Глава 30 «К несчастью, он еще не научился»
— А здесь и впрямь всё иначе, чем я представлял, — признал Император, переступив порог Технологического Института. Даже его, видевшего всё на свете, эта картина заставила испытать некое подобие новизны.
Здесь не было ничего общего с привычными ему храмами Адептус Механикус Марса. Никаких благовоний, запаха машинного масла или монотонных Бинарных Псалмов.
Помещения были светлыми и чистыми; тишину нарушал лишь едва слышный гул работающих приборов и негромкие обсуждения исследователей.
— Слушай, я думаю, в этом узле стоит усилить сварку.
— Логично. Но если усилим здесь, то и этот участок нельзя упускать.
— Техподдержка должна быть на высоте. Нельзя заставлять солдат рисковать жизнями, Дух Машины требует тщательной отладки.
Техники в красных робах сохранили некоторые атрибуты Механикус и следы аугментаций, но в руках они держали обычное прецизионное оборудование, а обсуждали строгие формулы и данные, а не туманные молитвы.
— Здесь господствует объективный материалистический рационализм, — своевременно пояснила шедшая рядом Жиллиман. Для нее эта обстановка была естественной. — Мы верим, что «ничто не истинно, и всё дозволено» в рамках законов природы. Знание рождается из наблюдений и экспериментов, а не из призрачной веры.
Она продолжила, пока они шли по залам:
— Поэтому мы провели, скажем так… перевоспитание тех ветвей Механикус, что поклонялись Богу-Машине на подвластных нам территориях. Бесполезные идолы и реликвии были публично уничтожены на многих мирах. Разумеется, мы признаём учение о Духе Машины, но считаем Омниссию лишь выдающимся представителем человечества.
«Крушить идолы? Вы хоть понимаете, кто на самом деле является Богом-Машиной, которому молится Марс?» – лицо Императора едва заметно дрогнуло. Было странно осознавать, что та сущность, которую он когда-то заточил, в секторе Ультрамар не ставится ни во что.
Публичное уничтожение статуй Бога-Машины и признание Омниссии простым человеком… В любой другой части Империи это стало бы поводом для гражданской войны!
Но по какой-то причине, глядя на эту эффективную, рациональную среду, лишенную налета мистицизма, некая часть души Императора, принадлежащая Неоту, ощутила глубокое родство с происходящим. Разве не для того он создавал Имперскую Истину, чтобы освободить человечество от невежества и суеверий? Пусть методы и формы различались, цели в итоге сходились. К тому же Император и сам подумывал, что когда-нибудь стоит как следует приструнить Механикус.
— Весьма… рациональный подход, — выдал он нейтральную оценку, переключив внимание на экспонаты в центре зала, многие из которых явно несли на себе отпечаток личного стиля Эцио.
Эцио тут же воодушевился и принялся рассказывать о своих детищах:
— Взгляните, это моя первая модель Скрытого клинка. Сейчас я обновил её, добавив генератор силового поля и лезвие с молекулярной деструкцией. Скрытность и проникающее действие значительно возросли, а здесь представлена старая версия.
— А вон то – пушка «Растительный стрелок», — продолжал он. — Построена на принципах бионики: высокая скорострельность, низкое энергопотребление. Идеально для обороны садовых миров.
— Здесь у нас универсальная силовая броня типа «Первопроходец». Я оптимизировал конструкцию, снизив порог производства и требования к физическим данным носителя. Теперь даже обычный солдат может получить эффективную защиту и мобильность.
— О, а вот это – Переводное желе! — Эцио указал на странную субстанцию. — Съедаешь кусочек, и он воздействует на мозг, позволяя временно понимать и воспроизводить любой язык, включая ксеносские диалекты. Незаменимая вещь для дипломатии и разведки.
— Ещё есть чай «Хамелеон» – после него ты буквально сливаешься с окружением в оптическом и тепловом спектрах. И «Морская эссенция» – одна крупинка превращает пресную воду в стандартную морскую, богатую минералами. Это решило проблемы экосистем на многих колониальных мирах.
