Глава 8. Холодильник забит до отказа
Просвистел холодный ветер, и желтое такси с визгом затормозило перед воротами жилого комплекса «Дунчэн». Линь Сяо вышел из машины, и стоило ему расплатиться, как водитель тут же рванул с места, обдав его выхлопными газами.
Такое поведение заставило Линь Сяо нахмуриться. С того самого момента, как он сел в машину и назвал адрес, водитель был напряжен как струна, а на его лице застыло странное выражение. Он то и дело украдкой поглядывал на пассажира через зеркало заднего вида. А стоило им приехать — припустил так, словно за ним гналися все демоны ада.
Чего же так боялся этот таксист?
Не найдя ответа, Линь Сяо отбросил лишние мысли и окинул взглядом старый квартал. Стены домов были испещрены трещинами и пятнами плесени, черная земля под ногами вздулась от корней и поросла грязью. Несколько огромных деревьев выглядели безжизненными, их сухая пожелтевшая листва устилала всё вокруг, а железный забор, окружавший комплекс, был изъеден ржавчиной.
Линь Сяо стоял у входа, и хотя на дворе был полдень, он не чувствовал ни капли тепла. Казалось, свинцово-серое небо поглощало весь солнечный свет. Такая обстановка идеально подошла бы для съемок фильма ужасов даже без декораций.
Линь Сяо сглотнул и уже собрался войти на территорию, как вдруг сбоку раздался резкий окрик: — Эй! Ты что тут забыл?!
Внезапный звук заставил Линь Сяо подпрыгнуть. Оказалось, его окликнул старик в форме охранника.
Линь Сяо поспешно объяснил: — Здравствуйте, отец. Я фотограф, хочу сделать несколько снимков старой архитектуры. Специально приехал сюда за кадрами.
Чтобы вызвать доверие у старика, Линь Сяо даже достал из рюкзака Призрачную камеру и слегка потряс ею. Разумеется, никаким фотографом он не был — он просто хотел с помощью способностей камеры проверить, не водятся ли в этом месте злые духи. План был прост: он отснимет весь комплекс, и если на каком-то снимке проявится четкое изображение, значит, там затаилась тварь. А найти врага — это уже половина дела.
Однако старик, похоже, не слишком поверил в его байку и продолжал сверлить парня холодным взглядом. Под этим взором Линь Сяо стало не по себе. Охранник выглядел самым обычным дедом, но от его взгляда по спине пробежал неприятный холодок.
Линь Сяо выдавил улыбку и, проявив смекалку, выудил из рюкзака пачку дорогих сигарет «Чжунхуа».
— Угощайтесь, отец.
Старик глянул на пачку, забрал ее и с каменным лицом освободил проход.
— Заходи. Но помни: отснимаешься — и сразу проваливай. Как стемнеет… — старик замолчал на полуслове, направляясь к своей будке.
— Отец, а что будет, когда стемнеет? — слова охранника звучали зловеще, но Линь Сяо вместо того, чтобы испугаться, с глупым упрямством решил докопаться до истины.
— Хм. Когда стемнеет, вылезут
те вещи
. И тогда, даже если захочешь уйти — можешь не успеть.
Старик произнес это буднично, стоя к нему спиной, но от смысла сказанного у Линь Сяо внутри всё похолодело. Он хотел догнать его и расспросить подробнее, но охранник уже заперся в будке и закрыл глаза, всем видом показывая, что разговор окончен.
Линь Сяо ничего не оставалось, как двинуться вглубь квартала в одиночку.
Чем дальше он заходил, тем сильнее ощущал странность этого места. Лето только закончилось, погода лишь начала остывать, но внутри комплекса температура была экстремально низкой. Линь Сяо невольно задрожал. Такая аномалия всегда напоминала ему описание мест с «тяжелой энергией инь».
Впрочем, к делу это не относилось. Линь Сяо тряхнул головой, отгоняя лишние мысли, и принялся за работу. Клумбы, лестничные пролеты, обшарпанные стены — он снимал всё подряд, добравшись даже до мусорки за домами. Из-за гнетущей атмосферы он не спешил проверять снимки прямо сейчас — его единственным желанием было закончить как можно быстрее и убраться из этого гиблого места.
Он был поглощен процессом, проходя мимо очередной клумбы, когда из-за угла кто-то вылетел. Фигура была огромной и двигалась невероятно быстро. Линь Сяо не успел уклониться, и его просто снесло с ног. Ударившись пятой точкой о жесткую землю, он почувствовал острую боль в копчике, которая тут же вызвала вспышку ярости.
