Глава 72 – Встреча
ча
"Странно… Почему удача этого юноши так сильно изменилась? И кровавое бедствие ослабло, а вместо него преобладает аура богатства и знатности?" – прикрывая рот рукой, пробормотал господин Сюй, лишь когда остался один.
На самом деле он был геомантом на службе у тайшоу, обладал некоторыми сверхъестественными способностями и мог смутно видеть ауру удачи, но не более того.
В этом мире знатные семьи всегда держали при себе несколько таких людей на всякий случай.
Последние несколько месяцев господин Сюй видел, что лица всех обитателей резиденции тайшоу подернуты серо-черной дымкой – предзнаменованием великого несчастья. Он уже собирался найти предлог, чтобы сбежать, как вдруг встретил этого юношу.
Раньше удача Ли Юя была самой обычной.
Но сейчас он увидел, как у того на переносице мелькнула фиолетовая ци – признак великой знатности!
Под влиянием этой благой энергии даже смертельная аура, окутывавшая обитателей резиденции, немного рассеялась. Это привело его в замешательство и лишь усилило благоговение перед волей Небес.
…Завершив это важное дело, У Мин не стал возвращаться домой. Он снял комнату в гостинице и жил затворником, ожидая наступления второго числа второго месяца.
"В пятом году эры Линхэ Хуан Цзе потерпел поражение. Его пятисоттысячная армия рассыпалась, а сам он был убит государственным наставником на Равнине Павшего Дракона…"
Солнечный свет проникал сквозь бумагу на окнах, оставляя на полу световые пятна.
В ожидании У Мин, помимо ежедневных даосских практик, не выпускал из рук книг. Он читал местные легенды и предания, собранные для него У Теху, и находил в этом удовольствие.
А между строк порой проступали крупицы исторической правды.
"…В то время небеса разгневались, и пошел кровавый дождь. В округе на сто ли все видели, как днем показались звезды. Три светила – Убийца, Разрушитель и Волк – воссияли ярким светом и обратились в черного дракона…"
На странице ветхого манускрипта У Мин специально оставил отметку ногтем.
"Сам Хуан Цзе нес в себе судьбу „Убийцы, Разрушителя, Волка“, так что этот отрывок весьма правдоподобен… Но какими же способностями должен был обладать государственный наставник, чтобы одолеть такого человека?"
У Мин закрыл древний свиток и с восхищением задумался.
Он уже достиг уровня мастера закона. Следующей ступенью был "преподобный" – тот, чей изначальный дух мог покидать тело и проникать в сокрытый мир. А выше преподаваного стоял лишь "небесный наставник"!
Государственный наставник же был не рангом в духовной иерархии, а титулом, дарованным императором.
Получивший этот титул выходил за рамки всех рангов. Теоретически он мог не только черпать государственную удачу для своей практики, но и управлять драконьей ци, что грозило прервать династию.
Из-за этого в истории было крайне мало правителей, готовых даровать такой титул, ведь это было все равно что разделить с кем-то священный артефакт власти.
Но при всех ограничениях, в случае успеха выгода была огромной.
В истории все, кто удостаивался этого титула, были как минимум преподобными. А когда на них снисходила удача целой страны, их духовная практика становилась неудержимой, и с ними не могли тягаться даже небесные наставники, достигшие великого совершенства в искусстве бессмертного человека.
Даже бессмертные земли остерегались их.
Обычный даос, не достигший уровня мастера закона, на поле боя был практически бессилен, но государственный наставник мог игнорировать и кровавую ша, и ци армии.
"Кстати говоря… талисман усмирения бедствия от Тай-суй, который я приобрел в прошлый раз, тоже мог начертать только государственный наставник. Способность подавлять кармическое воздаяние от драконьей ци – это и впрямь нечто невероятное…"
На лице У Мина появилось странное выражение.
