Глава 126: «Битва за Далончи завершена, возвращение на Макрагг!»
200. Вселенская мегакорпорация Открывай! Свободная торговля!
К тому же нынешняя династия Мефрит контролировала лишь ничтожную часть узлов сети Солнечных Зеркал.
Большинство этих устройств растащили по своим мирам-гробницам другие фаэроны некронов — такие как Безмолвный Король Сарех или Властелин Бурь Имотех.
Едва очнувшись от великого сна, Зарасуза обнаружит, что его властелина больше нет, Солнечные Зеркала разграблены и разрушены, а сам он остался ни с чем.
И для Лиона это создавало идеальную возможность предложить свои услуги по спекулятивной цене.
В конце концов, очнувшись после шестидесяти миллионов лет спячки, некроны столкнулись с колоссальной утратой ресурсов и вторжением чужаков — на них обрушился целый ворох проблем.
Те династии, у которых сохранились богатые запасы, ещё могли жить в достатке.
Но таким обедневшим владыкам, как Зарасуза, приходилось совсем туго.
Особенно донимали тираниды, обосновавшиеся прямо у порога его владений, — жуткая головная боль.
Примерно через год, в 996. М41, тираниды отправят флот-улей Левиафан, и тот обрушится на систему Баал, а заодно и на систему Аид, где находился мир-гробница Зарасузы.
Тогда Зарасузе волей-неволей придётся заключить союз с орденом Кровавых Ангелов, чтобы сообща отразить нашествие тиранидов.
Иного выхода у него просто не останется.
Пусть эти «жестянки» некроны и презирали людей, захвативших галактику и занявших место прежних владык, но закрыть глаза на орду прожорливых тварей они не могли.
Если тираниды сожрут всю галактику, какой смысл будет в их мечтах вновь воцариться на троне? Какой толк править пустыми, обглоданными булыжниками?
Тем более что проклятые тираниды не щадили даже миры-гробницы некронов.
Ведь мир-гробница некронов — это не просто точка на поверхности планеты. Это целый сектор, объединяющий несколько, а иногда десятки или сотни планет.
На этих планетах содержалось немало биомассы, так необходимой тиранидам. Не сумев легко поживиться человечеством, орками или Империей Тау, тираниды решили устроить веселое разграбление прямо на глазах у некронов.
И в тот момент Зарасузе останется лишь в отчаянии наблюдать, как твари пожирают наследие его предков.
Лион же намеревался подать руку помощи в самый критический момент и заключить союз с временно обедневшим владыкой некронов.
«Решено!» — подумал Лион.
Впрочем, прежде ему требовалось совершить стремительный рейд в мир «Прометея», чтобы захватить находящийся там чёрный патоген и технологии его производства.
Для начала он выведет первую партию ксеноморфов или скрестит их с мимиками из «Грани будущего», создав ударную орду боевых тварей.
Ведь лучший способ бороться с жуками — натравить на них других жуков.
Однако на данном этапе Лион не собирался переносить ксеноморфов во вселенную Warhammer, как не планировал и мутировать тиранидов с помощью чёрного патогена.
Тираниды — космические хищники высшего порядка, способные извлекать чужие гены, пожирая биомассу любых видов.
Под управлением Разума Улья они эволюционируют и адаптируются мгновенно.
Сами по себе жуки не так страшны. По-настоящему ужасен Разум Улья — их суперсервер.
Каждую особь тиранидов можно считать малым сервером, отправляющим поглощённую биологическую информацию в ядро Разума Улья.
А тот, в свою очередь, моментально взламывает генетический код жертвы.
Если Разум Улья сумеет заполучить и усвоить базу данных чёрного патогена, тираниды во вселенной Warhammer могут превратиться в ещё более кошмарных суперхищников.
Смогут ли они тогда перешагнуть через необходимость пожирать исключительно биомассу и начать грызть металл и камни? Вполне вероятно. Это полностью разрушит закон сохранения энергии.
Снабжать врага подобным оружием Лион категорически не намеревался.
Если Вселенская Мегакорпорация захочет создать собственное биооружие уровня тиранидов, главным условием станет Матрица Лиона.
Только если уровень Матрицы окажется достаточно высок, а количество подконтрольных единиц станет огромным, он сможет, подобно тиранидам, вести бой, параллельно анализируя обстановку и вырабатывая оптимальные пути эволюции.
Суть тиранидов — в гибкости и изменчивости, всё прочее вторично.
А для этого не обойтись без управляющего центра.
Чтобы создать армию жуков Вселенской Мегакорпорации и схлестнуться с тиранидами, Лиону, как ядру Разума Улья, потребуется способность управлять триллионами единиц одновременно.
Это означает, что уровень его Матрицы должен быть не ниже тридцатого.
Сейчас же уровень Матрицы Лиона составлял всего шестнадцать.
