Глава 71 – Нефритовая подвеска
ка
Ли Юй вышел из резиденции тайшоу с мрачным выражением лица.
Ему было лет семнадцать-восемнадцать, с алыми губами, белыми зубами и глазами, сияющими, как утренние звезды. Облаченный в парчовый халат, с золотой короной на голове и длинным мечом у пояса, он выглядел как образцовый молодой господин из знатного рода.
– Господин, вы направляетесь в "Пьянящие речные просторы"? Я сейчас же подам вам коня!
Несколько слуг у ворот тут же бросились ему услуживать. Они подвели статного белого скакуна и наложили на него седло. Седло тоже было непростым – оно поблескивало на солнце, будто покрытое серебряной фольгой.
– Да… несколько друзей пригласили на поэтический вечер…
Обычно Ли Юй, сын тайшоу, держался уверенно и энергично, но сейчас ответил рассеянно, явно витая в облаках.
– Но!
Вскочив на коня, он все еще думал о словах, подслушанных у отцовского кабинета:
"В округе Чуфэн две главные беды: первая – знатные семьи, чьи поля раскинулись без конца и края и которые втайне содержат латников, вторая – вмешательство божеств в дела смертных… А среди всех знатных семейств хуже всего дела обстоят с домом Ван, самым влиятельным в округе!"
"Я, твой тайшоу, уже принял решение действовать. Второго числа второго месяца этот род непременно нанесет ответный удар…"
…Мысль о том, что его отец вот-вот столкнется с самой могущественной семьей в округе, и что это грозит им конфискацией имущества и истреблением всего рода, не давала Ли Юю покоя.
"Наверное… в глазах других я просто праздный повеса, который любит вино и стихи?" – с горькой усмешкой подумал он.
Хоть душа и горела в огне, он не мог выдать и тени беспокойства. Нельзя было даже без веской причины отменить сегодняшнюю встречу с поэтами, чтобы не вызвать подозрений.
– Господин Ли, прошу вас! Прошу! Господа Чжан и Се уже ждут вас в отдельной комнате на втором этаже…
Когда он прибыл в "Пьянящие речные просторы", и коридорный, и хозяин заведения сразу узнали знатного гостя и, боясь угодить в немилость, поспешно проводили его наверх.
Таверна была построена на берегу реки, и со второго этажа открывался широкий вид на могучие волны, от которого на душе становилось легче.
– Ха-ха… Брат Ли, ты опоздал! С тебя три чарки штрафных!
Несколько юношей в синих одеждах, увидев Ли Юя, тут же оживились и рассмеялись.
– Сегодня я что-то не в силах много пить. Лучше сложу в наказание стих, чтобы искупить свою вину!
В другой день он бы с радостью напился допьяна, но сейчас, с тяжелым сердцем, как он мог себе это позволить? Ли Юй поспешно замахал руками.
– Хорошо… Мы все восхищаемся твоим поэтическим талантом, брат Ли! Сегодня ждем твоего шедевра!
Пока остальные шумели, Ли Юй лишь криво усмехался. Откуда ему сейчас было взять вдохновение для стихов?
– Яркие цветы укрыли рощу, резвится рыба в заводи речной. Склонился к водам – вот она, услада! Восторг – в уженье, а не в рыбе той!
Пока он ломал голову, до него донесся голос со стороны перил. Там сидел даос. Глядя на бурные воды реки, он нараспев читал стихи.
Голос его был чист, словно жемчуг, а сами строки – превосходны, исполнены даосского спокойствия. Ли Юй замер.
Извинившись перед друзьями, он подошел ближе. Даосу на вид было лет пятнадцать-шестнадцать, но лицо его сияло, как драгоценный камень, а кожа была кристально чистой. Он сидел в бамбуковой шляпе, и от всей его фигуры исходило неземное умиротворение. Ли Юй понял, что перед ним человек, достигший высот во внутренней практике, и, не смея проявить неуважение, сложил руки в приветствии.
