Глава 69 «Это моё, я это подобрал!»
Глядя на добровольцев, вышедших из строя, Эцио удовлетворенно кивнул и уже собирался заговорить, когда боковая дверь зала собраний с шипением разошлась в стороны.
— Отец Прозрения, регент, только что получено астропатическое сообщение с Терры.
Сикарий стремительно вошел в зал и, направившись прямиком к двум примархам, отдал салют, после чего доложил:
— Сообщается, что Император покинул Терру и направляется на Просперо на поиски следующего примарха. В послании упоминается, что по возвращении нового брата на Терре будет устроен грандиозный пир для всех примархов легионов и высшего руководства Империума. Также издан указ: на время торжеств передать командование крупными военными операциями бывшим магистрам легионов.
— Пир? — Эцио иронично выгнул бровь. — Неужели у тестя, вечно занятого Великим Крестовым Походом, нашлись лишние деньги на банкеты? Видать, моя маман на продаже коллекционных фигурок своего бренда подзаработала, и он наконец-то решил, что императору иногда не грех и шикануть?
— Следи за языком, — мягко осадила его Жиллиман. В её лазурных глазах промелькнула тень глубокого раздумья. Она обменялась взглядом с Эцио, и оба увидели в глазах друг друга одно и то же: сомнение.
Как ни крути, Император никогда не был склонен к праздному времяпрепровождению. Столь громогласное объявление о пиршестве, скорее всего, было тщательно спланированной постановкой, за которой скрывалась куда более глубокая цель.
Ход был разыгран блестяще: на первый взгляд – повод укрепить узы в честь возвращения нового брата, но на деле этот самый примарх служил лишь удобным предлогом.
Интересно только, не разозлится ли Хорус, когда увидит, сколько внимания уделяется новичку?
— Захват Джулсы придется поручить Мариусу, — быстро взвесив все за и против, проанализировал Эцио. — Это мир-кузница. Осада затянется, будет тяжелой, а на вновь покоренных планетах нужно оставлять гарнизоны. Сейчас нам выгоднее наладить связи с другими легионами.
— Мариус, план наступления на Джулсу теперь на тебе, — подтвердила Жиллиман, отдавая приказ. — Усиль разведывательные группы, установи плотное наблюдение за этим сектором и всеми потенциальными целями в округе. И подготовь делегацию из лучших бойцов – они отправятся с нами на Терру.
— Слушаюсь! — Сурово отозвался Мариус.
— Дети мои, не вешайте носы. Обещаю, из поездки на Терру вы не вернетесь с пустыми руками, — Эцио повернулся к молодым воинам, не сумевшим скрыть разочарования от того, что они остаются. Он звонко рассмеялся:
— Я костьми лягу, но вытрясу из вашего биологического деда что-нибудь стоящее! Если повезет, раздобуду вам цепные мечи или болтеры с личным автографом Императора. А если совсем не попрет, то хотя бы по гильзе, которую он собственноручно отстрелил, каждому подберу!
Ого! Вещь, которой коснулся сам Император! Да это же святыня, которую можно в алтарь ставить!
Столь щедрое и дерзкое обещание мгновенно разрядило обстановку. В глазах «ультрамаринов» вновь вспыхнул азарт. Кто-то в толпе шепотом спросил у Тиля:
— Брат Тиль… Отец Прозрения… он ведь не шутит?
— Клянусь своей честью и выслугой лет! — Тиль с силой ударил кулаком в нагрудник, уверенно заверяя товарища:
— Отец Прозрения хоть и не любит церемоний, но слов на ветер никогда не бросает!
Видя, что боевой дух на высоте, Жиллиман – всегда уделявшая внимание деталям, особенно перед встречей с другими примархами – обратилась к Эцио:
— Побудь пока со своими сынами, пообщайся с ними поближе. А мне нужно составить список подарков, подобающих этикету.
— Иди спокойно, я тут разберусь, — Эцио беспечно махнул рукой. Он запросто уселся на ближайший пустой ящик с оружием и похлопал по месту рядом с собой, улыбаясь обступившим его воинам. — Ну чего застыли? Садитесь поближе, как раз обсудим наши будущие стратегические цели.
Собравшиеся Астартес все еще чувствовали себя скованно. Такая фамильярность – сидеть плечом к плечу с примархом… О подобном они и подумать не могли. Разве что Космические Волки позволяли себе такое, но для Ультрамара это было в диковинку.
— Чего боитесь? Я вам, в конце концов, генетический отец. Сейчас не плац и не смотр, а время семейных посиделок. Ну же! — Видя их нерешительность, Эцио хохотнул и просто загреб за шкирки ближайших к нему Тавро и Ремуса, усадив их на соседние ящики.
Этот грубоватый, но искренний жест заставил воинов переглянуться. Напряжение начало спадать, и они стали устраиваться вокруг него – кто сидя, кто стоя.
