Глава 687: «Люблю пригубить вина и помахать кулаками!»
— Проклятье, будь он проклят… — Как ни старался Пэй Шаохэн сохранять приличие, сейчас его самообладание дало трещину. Ладно еще Орден Первой Степени – Пэй Шаохэн не был фармацевтом и, хоть и завидовал, мог это пережить. Но назначение Сюй Чэ в Сюань У стало для него ударом под дых.
С чего вдруг новичок получает такой пост? Сам Пэй Шаохэн три года горбатился на передовой, прежде чем возглавить батальон. Не говоря уже о крови и поте в боях, ему приходилось через силу заводить дружбу с этим никчемным Оуян Хунъу. И на всё это ушло три года!
А Сюй Чэ просто пришел и сел в кресло командира? Неужели только из-за этой пилюли и ордена? От одной этой мысли Пэй Шаохэна душила ярость и чувство вопиющей несправедливости. По сравнению с Сюй Чэ все его трехлетние усилия казались нелепой шуткой!
Если к чужим почестям он еще мог относиться терпимо, то в вопросах чинов и рангов был крайне болезненно самолюбив. Сюй Чэ, сразу вставший вровень с ним по званию, лишил его покоя. Пэй Шаохэн почувствовал реальную угрозу.
«Нужно торопиться, я должен что-то предпринять, обязательно…», – размышляя об этом, он покосился на Оуян Хунъу. Лицо того было пунцовым от гнева, а на лице застыло выражение крайнего недоумения. Он без конца бубнил под нос: «Как это возможно?», «За какие такие заслуги?».
Пэй Шаохэн внимательно посмотрел на него, и в его душе постепенно созрел план.
— Церемония окончена! Командирам подразделений приступить к организованному отходу! — Голос адъютанта со сцены разнесся над плацем, и двенадцать корпусов начали покидать свои места. Если приходили они с обычными лицами, то уходили, полные зависти и пересудов. Сюй Чэ сегодня определенно стал главной звездой.
В рядах Батальона Сюань У Третьего Легиона Оуян Юнь Вэй то и дело оглядывалась, пока фигура Сюй Чэ окончательно не скрылась из виду. Она словно преобразилась. Раньше в глубине ее глаз часто мерцала Смертельная Тишина – казалось, ничто не может пробудить в ней интерес, будто она была лишь пустой оболочкой, созданной для убийства. Но теперь всё изменилось.
Как только она увидела Сюй Чэ и узнала о его назначении, мрак в ее взгляде рассеялся, уступив место свету надежды. Всё ее существо теперь излучало едва уловимое ожидание. Пусть Сюй Чэ не взял ее в ученицы, быть его солдатом тоже неплохо. Даже если она никогда не откроется ему, ей будет достаточно просто видеть его каждый день.
«Нужно стараться еще сильнее… Я обязательно помогу Мастеру Сюй!», – решительно подумала она.
Все разошлись так же быстро, как и собрались. Спустя десять минут тысячники и сотники покинули плац. Главный Командующий Пэн Сяньжэнь ушел первым, сославшись на дела. Оуян Чжэндэ и Пэй Шаохэн тоже не задержались, покинув место церемонии даже не попрощавшись. Гао Чэн ушел чуть позже, обменявшись парой слов.
Вскоре на месте остались только руководители Третьего Легиона: Командир Шэнь Лянь, его заместитель Лэн Цзянсюэ, командиры батальонов Ту Байхун, Ту Цяньху и Линь Ваньжоу, а также новоиспеченный командир Сюань У – Сюй Чэ.
Лэн Цзянсюэ и братья Ту не сводили глаз с юноши. Взгляд первой был полон скрытого смысла, а братья даже не пытались скрыть своего изумления – они явно не ожидали, что Сюй Чэ получит этот пост. Линь Ваньжоу же следила за реакцией Лэн Цзянсюэ, то и дело фыркая.
— Сюй Чэ, позволь представить, — Шэнь Лянь подошел ближе. — …Это Лэн Цзянсюэ, мой заместитель. Она ведает всеми текущими делами легиона, а в мое отсутствие принимает на себя командование. В будущем, если возникнут вопросы или трудности, смело обращайся к ней.
— Буду рад сотрудничеству, Заместитель Командира Лэн, — Сюй Чэ с любопытством оглядел женщину. Его взгляд невольно на миг задержался на ее выдающейся груди, и в голове всплыло слово «величие». Он тут же подумал, что она, должно быть, женщина широкой души. Как говорится, истинная красота требует масштаба. Мужской инстинкт взял свое на секунду, но, будучи джентльменом, он не стал пялиться.
Спустя мгновение его взгляд поднялся выше и прояснился. Четкий разлет бровей, высокая переносица, узкие «фениксовые» глаза и алые губы. Безупречные черты лица складывались в холодный, строгий образ, не допускающий и мысли о фамильярности.
Лэн Цзянсюэ едва заметно дернула уголком рта:
— Никаких проблем. Можешь обращаться в любое время.
Она первой протянула руку. Сюй Чэ, не раздумывая, ответил на рукопожатие. Когда его пальцы коснулись ее ладони, ему показалось – или это была правда? — Что она слегка вздрогнула.
У Линь Ваньжоу округлились глаза. Ту Байхун и Ту Цяньху выглядели так, будто увидели привидение. Даже Шэнь Лянь слегка опешил. Сама предложила рукопожатие? Мужчине? Неужели это его вечно холодная заместительница? Такая любезность была для нее в новинку. На миг он даже засомневался, не подменили ли ее.
— Позволь и мне представиться. Я Линь Ваньжоу, командую Батальоном Чжу Цюэ. Можешь звать меня Сестра Линь, — не дожидаясь, пока затянется контакт Сюй Чэ и Лэн Цзянсюэ, Линь Ваньжоу вклинилась между ними и решительно протянула свою руку.
— Очень приятно, Сестра Линь, — Сюй Чэ ответил вежливо, окинув взглядом ее татуировки, проглядывающие из-под доспехов, и дерзкую короткую стрижку. Внутри он ощутил легкий диссонанс. «Ваньжоу» означало «нежная и кроткая», — имя ей совершенно не подходило. В таком прикиде, добавь ей силовые перчатки, она могла бы косплеить Вай из «Аркейна».
Щелк…
И тут же на левой руке Линь Ваньжоу броня пришла в движение. На глазах у изумленного Сюй Чэ она трансформировалась в массивную механическую перчатку толщиной с бедро.
Скрип… Линь Ваньжоу сжала кулак и усмехнулась:
— Я на досуге люблю пригубить вина и помахать кулаками. Может, как-нибудь разомнемся?
— Пожалуй, откажусь, — Сюй Чэ затряс годовой. Шутки шутками, но, несмотря на свою мощную защиту, он не был мазохистом.
— Почему? Ты разве не Усиливающего типа? — Линь Ваньжоу с сомнением оглядела его фигуру. Сюй Чэ не бугрился горой мышц, но его тело было поджарым и явно таило в себе взрывную силу.
— Я Природного типа, — невозмутимо соврал Сюй Чэ.
— О как, — Линь Ваньжоу явно не до конца поверила.
— Ладно, теперь наш черед! — Огромная ручища отодвинула Линь Ваньжоу в сторону. Тень накрыла Сюй Чэ, даже солнечный свет будто померк на мгновение. А затем раздались два голоса, грубых, как песок в пустыне:
— Позволь представиться. Ту Байхун из Батальона Цин Лун.
— Ту Цяньху из Батальона Бай Ху.