— А вот это М1917, американский Смит-Вессон…
Пока Император слушал, он проводил внутреннюю оценку. Его взгляд зацепился за строящийся неподалеку гуманоидный тип Титана, какого он никогда раньше не видел. Эти изобретения казались эксцентричными, местами даже несерьезными, но каждое из них демонстрировало поразительную практичность и креативность. За ними стояли глубочайшие познания в материаловедении, энергетике и биотехнологиях.
Этот Эцио определенно был гением, чей багаж знаний казался бездонным.
— Отец, вы упоминали, что Великому Крестовому Походу нужна военная мощь, — Жиллиман решила ковать железо, пока горячо, воспользовавшись удивлением Императора. Она перевела разговор в практическое русло:
— Какую военную поддержку может предложить Империя? Каким легионом нам предстоит командовать?
Обращение «Отец» прозвучало чуть более естественно, чем в первый раз, хотя за ним явно стоял холодный расчет. Эцио незаметно показал Жиллиман большой палец.
— На основе твоего генетического шаблона я создал XIII легион. Астартес, прошедшие девятнадцать этапов трансформации, обладающие двумя сердцами и тремя легкими. При среднем росте в два метра тридцать сантиметров они способны сражаться в любых, даже самых враждебных условиях.
Император прекрасно понимал, что это часть торга. Он посмотрел на Жиллиман с подобающим Повелителю Человечества величием:
— Среди всех легионов Астартес их геносемя – самое стабильное и чистое, лишенное каких-либо изъянов. С твоим возвращением право командования твоими генетическими сынами по праву переходит к тебе.
Собственный легион сверхлюдей – это был колоссальный козырь и реальная сила. Эцио снова подтолкнул Жиллиман локтем, призывая её закрепить успех «дочерним» обаянием.
Жиллиман поняла намек и с еще большей «искренностью» произнесла:
— Благодарю вас, отец. Мы приложим все силы, чтобы направить эту мощь во благо человечества.
«Хех, как почуяла выгоду – так сразу „папа“. И у кого только научилась?» – Император не стал заострять внимание на этих семейных манипуляциях, поскольку часть его сознания всё еще была сосредоточена на Эцио.
— Эцио, твои изобретения впечатляют, — Император буднично подошел к стенду со сложной звездной картой и моделями энергетических потоков. Словно невзначай он задал ключевой вопрос:
— Скажи, не доводилось ли тебе изучать способы сверхсветовых перемещений… более быстрых, чем обычные межзвездные перелеты?
Маски были сброшены. Он спросил о Паутине.
К сожалению для Императора, реакция Эцио его разочаровала. Тот еще не до конца переварил все чертежи в своей голове, так что до таких запредельных технологий, как Паутина, ему было далеко.
— Более безопасные способы? Вы про полеты через Варп? — Эцио почесал затылок с видом озадаченного технаря. — С этим вечно куча проблем. Я как раз сейчас раздумываю над новой моделью поля Геллера.
Совершенно не уловив намека на «короткие пути», Эцио с энтузиазмом принялся расписывать свой проект модернизации:
— Моя идея в том, чтобы развернуть вокруг корпуса судна объемную сеть из микро-черных дыр и узлов квантовой связи. Благодаря эффекту квантовой запутанности они будут синхронно фиксировать координаты в реальном пространстве. Гравитационные волны от каждого узла создадут динамическую пространственно-временную решетку, которая, в теории, должна куда эффективнее отсекать ментальное загрязнение Варпа…
— Ах да, нужно еще продумать рециркуляцию энергии, — продолжал он, окончательно уйдя в свои мысли. — Лучше всего создать канал сифонирования между генератором поля Геллера и системой пустотных щитов. Кинетическая энергия, поглощаемая щитами, будет перенаправляться на поддержание поля. Получится замкнутый цикл…
— И про контроль рисков нельзя забывать. Нужно вшить протокол принудительного самоуничтожения. Если поле перегрузится или начнется глубокое осквернение Варпом, корабль должен за долю секунды аннигилировать вместе со всем экипажем. Лучше распылиться на атомы, чем превратиться в космический скиталец или во что-нибудь похуже…
Эцио тараторил о технических деталях, полностью погрузившись в свои инженерные фантазии и абсолютно не осознавая скрытого смысла в вопросе Императора.