— Эй! Псих, ты что, людей не видишь?!
Но его крик не произвел на незнакомца никакого впечатления. Тот замер на месте с отсутствующим видом, словно и не слышал ругани. Линь Сяо присмотрелся и осекся. Человек, сбивший его с ног, выглядел… странно. Несмотря на высокий рост и мощное телосложение, его взгляд был тусклым, а черты лица — искаженными. Это было типичное лицо человека с глубокой врожденной умственной отсталостью.
Осознав, что перед ним инвалид, Линь Сяо почувствовал укол стыда. Зря он так на него наорал. Он похлопал себя по штанам, встал, достал из рюкзака конфету и протянул ее убогому.
— Извини, я погорячился. Вот, держи.
Но тот лишь продолжал тупо пялиться на Линь Сяо, не произнося ни слова и не притрагиваясь к сладости. Линь Сяо замешкался. Может, он не понимает, что это конфета? Он достал еще одну, сорвал обертку и демонстративно засунул в рот, изображая преувеличенное наслаждение: — У-у-у, какая вкуснятина!
Этот перформанс наконец вызвал реакцию у дурачка. Линь Сяо заметил, как заходил его кадык — тот судорожно сглатывал слюну. Значит, сладости он всё-таки любит.
Но внезапно косые глаза дурачка впились в лицо Линь Сяо. Он оскалил два ряда желтых зубов и выдавил: — У меня… снова… новая игрушка.
«Игрушка? Я не давал ему игрушку, это же конфета», — подумал Линь Сяо. Но через мгновение его прошиб пот: он понял, что дурачок смотрит вовсе не на конфету. Он смотрел на него самого!
«Я — его игрушка? И та реакция… слюни… это было из-за меня?»
От этого осознания у Линь Сяо отвисла челюсть, и недоеденная конфета выпала изо рта на землю. Он начал медленно отступать, шаг за шагом, но дурачок приближался с той же жуткой улыбкой.
«Что он задумал? Зачем он идет на меня?» — зрачки Линь Сяо сузились от страха. Напряжение достигло предела. В тот момент, когда лицо дурачка оказалось почти вплотную к его лицу, сбоку раздался резкий женский голос: — Сяобао! Быстро домой! Хватит играть!
Услышав это, дурачок мгновенно поник, опустил голову и поспешил прочь от Линь Сяо. Парень с облегчением выдохнул и обернулся. Неподалеку стояла пожилая женщина лет шестидесяти с высокими скулами и суровым лицом.
Сяобао был на голову выше женщины, но подбежав к ней, он словно съежился, послушно прячась за ее спиной. Женщина схватила его за рукав, метнула в сторону Линь Сяо свирепый взгляд и молча потащила сына в подъезд.
Линь Сяо остался стоять в полном недоумении. Это же на него чуть не напали! Почему она на него так зыркнула?
Он снова вспомнил слова Сяобао: «У меня снова новая игрушка». Это не давало ему покоя. С каким-то сложным чувством он посмотрел на лестничный пролет, где скрылась эта парочка. «Надо проверить, что там к чему».
Он украдкой последовал за ними. Он поднимался на цыпочках этаж за этажом, пока не увидел, как они открыли обшарпанную ржавую железную дверь и вошли в темную квартиру. «Это их дом».
Линь Сяо осторожно подошел и приник ухом к двери. Сначала внутри было тихо, но спустя полминуты до него донеслись звуки яростного спора. Хотя было ясно, что люди внутри стараются говорить вполголоса, Линь Сяо слышал каждое слово.
— Сынок, разве я не говорила тебе больше не приносить это домой? — голос женщины дрожал. — Но… это… весело, — голос дурачка был глухим и невнятным. — Что веселого в этих кусках гнилого мяса?! — женщина, казалось, была на грани истерики.
Линь Сяо нахмурился. Гнилое мясо? О чем это они?
— Нет, я хочу… играть, — упрямо пробасил Сяобао. — Наш холодильник больше не вместит столько людей, ты это понимаешь?!
У Линь Сяо мгновенно выступил холодный пот, а ноги стали ватными. О чем, черт возьми, они говорят?!
В полном ужасе он хотел немедленно убраться из этого проклятого места, но стоило ему выпрямиться, как ржавая дверь перед ним распахнулась.
БАХ!
На пороге возникла та самая старуха. Ее лицо, всё в глубоких морщинах, было холодным как гранит.
— Что ты слышал? — прошипела она, глядя ему прямо в глаза и стискивая зубы.