"Помнится… смерть императора Лина была как-то связана с назначением государственного наставника. Но тот наставник оправдал ожидания, разгромил Хуан Цзе и убил его на Равнине Павшего Дракона… Кажется, вскоре после этого он и сам погиб… Это был великий подвиг во имя государства. Поскольку тот человек был даосом из школы Юйцин, с тех пор императорским указом школа Юйцин была назначена главой всех даосских школ Поднебесной. Стали строиться огромные монастыри, а те, кто принимал даосизм, освобождались от налогов и повинностей…"
Наконец-то он нашел ответ на мучивший его вопрос:
"Я все думал… в Поднебесной столько могущественных практиков – школа стратегов, шаманы-колдуны, гуши, конфуцианцы-цигуны, мастера боевых искусств… Почему двор так благоволит именно даосам? Вот где корень… Но такие траты для казны…"
Пусть так, но если бы ему представилась возможность стать государственным наставником, У Мин, несомненно, ухватился бы за нее.
Хуан Цзе нес судьбу "Убийцы, Разрушителя, Волка", его появление предвещало хаос в Поднебесной, и все же тот государственный наставник смог его подавить. Борьба там, должно быть, была немыслимая, что еще больше восхищало.
– Неся на себе удачу государства, он был непобедим!
– Но хоть в момент своего могущества даже бессмертные земли вынуждены были отступать перед ним, это не вечный путь! – пробормотал У Мин.
Он сам испытал это на себе. Лишь соприкоснувшись с драконьей ци Ли Жуби и полагаясь на свою практику, он навлек на себя такую кармическую расплату, что чуть не лишился основ своего совершенствования.
Государственный наставник нес на себе удачу целой династии. Он мог черпать драконью ци без ограничений, но если государство приходило в упадок, мог ли он спастись?
…Хлоп!
Снаружи раздался треск петарды.
У Мин распахнул окно и ощутил шум и суету.
Празднование Нового года еще не закончилось, а город уже погрузился в подготовку к празднику Поднятия Головы Драконом, который отмечался второго числа второго месяца.
Дома были украшены фонарями и гирляндами, а на реках и каналах днем и ночью тренировались команды гребцов на драконьих лодках. Повсюду разносились их крики, бой барабанов и аплодисменты зрителей.
"Неведение – это счастье… Если бы вы знали, что все это на самом деле значит, смогли бы вы оставаться такими же беззаботными?" – горько усмехнулся У Мин и вдруг осознал: "Вот уже и конец первого месяца. Собрание у Драконьих Врат совсем близко!"
В этот момент выражение его лица резко изменилось.
– Кто здесь?
Он сложил пальцы в мудру, и в воздухе едва заметно промелькнул отзвук ветра и грома.
– Братец, это я!
Мягкий женский голос заставил У Мина с облегчением выдохнуть. Он опустил руку и, обернувшись, с кривой улыбкой посмотрел на У Цин.
– Сестрица, не могла бы ты в следующий раз появляться не так пугающе?
– Я специально вошла так, чтобы никто не заметил!
У Цин, одетая в даосский халат, выглядела словно изгнанная бессмертная, сошедшая на землю. Она легко опустилась на кровать и, оглядевшись, спросила:
– В городе сейчас опасно, почему ты до сих пор не уехал?
У Мин внутренне похолодел.
То, что У Цин пришла одна и старалась остаться незамеченной, говорило о том, что она тоже что-то почувствовала.
– И еще, твоя техника… это что, техника грома? Гром – это ось неба и земли, основа инь и ян. Среди всех даосских техник по силе ему нет равных…
У Мин снова покрылся холодным потом.
К счастью, он не успел применить технику, а лишь выпустил частичку ее ауры.
Если бы У Цин узнала, что он уже достиг уровня мастера закона, проблем было бы не оберешься.
На уровне мастера закона основы были сокрыты глубоко, а истинное семя руны в море сознания вмещало в себя целую вселенную. Поскольку они теперь были на одном уровне, У Мин мог скрыть свою силу, и У Цин не заметила бы подвоха.