– Я Ли Юй, приветствую вас, почтенный даос. Могу ли я узнать ваше даосское имя?.. Ваши стихи… они поистине глубоки. Хотел бы попросить у вас наставления…
– Что вы, я Уцзи. Всего лишь поддался мимолетному чувству, для собственного развлечения. Не стоит и говорить об этом…
Этим даосом, разумеется, был У Мин. Он улыбнулся и сказал:
– Если господину интересно, почему бы вам не присесть и не разделить со мной чарку скромного вина?
– Что ж, с радостью приму ваше предложение…
Ли Юй собирался уйти, но какая-то неведомая сила заставила его сесть и, взяв чарку, осушить ее до дна.
Вино было очень легким, а закуски на столе – вегетарианскими.
В этом мире ни даосы, ни даже последователи врат Брахмы не придерживались строгого запрета на мясо.
Ли Юй съел немного, снова взглянул на реку и подумал о том, как утекают годы, подобно великой реке, несущей свои воды на восток. Его же семья могла быть уничтожена в любой момент. От этой мысли его охватила такая тоска, что он невольно тяжело вздохнул.
– Судя по вашему вздоху, господина что-то гложет!
У Мин невозмутимо улыбнулся.
– А еще я вижу, что ваше лицо потемнело, да с красным оттенком. Боюсь, в скором времени вас ждет кровавое бедствие!
Говоря это, он понизил голос.
– Что ты сказал?
Ли Юй от этих слов чуть не подскочил от изумления.
– Что за чушь!
Но даже выкрикнув это, он тоже говорил шепотом, явно не желая, чтобы их услышали.
– Хе-хе… Ваш покорный слуга немного разбирается в чтении по лицам. И я знаю, что это бедствие с мечами и кровью грозит не вам лично, а вашей семье!
У Мин усмехнулся.
Слова эти ударили в уши Ли Юя, словно раскат грома. Лишь спустя долгое время он произнес:
– А ты, даос, и впрямь кое-что умеешь…
Если бы обычный гадатель попытался его напугать, это было бы одно. Но этот говорил о бедствии с оружием, да еще и связанном с семьей, – от такого у Ли Юя душа ушла в пятки.
– Раз вы смогли это увидеть, почтенный даос, то, может, знаете, как его отвести? – спросил он.
– Отвести? Это карма людских деяний, трудно! Трудно! Ох, как трудно!
У Мин печально вздохнул, трижды повторив слово "трудно".
Но Ли Юй, словно ухватившись за последнюю надежду, поспешил сказать:
– Я сын тайшоу, я щедро вас вознагражу…
– Раз так, то я, пожалуй, попробую, хоть это и непросто…
У Мин засунул руку в рукав и, достав нефритовую подвеску с извивающимся драконом, положил ее на стол.
– Это…
Ли Юй взял ее. Благодаря семейному образованию он разбирался в таких вещах. На первый взгляд нефрит показался ему самым обычным, но, присмотревшись, он ощутил, что в изгибах дракона таится особая прелесть, и ему уже не хотелось выпускать подвеску из рук.
– Господин Ли… знайте, что небесный путь неизменен, а великий ход событий неодолим…
В это же время голос У Мина продолжал звучать в его ушах:
– …Небо движется неустанно, и благородный муж должен стремиться к самосовершенствованию. Этот мой талисман, если будете носить его, сможет защитить вас лишь на время. Чтобы изменить свою великую судьбу, вы должны приложить собственные усилия…
– К тому же, у небесного пути есть свои законы: что взял, то и верни. Если хотите забрать этот нефрит, вы должны что-то оставить взамен… хе-хе…
– Тебе нужны деньги? Сколько?
Тут Ли Юй снова засомневался, заподозрив, что столкнулся с мошенником.
– Это… зависит от того, сколько господин Ли сам пожелает заплатить. Скажу сразу: сколько бы вы ни дали, мы с вами квиты, и больше никаких дел друг с другом не имеем…
У Мин покачал головой, шумно отхлебнул вина и неторопливо продолжил.
От этих слов беспокойство в душе Ли Юя лишь усилилось, но он снова взглянул на подвеску в руке. С тех пор как он взял ее, ему не хотелось с ней расставаться. В сердце нарастало чувство удовлетворения, словно изголодавшийся человек наконец-то получил еду.
"Ладно… в крайнем случае, просто потрачусь на безделушку!"
