Глава 367 - Что есть реинкарнация
«Как же исправить эту ошибку?»
Размышляя над этим, Цзян Хань бросил взгляд на таблицу лидеров.
Преследователи отчаянно рвались вперед.
Пусть по скорости зачистки они сильно уступали, загвоздка с финальным испытанием связала ему руки.
Если так пойдет дальше, то при должном запасе сил и времени остальные вполне смогут догнать его по прогрессу.
Впрочем, Цзян Хань не роптал на судьбу — его душевное равновесие оставалось нерушимым.
Он не боялся конкуренции, даже если соперниками выступали признанные сильнейшие мира сего.
Ну и что с того?
Если кто-то из них сумеет обойти его и заполучить печать реинкарнации, значит, он просто оказался слабее.
Хотя Цзян Хань сомневался в подобном исходе.
К тому же сложность и количество монстров на девятом уровне намного превосходили всё, что было до этого.
Скачок сложности можно было назвать извращенным.
Не будь у Малыша Серого столь абсурдных навыков, вряд ли у какого-то другого мифического зверя нашелся бы шанс преодолеть этот рубеж.
С божественными мастерами дела обстояли примерно так же.
Единицы во всем мире обладали силой, достаточной для прохождения девятого круга.
«Подождем еще немного».
Проявив завидное терпение, Цзян Хань продолжил наблюдать за тем, как формируются загадочные фигуры.
Время шло.
Минули сутки.
Как он и предполагал, испытание реинкарнации оказалось непростым: даже после исчерпания лимита игрового времени его не выбросило из локации принудительно.
Очевидно, ограничения каменных плит рассеялись не до конца.
Остальные тем временем тоже продвигались вперед.
Седьмой круг реинкарнации пал, причем преодолел его далеко не один человек.
Но вместе с тем росло число отсеянных, среди которых оказалось немало божественных бойцов, не сильных в массовых атаках.
— О боги, глава Черного Спирального Города застрял на седьмом кругу! А ведь он истинный божественный мастер, причем заслуживший это звание уже давно.
— Северный Небесный Генерал туда же. Еще один ветеран сошел с дистанции.
— И Черный…
Внешний мир снова гудел от новостей.
Многие знаменитые воители потерпели поражение — имена тех, на кого обычные люди привыкли смотреть снизу вверх, теперь гремели в негативном ключе.
Особенно в эпоху, когда статус игроков по-прежнему оставался ничтожно мал.
Грубо говоря, при встрече с этими грандами простому смертному оставалось лишь пасть ниц; малейшее недовольство сильных мира сего могло стоить ему жизни.
Божественные мастера и впрямь вершили судьбы смертных по своему усмотрению.
И тем не менее даже такие величины оказались не в силах одолеть седьмой круг реинкарнации.
Неужели те, кому всё же покорился седьмой этап, являлись сливками божественного пантеона?
А что насчет девятого круга?
— Немыслимо! Неужели старший брат Е Хань уже обладает силой божественного уровня? Но ему же всего восемьдесят пять!
— Понятия не имею, но в рейтинге многие боги уже отмечены как проигравшие.
— Безумие какое-то. Я думал, он просто лидирует по времени, а тут сложность такая, что косит богов пачками!
Все горячо спорили. Никто не сомневался, что испытание за столь ценный артефакт будет трудным.
Но одно дело предполагать, и совсем другое — воочию столкнуться с жестокой реальностью реинкарнации.
Здесь собрались сливки всего континента, но выжил едва ли десяток из сотни.
Зрелище потрясало воображение.
— Интересно, сколько в итоге человек сумеет одолеть этот финал?
— Неизвестно, но ситуация явно не внушает оптимизма.
Толпа замерла в ожидании продолжения.
Прошли еще сутки.
На этот раз темпы продвижения испытателей заметно снизились; даже прославленным адептам приходилось тратить немало сил на зачистку бесконечных волн чудовищ.
Спустя целые сутки на второй строчке рейтинга вновь произошли изменения.
Наконец-то нашелся смельчак, осиливший восьмой круг.
Но…
Первая строчка оставалась незыблемой, словно скала, и не подавала признаков жизни.
Создавалось впечатление, что, переступив порог финального испытания, Е Хань угодил в ловушку и теперь был полностью парализован.
И, по правде говоря, в определенном смысле это предположение было близко к истине.
Ведь в тот момент Цзян Хань, подобно затворнику-монарху, медитирующему в пещере, продолжал изучать рождение странных силуэтов.
От постоянного вглядывания у него уже заболели глаза: фигуры то вспыхивали, то принимали самые нелепые формы, демонстрируя верх абсурда.
Цзян Хань думал, что если в конце концов оттуда выскочит Пикачу, он ни капли не удивится.
«Тем не менее… после стольких наблюдений кое-что определенно можно отсечь».
«Процессу материализации явно чего-то не хватает».
«Стоит восполнить этот пробел, и неловкая ситуация разрешится сама собой».
Цзян Хань погрузился в раздумья.
Как бы то ни было…
Самым полезным элементом всего испытания оказались именно эти силуэты.
Не сделав ровно ничего, они умудрились устроить ему двухдневный хардкорный «контроль».
А может… и дольше.
Цзян Хань решил продолжить наблюдение, одновременно выискивая детали процесса сборки.
