Глава 260. Вспышка ярости: способность чувствовать грех?
Вскоре Ся Чжи вместе с Лань Мэндэ подошел к комнате своих родителей.
Благодаря вмешательству Син Наня, отцу и матери Ся тоже выделили отдельные покои. А поскольку они оба души не чаяли в маленькой Цзян Сюцзин, малышка еще со вчерашнего вечера осталась ночевать у них.
И сейчас Сюцзин вместе с Ся Янь, уже успевшие проснуться, с радостным визгом носились по комнате, играя в догонялки. Родителей же нигде не было видно — куда они отлучились, оставалось загадкой.
— Папа! Тетя Лань! — Цзян Сюцзин, заметив вошедших, радостно всплеснула руками и со всех ног бросилась им навстречу.
— Соскучилась по мне? — Лань Мэндэ с нежной улыбкой подхватила девочку на руки, крепко прижимая к себе.
— Соскучилась, еще как соскучилась! — хитро прищурившись, протараторила малышка.
Эти слова отозвались теплом в сердце Лань Мэндэ, но в то же время она не удержалась и бросила на Ся Чжи полный укора взгляд. Если бы не этот несносный мальчишка, у нее бы сейчас было целых две талантливые ученицы!
Ся Чжи лишь неловко потер нос. В конце концов, он же не специально все это подстроил! По его скромному мнению, во всем была виновата сама судьба. Очевидно же, что это сами небеса связали невидимой нитью малышку и Юэ Цинчэн, а он тут совершенно ни при чем.
«Именно так все и было», — мысленно успокоил он себя, почувствовав, как с души спал тяжелый камень.
Тем временем взгляд Лань Мэндэ, полный профессионального любопытства, скользнул по Ся Янь. Девочка, словно почувствовав на себе чужое внимание, пугливо съежилась и сделала неуверенный шаг назад. И в это мгновение Лань Мэндэ осознала всю странность этого ребенка.
Стоило ей лишь на секунду отвести взгляд, как мозг тут же подсознательно стирал Ся Янь из реальности, игнорируя ее существование. А когда Лань Мэндэ попыталась прощупать пространство с помощью духовной энергии, то и вовсе столкнулась с абсолютной пустотой — девочка не оставляла в мире ни единого следа.
Ранее Ся Чжи упоминал, что это некая пассивная форма самозащиты, но сейчас казалось, что девочка активировала свою способность совершенно осознанно. Лишь предельно сконцентрировавшись, можно было заметить странную, нездешнюю глубину в ее глазах.
Не достигни Лань Мэндэ девятого ранга, не обладай она столь чудовищной духовной силой, она бы наверняка обманулась, приняв Ся Янь за самую обычную, ничем не примечательную сиротку.
Она перевела задумчивый взгляд на Ся Чжи. Если уж даже она, опытный боец, поддалась этому влиянию, то почему он вел себя так непринужденно? На его лице не читалось ни капли дискомфорта, словно для него законы этого странного ментального искажения не существовали.
Сомнений не было: чистая сила Ся Чжи и близко не стояла с ее собственной. Но, очевидно, в нем таилась некая скрытая, уникальная черта, позволявшая ему с легкостью прорывать этот барьер.
— Ся Чжи... — раздался вдруг за спиной мягкий голос матери.
Они оба синхронно обернулись и увидели родителей Ся Чжи, которые входили в комнату, держа в руках подносы с аппетитно пахнущей едой.
— А это... — Отец Ся озадаченно моргнул, разглядывая гостью. Лицо этой роскошной женщины казалось ему до боли знакомым.
— Здравствуйте. Меня зовут Лань Мэндэ, — она сделала изящный шаг вперед, озарив комнату вежливой, обворожительной улыбкой.
Как бы там ни было, раз уж она лично убедилась в необычайных талантах сестры Ся Чжи, упускать такой шанс было бы преступлением. Иначе в будущем, когда Цзян Сюцзин подрастет и наберется сил, эта невыносимая Юэ Цинчэн непременно притащит девчонку только ради того, чтобы вдоволь поиздеваться над Лань Мэндэ.
— Так вы из Ордена Защитников Закона! Какая честь, невероятная честь для нас! — Услышав имя, мать Ся всплеснула руками и торопливо подошла, чтобы пожать гостье руку.
Как главная силовая структура Страны Янь, Орден Защитников Закона обладал поистине пугающими полномочиями.
Разумеется, и отбор туда был дьявольски строгим. Каждого кандидата просеивали сквозь мелкое сито, досконально проверяя не только боевые навыки, но и моральные качества.
Спектр их задач охватывал всё мыслимое пространство: от банальных убийств и поджогов до ликвидации катастроф национального масштаба.
А уж Лань Мэндэ, будучи заместителем главы Ордена, безоговорочно принадлежала к высшему эшелону власти Страны Янь. Неудивительно, что присутствие фигуры такого калибра заставило родителей Ся Чжи изрядно понервничать — они даже начали слегка запинаться от волнения.
Ся Чжи, стоя в сторонке, лишь задумчиво почесал нос, предпочитая хранить молчание.
Раз уж делать было все равно нечего, он решил скоротать время и поиграть с Ся Янь. Однако, — и он не мог понять, было ли это игрой воображения, — настороженность девочки по отношению к нему словно возросла в несколько раз.
Вчера, благодаря его долгим уговорам и активному посредничеству вездесущей малышки Сюцзин, лед между ними вроде бы тронулся.