В этот миг по нефриту пробежал голубоватый отблеск. Ли Юй больше не колебался. Он сунул руку за пазуху, достал десять золотых листков и положил на стол.
– Здесь десять лянов золота, этого хватит?
Каждый листок весил один лян, итого ровно десять.
И хотя официальный курс был один к десяти, золото ценилось высоко, так что за эти десять лянов можно было получить сто с лишним лянов серебра! В любом месте это была немалая сумма.
– Вполне! Вполне!
У Мин пристально посмотрел на него, трижды рассмеялся, сгреб золотые листки и, не оглядываясь, удалился.
– Господин Ли… о чем вы говорили с тем даосом?
Вернувшись на свое место, Ли Юй все еще был как в тумане.
– Да так… он просто продал мне одну безделушку…
"Сработало! Под воздействием драконьей ци его собственная удача пробудилась!" – У Мин, уже покинувший таверну, стоял в переулке, и в его глазах вспыхнул таинственный огонек.
Драконья ци, по сути, была лишь катализатором. Для ее действия требовалось, чтобы у человека уже была достаточная собственная удача.
Ли Юй подходил по всем статьям. И положение, и статус давали ему поддержку удачи. Теперь же он из ранга "подданного" перешел в ранг "правителя". Проще говоря, в нем пробудились амбиции.
А есть у человека амбиции или нет – это очень важно.
В обычное время, под гнетом имперской власти, тайшоу мог командовать лишь несколькими тысячами гарнизонных солдат. Но если в нем просыпались амбиции, и он готовился к мятежу, то мог в одночасье набрать десятки тысяч воинов.
"Что нужно было, я сделал. Остальное – посмотрим, как пойдет…"
В углу переулка У Мин снял даосское одеяние, переоделся в свою обычную одежду и подумал:
"Теперь остается лишь ждать собрания у Драконьих Врат…"
…Когда Ли Юй вернулся в резиденцию, стражники у ворот удивились.
– Господин сегодня рано!
– Угу! Накормите коня как следует!
Ли Юй что-то пробормотал, витая в облаках. Из-за встречи с У Мином поэтический вечер в "Пьянящих речных просторах" закончился скомканно.
По пути домой он смотрел на город, и в его душе бушевали эмоции.
Такой город, такие прекрасные земли и впрямь не должны достаться семье Ван!
А уж покорно отдать свою жизнь и состояние на растерзание – этого он не допустит ни за что!
Вернувшись в резиденцию, он тут же начал прикидывать: "Под началом моего отца лишь судебные приставы, несколько сотен человек… У семьи Ван одних только слуг-воинов больше. Если дойдет до прямого столкновения, все будет зависеть от цзюньвэя. В его руках две тысячи солдат гарнизона. К кому бы он ни примкнул, исход дела будет предрешен!"
Мысли о непредсказуемой позиции цзюньвэя заставили Ли Юя нахмуриться. В этот момент мимо проходили две служанки. Увидев его, они радостно воскликнули:
– Господин, вы вернулись! Вторая госпожа ищет вас, уже полдня ждет!
– А, сестренка…
Его младшая сестра была самой юной в семье, и отец с братом души в ней не чаяли. На лице Ли Юя невольно появилась улыбка.
И вдруг его словно молнией пронзила мысль: "У этого цзюньвэя, кажется, тоже есть дочь, которую он обожает… На Празднике середины осени мы с ней даже встречались в саду…"
Девушка, к тому же, весьма восхищалась талантами и утонченностью книжников. Здесь можно было кое-что предпринять.
Да, поступок будет низким, но когда на кону жизнь и смерть, разве до сантиментов?
И самое главное – через эту девушку можно было наладить контакт с цзюньвэем!
– А?
Внезапно раздался удивленный возглас.
– Это вы, советник Сюй? Что-то случилось?
Ли Юй недовольно обернулся и увидел, что один из нахлебников стоит у дороги и кланяется ему.
Этот человек, кажется, обладал какими-то способностями, поэтому отец и держал его на содержании, хотя особой пользы от него не было.
– Нет! Нет! Ничего…
Господин Сюй поспешно ответил, но когда Ли Юй ушел, он смотрел ему вслед с нескрываемым изумлением.