Глава 51. Талант «Радиация» и чудовищная мутация
— Радиация? — Ся Чжи с подозрением уставился на описание очередного таланта.
В его понимании одно лишь это слово таило в себе смертельную угрозу. Внезапная догадка пронзила разум: та ноющая слабость, что ломила кости с самого утра, наверняка была вызвана именно этим тлетворным излучением.
[Радиация: Пассивный навык. 1. Любое живое существо в радиусе десяти метров от носителя получает статус «Ослабление», снижающий все характеристики на 20%. 2. При атаке вражеских целей с определенной вероятностью накладываются случайные аномальные эффекты: кровотечение, отравление, замешательство, паралич и прочие. 3. Длительный контакт наносит необратимый урон костной, репродуктивной, кровеносной и другим системам всех организмов (включая самого носителя).]
— Да твою ж мать! — не сдержал потрясенного возгласа Ся Чжи, и его челюсть буквально отвисла от изумления.
Три строчки описания. Каждая — за гранью здравого смысла, но последняя... Это уже не просто сила, это чистой воды извращенное безумие!
Характеристика «Телосложение» напрямую отвечала за физическую сопротивляемость организма. А значит, этот пункт попросту навсегда срезал чужое здоровье, превращая жертву в инвалида!
«Можно ли вообще держать эту тварь при себе? Может, ну его к черту, пусть сдохнет?» — холодная и прагматичная мысль молнией пронеслась в голове юноши.
Дело было вовсе не в жестокосердии. Эта пушистая бестия представляла собой ходячую бомбу, бьющую без разбора по своим и чужим. Излучение уничтожало не только врагов, но и саму кошку — достаточно было лишь взглянуть на её нынешнее, жалкое и облезлое состояние. Если они проведут вместе еще немного времени, то и он, и две его питомицы просто сгниют заживо.
— Уж не обессудь, пушистая, но ты сама виновата, — тихо пробормотал Ся Чжи, со смешанным чувством жалости и опаски погладив слипшуюся, некогда шелковистую белую шерсть. — Даже если бы я тебя не призвал, ты бы всё равно издохла. Так и быть, найду для тебя самое лучшее место по фэншую и похороню с почестями.
Осматривая огромную кошку пару минут назад, он не нашел на её теле ни единой царапины. Теперь всё встало на свои места: радиация пожирала её изнутри, доведя организм до критического истощения.
Хрусь-хрусь...
Едва он успел придумать себе моральное оправдание, как за спиной раздался влажный, шелестящий звук рвущейся материи. Обернувшись, Ся Чжи увидел, что спавшая до этого Змеедева очнулась и теперь грациозно, словно бабочка из кокона, выбиралась из старой, сброшенной чешуи.
Он тут же бросился на помощь, но стоило ему протянуть руки, как девушка раздраженно оттолкнула его. Наткнувшись на её надутые, обиженные щеки, юноша внезапно хлопнул себя по лбу — телефон!
— Да сдался тебе этот кусок пластика! — усмехнулся Ся Чжи, невольно забавляясь её детской обиде. — Куплю я тебе новый, не дуйся!
Стоило этим словам слететь с его губ, как Змеедева с радостным шипением спрыгнула с кровати.
Однако этот резкий маневр разбудил мирно пускавшую слюни в подушку Цайюнь.
— Какая баса-а-ая! — Малышка сонно потерла глазки, а затем, недоверчиво уставившись на распластавшуюся по полу кошку, с восторженным визгом спрыгнула с матраса и плашмя рухнула прямо на умирающее животное.
— Стой, не смей!.. — Ся Чжи дернулся вперед, но было уже слишком поздно.
То ли Цайюнь приземлилась слишком жестко, то ли судьба решила сыграть злую шутку, но приговоренная юношей к смерти огромная кошка вдруг с трудом разлепила веки.
Её гетерохромные глаза — один льдисто-синий, другой янтарно-желтый — заволокла мутная пелена. Животное словно понимало, что его конец близок, и в этом потухшем взгляде плескалась лишь могильная обреченность.