Кажется, не так уж мало, но каждый следующий уровень требовал экспоненциально больше усилий и ресурсов.
«Поживем — увидим. А пока нанесем визит в мир „Прометея“», — решил Лион.
Определившись с планом, Лион мгновенно активировал своего клона-аватара и взял с собой Адама Смэшера вместе с двадцатью усиленными Железными Воинами.
Это была первая партия Кустодес, которых Лион создал лично для себя. Они несли в себе часть генов нави, что позволяло им связывать нервные окончания напрямую с силовым доспехом, обеспечивая молниеносную реакцию.
К тому же рост их достигался трех метров.
Такой эскорт был более чем достаточен, чтобы быстро разобраться с чёрным патогеном и цивилизацией Создателей в мире «Прометея».
…
…
«Священный Обет», корабль ордена Чёрных Храмовников, бесшумно скользил сквозь толщу Варпа.
Гигантские святые символы и строки молитв, высеченные на его бортах, подчеркивали непререкаемый авторитет имперского корабля.
На капитанском мостике стоял брат Габриэль. На его суровом лице застыло холодное выражение, а острый взгляд был прикован к голографической проекции пустоты.
Рядом с ним находился Титус, облаченный в чёрный силовой доспех Караула Смерти.
Битва за Далончи завершилась, но Титус так и не сменил доспех на синюю броню Ультрамаринов.
Совсем недавно орда орков под предводительством варбосса Зуга Сталезуба, предпринимавшая штурм за штурмом, так и не смогла захватить планету-крепость Далончи.
В конце концов зеленокожие отступили.
Впрочем, это не было разгромом. Они просто утолили свою жажду битвы и убрались восвояси, вполне довольные прошлым побоищем.
Именно поэтому маршал Адельберт не стал отдавать приказ о преследовании орков, позволив им свободно сняться с якоря и взять курс на Армагеддон.
Иного выхода у него не оставалось.
Эти зеленокожие дрались так, словно не видели хорошей драки лет восемьсот. Они истощили почти все силы орденов и полков Астра Милитарум, державших оборону.
К тому же поле Вааагх! Вокруг них стало ещё мощнее.
Попытка преследовать их сейчас превратилась бы в бесконечную бойню.
Лишь благодаря таким выдающимся воинам Астартес, как Титус, неоднократно врывавшимся в гущу врагов и обезглавливавшим вожаков орков, им удалось выстоять в этой обороне.
К счастью, задача была выполнена.
Верховный командующий Чёрных Храмовников, маршал Адельберт, временно отказался от продолжения крестового похода. Его силы понесли тяжелейшие потери, и без десяти лет восстановления о новых наступлениях не могло быть и речи.
После окончания битвы Габриэль намерен был сдержать данное ранее обещание — лично сопроводить Титуса на его родину, на Макрагг.
— Далончи мы удержали, — глухо произнёс Габриэль. — Но цена оказалась слишком высока. После этой битвы Чёрные Храмовники ближайшие десять лет не смогут вести активных боевых действий.
Как бы ни тяжело было это признавать, но Габриэлю приходилось констатировать факты: Зуг Сталезуб практически обескровил войско маршала Адельберта.
— Титус, лишь благодаря тебе всё закончилось именно так, — искренне поблагодарил воина Габриэль. — Иначе… трудно сказать, выстояли бы мы вообще.
Титус безмятежно качнул головой:
— Мы лишь исполняли волю Императора. Падение Далончи стало бы позором для всего Империума.
Титус привык получать задачи и выполнять их. Эпизод на Далончи был лишь очередным этапом в его бесконечной войне. Ничего особенного он не чувствовал.
Единственное, о чём он сожалел, — что не смог помешать оркам уйти.
Будь на то его воля, он нашел бы способ сразить Зуга Сталезуба и истребил бы зеленокожих до единого на Далончи.
Но увы — им пришлось беспомощно наблюдать, как эта орава отправляется к Армагеддону на соединение с другими ордами.
Помолчав немного, Титус добавил:
— Жаль, что мне не удалось снести голову Зугу Сталезубу. Теперь они устремились к Армагеддону, а там битва будет в десятки, в сотни раз кровопролитнее, чем на Далончи.
У Титуса было несколько шансов прикончить Зуга Сталезуба. Но хитрая тварь затевала бой только с теми людишками, которых гарантированно могла одолеть, а при виде Титуса подставляла под удар других орочьих вожаков.
Окрепшее в огне битвы поле Вааагх! Сделало орков ещё опаснее, ведь они уничтожили немало могучих воинов Астартес.
Продержись Зуг Сталезуб ещё немного, он мог бы захватить Далончи.
Но орки пришли сюда только ради хорошей драки. Сама планета их не интересовала. Навоевавшись вволю, они награбли трофеев и поспешно отбыли.