На сей раз минуло трое суток.
Грохот!
Глухой раскат возвестил о том, что кто-то всё же продавил девятое испытание.
«Неужели провал в финале означает вечное заточение?»
«Занимательно».
Человеком, догнавшим Цзян Ханя, оказался страж пограничного укрепрайона.
Его золоченые латы были сплошь покрыты запёкшейся кровью — трудно было представить, через какую бойню ему пришлось пройти.
И тем не менее он пробился.
Что и говорить, статус стража высшего фронта подтверждал его непостижимую мощь.
«Как я ждал этого».
Пережив несколько суток смертельной схватки, золотобровый воитель ни капли не выглядел уставшим. Напротив, его глаза горели, а жажда битвы взметнулась до небес.
В этот миг он походил на сошедшего с небес бога войны.
Вух!
В следующее мгновение молочно-белое сияние залило пространство, укутывая девятый испытательный сектор мягким ореолом.
Мужчина в золотых доспехах, не раздумывая ни секунды, шагнул в финальное испытание.
В этом проявлялась абсолютная уверенность и гордость сильного человека.
Сжимая в руке длинный золотой меч, излучающий жар полуденного солнца, он с безмятежным выражением лица стал ждать появления противника.
«Это…»
Однако в следующий миг его вечно невозмутимый взгляд дрогнул.
Топ! Топ!
Тихий звук шагов заставил его насторожиться, и из тумана выступила фигура.
Облик пришельца в точности повторял внешность самого воина в золотом.
Те же золотые латы, тот же длинный меч и…
Даже аура была столь же свирепой и властной.
Два мощных потока энергии столкнулись, сплелись и аннигилировали друг друга, а ударная волна превратила всё вокруг в пыль.
«Мой собственный клон?»
«Неудивительно, что сопляк Е Хань увяз здесь на столько дней».
«Победить самого себя — задачка не из легких».
«Впрочем, тем интереснее…»
Столкнувшись со столь причудливой аномалией, воин сперва изумился, но быстро взял себя в руки.
Он качнулся вперед, превращаясь в пушечное ядро, и молниеносно атаковал свое второе «я».
Дзынь!
Раздался звон металла.
Движения их мечей были зеркальным отражением друг друга, а сила ударов совпадала до мельчайшей доли.
— Способен копировать даже мою первородную энергию?
Брови воина взлетели вверх. «А парень неплох».
Не прекращая движения, он отступил на полшага и вновь обрушил на противника мощнейшую технику.
Соперник сделал точно такой же полушаг назад, в точности повторив маневр.
— Еще раз!
Золотобровый воитель расхохотался. Возмущение от того, что его скопировали, испарилось, сменившись пьянящим предвкушением равного боя.
Его аура взлетела, показатели росли с каждой секундой — он вознамерился выложиться на полную, чтобы срубить голову двойнику.
Грохот! Грохот!
Две неистовые энергии молотили друг друга, ввязываясь в безумную карусель ударов.
Жутко было представить, но даже случайные отголоски их аур могли мгновенно испепелить стоуровневого бойца.
Силы сторон были равны.
Было очевидно, что эта эпическая схватка затянется надолго.
Время продолжало течь.
Один за другим прочие адепты преодолевали девятый круг.
Сложность зашкаливала, но для вершинных представителей человечества это был лишь вопрос времени.
Вслед за ними барьер покорился владыке Чертогов Высшего Света и лидерам прочих трансцендентных сил.
Если считать вместе с Цзян Ханем, рубеж девяти испытаний осилили ровно пятнадцать человек.
И каждый из них без колебаний выбрал финальный этап.
Их ждала та же участь: столкновение с собственными идеальными копиями.
Внешность, сила — всё совпадало один в один.
Разница заключалась лишь в том, что клоны, судя по всему, были лишены собственного разума и напоминали машины для убийств.
Чистая, слепая жестокость.
Именно это обстоятельство стало их фатальным изъяном.
Безмозглые марионетки, какими бы отточенными ни были их боевые навыки и какой бы ужасающей силой они ни обладали, оставались лишь куклами.
Если бы Мань Цюэ и остальные спасовали перед таким противником, они бы не стоили звания сильнейших людей планеты.
— Сдохни!
Кинжальный блеск клинка рассек небеса, золотая воля обрушилась вниз, выбивая колоссальные цифры урона.
После долгой и тяжелой битвы золотобровый воин переломил ход поединка: выжав из себя предел возможностей, он снес голову своему двойнику.
Топ!
Но перевести дух ему не дали.
В тот же миг перед ним возникла новая копия.
Снова та же внешность, та же сокрушительная мощь.
— Так вот что значит эта ваша реинкарнация?
Брови мужчины сошлись на переносице, во взгляде проступило тяжелое напряжение.
До него наконец дошло, в чем крылся весь ужас финального испытания.
Сразиться с одним клоном равной силы — полбеды.
А если…
Два?
Или три, четыре?
Судя по предыдущим девяти кругам, неужели этих марионеток тоже будет девять?
При одной мысли об этом на душе у воина стало тоскливо.
Сможет ли он выстоять под непрерывными атаками девяти собственных отражений?
Существовало ли вообще прохождение у этого безумного испытания?