Змеедева бесшумно подползла ближе и за шкирку оттащила в сторону восторженно визжащую Цайюнь.
— Она такая... жалкая, — прошептала змееногая девушка, с непривычной печалью глядя на бездыханный комок шерсти.
Увядание жизни всегда трогает за живое, и даже хладнокровная по своей природе Змеедева не смогла остаться равнодушной.
В глазах кошки не было той яростной жажды жизни, что присуща любому нормальному существу. Только глухая, всепоглощающая агония и мертвенный покой. Она напоминала смертельно больного пациента, который видит в костлявой с косой не врага, а долгожданную избавительницу.
По правде говоря, Ся Чжи и сам был бы рад помочь бедняге. Вот только Вечный Контракт не предоставил ни единого рецепта эволюции для этого создания, тем самым подписав ей окончательный и бесповоротный смертный приговор. Судя по её дыханию — рваному, со свистом вырывающемуся из глотки, — кошке оставалось жить от силы несколько минут.
— Как же я уста-а-ала... спать хочу, — Цайюнь вдруг вяло потерла макушку, и на её миловидном личике отразилось искреннее недоумение. — Почему я опять засыпаю?
Ся Чжи мрачно сжал зубы. Он прекрасно понимал причину: проклятый талант «Радиация» уже начал действовать, окутав их всех невидимым саваном группового ослабления.
И всё же, кривить душой было глупо: юноша до дрожи в коленях завидовал такой чудовищной, всесокрушающей силе этого таланта.
— Хочешь жить? — слова сорвались с его языка прежде, чем он успел их обдумать. Ся Чжи и сам не понял, с чего вдруг задал умирающему зверю этот нелепый вопрос.
Огромная белая кошка лишь скосила на него мутный взгляд, полный нескрываемого презрения, и обессиленно смежила веки.
— Это что сейчас было? Меня только что пренебрежительно послали? — Юноша ошарашенно хлопнул ресницами, чувствуя себя полным идиотом. Он мог поклясться чем угодно: та мимолетная искра чистого, неразбавленного презрения во взгляде животного не была игрой воображения.
— Слушай, раз уж ты всё равно одной лапой в могиле, может, послужишь науке перед смертью? Сделаем один ма-а-аленький эксперимент? — Ся Чжи решительным жестом распахнул системную панель и перевел взгляд на Бесконечные Характеристики, выискивая нужную.
[Трансформация (Ктулху): позволяет превратить любую часть тела в щупальце. После применения данной характеристики биологический объект подвергнется неконтролируемым мутациям.]
Внимание: Данная характеристика обладает высокой степенью непредсказуемости. Используйте с крайней осторожностью.
Изначально он зарекся даже прикасаться к этому пункту меню. Одно лишь имя древнего божества внушало инстинктивный ужас. Никто в здравом уме не мог предсказать последствия столь извращенной магии, а горящее предупреждение системы только подливало масла в огонь паранойи.
Но Ся Чжи мог поклясться своей душой: им двигало исключительно чистое, искреннее желание спасти страдающую кошку. Ну, может, с крошечной примесью любопытства.
— Хе-хе-хе... — мерзкий, предвкушающий смешок сорвался с губ юноши, заставив кошку в панике распахнуть глаза.
В этот миг несчастному животному показалось, будто его бросили в прорубь с ледяной водой — настолько осязаемая, густая аура злого умысла сгустилась в воздухе.
— Тише, тише, не бойся. Я вылечу тебя, — успокаивающим тоном произнес он и, не колеблясь ни секунды, активировал и впечатал ужасающую характеристику прямо в статус зверя.
В ту же секунду сине-желтые зрачки кошки сузились до невидимых игл. Звуки исчезли. Мир словно погрузился в вязкую, мертвенную тишину. Ся Чжи нахмурился, чувствуя, как волосы на затылке встают дыбом, и вдруг тишину разорвал глухой, тяжелый удар.