Это принесло космодесантникам Чёрных Храмовников облегчение, перемешанное с глубокой тревогой за судьбу Армагеддона.
— О ситуации на Армагеддоне есть кому позаботиться, — тихо, с сокрушением сказал Габриэль. — Мы отстояли Далончи — и тем выполнили свой долг.
Он прекрасно понимал опасность решения отпустить зверя на свободу, но силы Чёрных Храмовников были на исходе. Продолжение боя привело бы к окончательной гибели ордена. Прежде чем снова идти в бой, требовался длительный отдых.
— Титус, я уже связался с орденом Ультрамаринов, — Габриэль повернулся к спутнику с теплой улыбкой. — Ты готов вернуться домой?
Это было едва ли не единственное событие за последние дни, приносившее ему искреннюю радость.
Титус вглядывался в бездонную пустоту за обзорным окном, и лицо его оставалось хмурым.
Вернуться на родину, вернуться в родной орден — об этом он страстно мечтал. И все же…
Ультрамарины славились суровой дисциплиной и непомерно высокими требованиями к чести. Его удерживали в заточении больше века по подозрению в скверне Хаоса. И хотя подозрения были сняты, в душе Титуса гнездился немой вопрос:
Примут ли его прежние братья?
— Габриэль… Я не знаю, — негромко произнёс Титус. — Я не знаю, как они взглянут на меня, когда мои подошвы снова коснутся земли Макрагга. Быть может, в их глазах я останусь оскверненным… ведь среди Ультрамаринов не место грязи ереси Хаоса.
Услышав это, Габриэль развернулся к нему всем корпусом. Взор его был твёрд:
— Ты ошибаешься, Титус!
Он сделал шаг вперёд, и его тяжелый, чеканный голос прозвучал подобно удару молота по броне:
— На Далончи ты мужеством и кровью отстоял рубежи Империума! Твоя преданность развеяла любые сомнения!
— Я лично передал сказания о твоих подвигах твоему родному ордену. Все они уразумеют: ты не предатель и не пал во тьму. Ты по-прежнему остаешься гордостью Ультрамаринов!
— Запомни, Титус: ты не одинок. Я, Габриэль Друк, готов свидетельствовать за тебя именем самого Императора! Ультрамарины примут тебя обратно, ибо в духе своём ты никогда их не покидал!
Титус затаил дыхание, грудь его затопила волна горячего тепла. Наконец он произнёс глубоким, ровным голосом:
— Я отдам всего себя на службу Империуму.
Габриэль кивнул с немым одобрением.
Прошло некоторое время.
Когда «Священный Обет» вырвался из разрыва Варпа, перед ними вспыхнул свет далёкой звезды, озарявший легендарную планету.
То было сердце Пятисот Миров Ультрамара, родной мир ордена Ультрамаринов.
Макрагг!
Титус смотрел в обзорное окно, и увиденное заставляло его сердце сжиматься.
Величественные континенты, бескрайние океаны — и над всем этим возвышалась древняя, грандиозная Крепость Геры.
Родной дом Ультрамаринов, цитадель верности Империуму и Императору.
Прошедшая сквозь бесчисленные эпохи и войны, Крепость Геры стояла на Макрагге неизбывной вечной вехой.
Когда Титус вслед за Габриэлем шагнул из десантного челнока и тяжелый сапог опустился на мраморные плиты площади, сердце воина сжалось.
Ему был знаком каждый глоток этого воздуха, и все же все вокруг казалось чужим. Спустя сто лет оторванности у него возникло ощущение, будто прошла целая вечность.
На площади их уже ждала шеренга воинов в синих силовых доспехах.
Высокие, суровые, с символом Ультрамаринов — буквой «Омега» — на наплечниках.
Каждый из них смотрел на Титуса строгим взором, в котором не было и тени сомнения — лишь непоколебимое доверие.
В этот миг Титус словно вернулся в прошлое, когда он ещё был капитаном второй роты Ультрамаринов.
И тут раздались тяжелые шаги.
Из строя вышел исполинский Ультрамарин, чья фигура напоминала монумент.
То был сам магистр ордена Ультрамаринов — Марней Август Кальгар.
Он остановился перед Титусом.
В его пронизывающем взгляде не проскользнуло ни тени подозрения — лишь глубокая, скрытая страсть воина.
Все эти годы Кальгар беспрестанно направлял запросы Верховным Лордам Терры, пытаясь узнать судьбу Титуса, но в ответ получал лишь отписки да заявления об отсутствии сведений.
Он уже почти отчаялся вновь увидеть своего доблестного воина.
И лишь недавно, получив весть от брата Габриэля из Чёрных Храмовников, Кальгар наконец узнал всю правду о том, что пришлось пережить Титусу.