— Ладно, поговорим о развитии легиона, — когда все внимание было приковано к нему, Эцио пустился в рассуждения. — Во-первых, нам нужны снаряжение и ресурсы. Но если мы будем вечно клянчить у Терры или полагаться только на производство Макрейджа, мы надорвемся. Нужно учиться «самообеспечению».
— Мой принцип прост: я не привередлив. Короче, как только отгремят выстрелы, зачищайте поле боя до блеска. Плевать, болтер это, цепной меч, силовой топор или раскуроченный танк с рухнувшим «Громовым ястребом». Если оно выглядит хоть немного полезным – тащите всё в дом, даже если оно без рук и без ног!
Обведя взглядом воинов, которые внимали ему с видом прилежных учеников, Эцио продолжил «наставление»:
— И запомните: если воюете плечом к плечу с другими легионами и видите у них бесхозный, поврежденный или дымящийся дредноут, который не может пошевелиться – не стесняйтесь! Тащите его к нам вместе с пилотом, а там разберемся! Подлатаем, подкрасим в наш синий – и вот он уже наш!
Тут уж до всех дошло. У капитанов невольно задергались уголки губ.
Это… это же чистое мародерство! «Это моё, я это подобрал»!
— Помните: на поле боя вещь считается ничьей, пока кто-то не прыгнул вперед с криком, что это его! Кто первый поднял, того и тапки! — Видя, что почва подготовлена, Эцио подытожил с видом полнейшей правоты:
— Потом дадим задание технодесантникам: сменят покраску, перепрошьют индентификационные коды… И даже если нас прижмут – ну и что? В руках Ультрамаринов это становится «оптимизацией распределения имперского имущества»! Возвращать совсем не обязательно!
В один миг взгляды Астартес изменились. От былого трепета и любопытства не осталось и следа – их сменило глубочайшее… восхищение!
Этот отец обладал не только мудростью и силой. Он был прагматиком до мозга костей, как и сам Император, и обладал дальновидным талантом истинного хозяина дома!
Сегодня приберем кроху, завтра – горсть, так потихоньку и соберем коллекцию трофеев со всех легионов. С таким подходом боевая мощь взлетит до небес!
Эцио разошелся не на шутку. Видя, как в глазах сыновей разгорается огонь коллекционеров, он в запале окончательно потерял бдительность:
— В общем, запомните главное: тащить можно что угодно, но упаси вас варп притащить мне какую-нибудь ксеносскую девку! В этом доме и так уже…
— Э! ЦИ! О! И что это ты собрался притащить?! — Громовой, полный ярости вопрос прервал его на полуслове.
Засечена угроза уровня термоядерного взрыва. Все в ужасе обернулись на голос.
У входа в коридор стояла Русс. Её алые, как у волка, глаза в полумраке светились подобно тлеющим углям. В руках она волокла гаечный ключ такого чудовищного размера, что им можно было без труда расплющить «Лэндрейдер». Звук её металлических сапог по палубе отдавался в ушах погребальным звоном.
— Ах ты гад! Домашнего тебе мало, решил на стороне побираться? — Золотистые волосы Русс взметнулись, словно грива разъяренного льва, а из глаз, казалось, вот-вот брызнет пламя.
Ультрамарины замерли в ступоре. Они не понимали, откуда взялась примарх Космических Волков, но судя по её виду, она пришла убивать.
— Примарх Волков взбесилась!
— К примарху! Защищайте его!
— Мы не можем потерять отца!
Мариус и остальные среагировали мгновенно. Они заслонили собой Эцио, вскинули штормовые щиты и направили стволы оружия на Русс, готовясь к худшему.
— Совсем страх потеряли?! Оружие на меня наставили! — К счастью, Русс не стала швырять в них ключ, в который вложила всю свою силу. Она лишь ткнула им в сторону Эцио, кипя от гнева:
— Дома еще не накормлен, а уже по сторонам зыркаешь?! Ладно бы просто зыркал, так ты еще ксеносскую бабу в постель затащить вздумал?! Это Жиллиман тебя такому научила?!
— Уберите оружие! Не делайте глупостей! — Сикарий, не ожидавший такой стычки, бросился вперед, понимая, что если начнется бой, добром это не кончится.
— Да-да, это недоразумение! Ошибка! — Подхватил Тиль, уговаривая бойцов опустить болтеры и одновременно пытаясь объясниться с Русс. — Примарх Русс и наш отец – очень близкие люди, не смейте вмешиваться! Отец Прозрения просто шутил! Мы говорили о трофеях на поле боя, и он сказал, что ни в коем случае нельзя брать в плен ксеносских женщин…
Не дослушав, Русс все поняла, и её гнев мгновенно улетучился.
Так они просто об этом болтали? А она-то подумала…