — непринужденно ответил Лу Сюань.
— О? И с кем же?
— С даосским другом Чжан Сяочжи.
— …С кем-кем? — Переспросил Вань Чжун, явно не признав имени.
— Он находится на ранней стадии Формирования Ядра, вступил на наш пик всего несколько лет назад, — подсказал Лу Сюань.
— А, вспомнил, — кивнул Вань Чжун и поспешил оправдаться:
— Просто внутренних учеников на нашем пике слишком много, всех и не упомнишь. Младший брат Лу, зачем тебе самому к нему идти? Давай я просто передам ему слово, и младший брат Чжан сам явится в мою обитель.
Он щелкнул пальцами, и черная бумажная лилия-талисман устремилась в море облаков, пронизанное ци меча.
— Пойдем ко мне, посидим. У меня как раз припасено отличное мясо духовного зверя, не хватает только твоего чудесного вина, — улыбаясь, Вань Чжун похлопал Лу Сюаня по плечу и жестом пригласил Чэнь Юйцю и Чэнь Циншуан следовать за ними.
— Что ж, тогда я с удовольствием угощусь, — согласился Лу Сюань. Он кивнул своим спутникам и вместе с Вань Чжуном быстро полетел к его пещере.
Оказавшись внутри, хозяин обители тут же достал несколько десятков цзиней свежего мяса духовного зверя пятого ранга и велел слугам приготовить его. В сочетании с возвращающим к истине мечевидным нектаром, который выставил Лу Сюань, они устроили настоящий пир, наслаждаясь угощением в полной мере.
Чэнь Юйцю и Чэнь Циншуан тоже получили по тарелке и ели очень медленно, тщательно пережевывая каждый кусочек, боясь упустить хоть каплю драгоценной духовной энергии.
— Сяочжи приветствует старшего брата Ваня! — Раздался снаружи чистый, звонкий голос.
— Заходи, — невнятно пробормотал Вань Чжун с набитым мясом ртом.
— Чжан Сяочжи приветствует старшего брата Ваня! Приветствует старшего брата Лу! — Вошедший гость отвесил поклоны. После великого состязания слава Лу Сюаня прогремела на всю секту, и даже те, кто никогда не встречался с ним лично, прекрасно знали его в лицо.
Вдруг Чжан Сяочжи заметил сидящих в углу Чэнь Юйцю и Чэнь Циншуан. Его сердце бешено заколотилось, а на лице проступило явное замешательство, которое он с трудом попытался скрыть.
Когда его семья решила прибрать к рукам рудник Чэнь, глава клана лично советовался с ним. Чжан Сяочжи, зная о плачевном положении дел у соседей, тогда легкомысленно одобрил эту затею. Но стоило ему увидеть эту парочку здесь, как он мгновенно понял, зачем они пришли, и про себя взмолился от тоски.
«Разве семья Чжан не катилась в пропасть? У них же после смерти старейшины не осталось ни одного практика Формирования Ядра! Каким образом они умудрились связаться со старшим братом Лу Сюанем с Пика Меча Парящей Пустоты, который искусен сразу в нескольких ремеслах? Глава клана! Ох, и подставили же вы меня!», – мысленно взвыл он от отчаяния.