Ту-дух... Ту-дух... Ту-дух...
Звук бьющегося сердца заполнял комнату, с каждой секундой ускоряя свой безумный ритм. На глазах у остолбеневшего Ся Чжи краски начали стремительно покидать мир. Обои, мебель, одежда — всё вокруг выцветало, превращаясь в жуткую, безжизненную серо-белую гравюру.
— Ой, как странно! Всё стало бесцветным! — радостно захлопала в ладоши беспечная Цайюнь, искренне наслаждаясь пугающим зрелищем.
Юноша проигнорировал её детский восторг. Его лицо окаменело, а взгляд был намертво прикован к телу кошки, которое... внешне никак не изменилось. Сказать по правде, сейчас он остро осознал всю степень своей импульсивности. Правду говорят: спешка — это дьявол, и сейчас этот дьявол уже довольно потирал руки.
Город Дунъюань.
Ночной воздух сгустился, став тяжелым и удушливым, словно перед грозой. В этот миг и люди, и притаившиеся во тьме чудовища как по команде вскинули головы, вглядываясь в безмолвную бездну звездного неба. Визуально ничего не изменилось. Но глубоко внутри каждого разумного и неразумного существа зародилась первобытная дрожь, предвещающая пришествие чего-то ужасающего.
На крыше монументального здания мэрии стоял Син Юйшу.
— Какого дьявола происходит?! Это спустился один из Богов или... что-то иное?! — Его лицо посерело от напряжения, а взгляд отчаянно буравил небесный свод.
Разум отказывался понимать природу происходящего, но инстинкты орали благим матом. Каждая клетка его тела пульсировала от адреналина, словно он столкнулся лицом к лицу с величайшим врагом в своей жизни. С тех самых пор, как он прорвался на шестой ранг, подобного первобытного ужаса он не испытывал ни разу. Даже божества и твари из Бездны были для него лишь понятными, пусть и чудовищно сильными противниками. А это...
— Воистину, настали темные времена, — тяжело вздохнул мужчина. — Твари Бездны в последнее время словно с цепи сорвались, да и эти фанатики-культисты всё никак не успокоятся. Не удивлюсь, если эта чертовщина — их рук дело.
В это же время, на юге города, в роскошном внутреннем дворе огромного особняка.
— О-отец... неужели над нами и правда пролетает божество? — заикаясь от паники, спросил Цзян Мин, обращаясь к стоящему рядом мужчине средних лет.
Вернувшись домой, юноша сразу же доложил отцу о встрече с Ся Чжи. А буквально пару минут назад даже он, обладая весьма посредственной силой, ощутил этот удушливый прессинг. Что уж говорить о его отце, чья мощь была несоизмеримо выше.
— Вряд ли. Аура истинных Богов ощущается иначе, — Цзян Таотянь заложил руки за спину и уставился на россыпь холодных звезд, скрывая бурлящие в разуме мысли.
— Хвала небесам... — Цзян Мин облегченно выдохнул, хотя червячок жгучего любопытства продолжал грызть его изнутри.
Если бы это действительно было божество, то с огромной вероятностью это было бы связано с Ся Чжи. Пусть они и были знакомы без году неделю, он совершенно не желал парню зла. В конце концов, кровь торговца диктовала свои правила, и в его прагматичных глазах этот юноша был невероятно ценным активом.
— Ближайшие дни посидишь дома. И не суй нос не в свои дела, — властным тоном отрезал Цзян Таотянь. — Ты и так слишком долго тянул. Сосредоточься на прорыве на следующий ранг — сейчас это твоя первостепенная задача.
Мужчина скрипнул зубами. Загадочный мальчишка по имени Ся Чжи, несомненно, вызывал у него жгучий интерес, но теперь эту интригу придется отложить в долгий ящик. Как один из столпов власти города Дунъюань, он был обязан в первую очередь выяснить источник этой леденящей душу аномалии.