Но сегодня все усилия пошли прахом. Стоило ему сделать шаг в ее сторону, как Ся Янь тут же шарахалась назад. Не помогали даже любимые сладости, которые он пытался ей подсунуть.
Лишь когда он брал на руки Цзян Сюцзин, напряжение в глазах Ся Янь немного спадало, но прикасаться к себе она по-прежнему категорически запрещала.
Наблюдая за этим отчуждением, Ся Чжи вдруг почувствовал, как внутри закипает глухое, ничем не обоснованное раздражение. «Да почему же так сложно найти подход к этому ребенку?» — мысленно прорычал он.
— Уа-а-а-а! — внезапно, пронзая тишину комнаты, разрыдалась Ся Янь.
В тот же миг все присутствующие, словно по команде, уставились на стоявшего ближе всех Ся Чжи. Парень опешил, чувствуя себя абсолютно без вины виноватым.
— Да чего вы на меня-то уставились? — громко возмутился он, всплеснув руками. — Я ее даже пальцем не тронул!
Но лучше бы он промолчал. От его громкого голоса Ся Янь зашлась в еще более истеричном плаче. И теперь уже не только окружающие, но и сам Ся Чжи начал подозревать, что где-то крупно облажался.
Он сделал шаг вперед, желая успокоить ребенка, но девчонка наотрез отказалась его подпускать и со слезами на глазах юркнула в спасительные объятия матери Ся.
— Ты бы с ней помягче, сынок, — с укоризной вздохнула мать, нежно поглаживая дрожащую Ся Янь по голове. — За эти два года я впервые вижу, чтобы она так горько плакала.
Ся Чжи мгновенно уловил скрытый подтекст. Ну конечно, в их глазах он по умолчанию был главным злодеем, обидевшим невинное дитя!
Под тяжелыми, осуждающими взглядами родителей его раздражение вспыхнуло с новой силой, грозя перерасти в бешенство. Бросив мрачный взгляд на хныкающую Ся Янь, он круто развернулся и пулей вылетел из комнаты.
Он уже собирался призвать Дабая, чтобы выместить злость на парочке монстров за пределами города и хоть немного проветрить голову, как вдруг его мысленный взор случайно зацепился за фигуру Савани, безмятежно парящую над Пространством Питомцев.
В памяти всплыли недавние слова Савани о «Воле Убийства», и сердце Ся Чжи пропустило удар, обдавая спину ледяным холодом.
«Мои эмоции... они только что вышли из-под контроля», — с ужасом осознал он. Ся Янь — всего лишь маленькая, напуганная девочка. С каких это пор он стал срываться на беззащитных детях?
Замерев посреди коридора, Ся Чжи погрузился в глубокие раздумья, поминутно прокручивая в голове сцену в комнате.
Отравляющее влияние Воли Убийства оказалось куда более глубоким и коварным, чем он предполагал. И если его догадки верны, одна из скрытых способностей Ся Янь имела ту же природу, что и дар малышки Сюцзин — некий талант к восприятию.
Вот только вектор этого восприятия кардинально отличался. Талант Ся Янь, скорее всего, был настроен на эхо добра и зла, или, проще говоря, безошибочно считывал уровень греховности человеческой души. И то черное пятно, что оставила в нем Воля Убийства, пугало девочку до слез.
С тяжелым вздохом Ся Чжи на корточки присел в углу коридора и вытащил смартфон, желая отвлечься и заодно проверить кое-какие мысли. Но стоило экрану вспыхнуть, как в груди что-то тревожно екнуло.
[Серия уничтоженных городов в Альянсе Явэнь! Число жертв превысило пятьдесят миллионов!]
Именно этот кричащий заголовок красовался в первом же всплывающем уведомлении.
— Твою же мать... Значит, это все правда! — сквозь зубы выругался Ся Чжи, едва сдерживаясь от того, чтобы не покрыть все вокруг трехэтажным матом.
Одно дело, если бы это была дешевая утка желтой прессы, стряпающей кликбейты, но новость была опубликована на официальном правительственном портале.
С замиранием сердца он тапнул по ссылке. На экране немедленно запустилось видео, снятое с большой высоты.
Камера дрожала, выхватывая панораму городских кварталов. Внизу, словно кишащие в гнилом мясе личинки, копошились неисчислимые орды зараженных. С искаженными от ярости лицами они тянули руки к небу, выплескивая разрушительные навыки, отчаянно пытаясь сбить парившего в воздухе оператора.
Внезапно объектив дернулся в сторону. Небо потемнело от стай жутких, мутировавших тварей с крыльями, которые с оглушительным визгом устремились к камере. К счастью, оператор обладал феноменальной скоростью: заложив крутой вираж, он юркнул в лабиринт полуразрушенных жилых башен, чудом оторвавшись от кровавой погони.
Затем кадры сменились — оператор показал еще несколько районов, но картина везде оставалась неизменной: улицы кишели инфицированными чудовищами. Становилось кристально ясно — в этом мегаполисе почти не осталось тех, кто дышит.
Следом раздался хриплый, искаженный помехами голос комментатора. Он мрачно пояснил, что в момент нападения по всей территории была применена тотальная глушилка связи. Лишенные координации и застигнутые врасплох, силы обороны просто не смогли оказать сопротивление хлынувшей волне зараженных.
Инфекция распространялась со скоростью лесного пожара. Гигантский, укрепленный город пал за считанные часы, став братской могилой для миллионов. Выбраться из этого ада живыми удалось лишь жалким крупицам беженцев.