– Я случайно нашел "Технику ладони Пяти Громов". Ее создал один вольный практик, который пришел к дао через боевые искусства. Мне она пришлась по душе, вот я и немного поупражнялся… Если сестрица хочет, могу прочитать тебе ее наизусть.
Сначала У Мин думал, что эта техника была получена Юй Шаоцзюнем из Храма Владыки Богов, но потом понял, что Храм слишком скуп, чтобы позволять перерожденцам изучать такие мощные умения. Скорее всего, Юй Шаоцзюнь добыл ее в одном из миров.
Возможно, ее даже даровал ему Преподобный с Южной Горы, чтобы переманить на свою сторону.
– Не стоит!
У Цин бросила на него взгляд.
– Ты встретился с моей близкой подругой?
– Нет, но ее знак я получил…
У Мин достал браслет и вкратце пересказал события того дня.
У Цин слушала с невозмутимым лицом. Помолчав немного, она сказала:
– Эта моя сестра – наследница рода У, самого влиятельного в округе Наньфэн. Она горда и непреклонна. Если будешь с ней общаться, будь терпимее…
В этих словах слышались нотки прощания, отчего у У Мина дернулся глаз.
Он взглянул на ауру У Цин и увидел, что серо-черная ци бедствия клубится еще гуще, словно грозовая туча перед бурей.
– Сестрица Цин, ты после приезда в город выяснила, откуда исходит угроза? Может, ее можно как-то отвести…
– Да… кое-что прояснилось…
Глаза У Цин сверкнули, и в этот миг ее очарование могло бы свести с ума любого мужчину.
– Семья Ван, самые влиятельные люди в округе, окольными путями вышли на меня. Кажется, они хотят сосватать меня за своего наследника, Ван Юя…
– Что?!
У Мин был в недоумении. Если семья Ван хочет женить своего сына на У Цин, то он станет их свояком. Откуда тогда такая беда? И как объяснить злой рок, нависший над сестрой?
– Ты… согласилась? – с тревогой спросил он, предполагая, что У Цин, с ее сильным характером и стремлением к дао, ни за что не захотела бы выходить замуж и резко отказала, нажив себе врагов.
– А ты как думаешь, братец?
У Цин не ответила, но ее глаза с лукавой усмешкой были устремлены на него.
У Мина тут же пробрала дрожь. Это была инстинктивная реакция. В воспоминаниях того повесы было запечатлено, что если У Цин смотрела так, то жди большой беды.
Поэтому он решительно выпалил:
– Конечно, нет!
– Почему нет?
– Это…
У Мин и сам не знал почему, и на мгновение растерялся.
Увидев его растерянность, У Цин рассмеялась, и от ее смеха в комнате словно суровая зима сменилась весной и расцвели сотни цветов.
– Я больше не буду тебя дразнить… Но в одном ты прав: этот брак невозможен!
На лице У Цин появилась холодная усмешка.
– Этот Ван Юй – лишь красивая обертка, а внутри – гниль. Он хочет сделать меня своей спутницей на пути совершенствования, а в миру – всего лишь наложницей!
– Какая наглость!
У Мин тут же выразил свое возмущение, и на семь-восемь десятых оно было искренним.
– И не только… Он практикует "Тайсу Иньчжан". Хоть он и тщательно это скрывает, от моего духовного взора не укрыться. У него есть тайная техника, позволяющая поглощать женскую энергию инь, судьбу и удачу для собственного усиления. Как думаешь… стану ли я для него сосудом?
У Цин холодно усмехнулась.
– Вот оно что!
Теперь У Мин наконец понял причину враждебности семьи Ван.
– Да их помыслы просто чудовищны!
– Отказав семье Ван, я навлекла на себя большую беду. Через три дня начнется собрание у Драконьих Врат. Уезжай немедленно, лучше всего прямо в округ Наньфэн… А когда все уляжется, решишь, возвращаться или нет!
У Цин говорила серьезно, и У Мина тронула ее забота.
– Сестрица…
– Помни! Уезжай как можно скорее!
Ее голос еще звучал в комнате, но сама она уже исчезла без следа.