Глава 571 – Конный бой
ой
– О, смотрите! Уильям, свободный человек из города Ния, выбрал бой без доспехов! Давайте поприветствуем его смелость!
Тщательно подготовленные четвертьфинальные поединки обслуживали не только судьи, но и несколько громогласных комментаторов.
Один из них тут же заговорил шутовским, скоморошьим тоном:
– Боги всемогущие, я будто вижу легендарного рыцаря-безумца Шотага, в одиночку бросившегося в атаку на морского Гиганта!
С трибун тотчас же донесся неодобрительный гул. Разгневанные горожане кричали и ревели, выплескивая свое недовольство. По их мнению, бездоспешный Уильям не был ровней Берту. Они зря потратили деньги на билеты, так и не увидев захватывающего зрелища.
– Юный Берт из рода Тал… кажется, я его помню, – усмехнулся граф Синяя Гора, сидевший на трибуне. – Похоже, сегодня его счастливый день! Надо же было встретить такого противника.
– Согласен с тобой, – улыбнулся в ответ виконт Гарсиа. – Искусство юного Берта выделяется даже среди рыцарей. Уверен, после посвящения он станет верным и отважным воином!
Тут он, кажется, что-то заметил и посмотрел на старика в рясе, сидевшего рядом:
– Архиепископ, похоже, иного мнения?
– Лишь Господу решать, кто удостоится славы. Мы же простые смертные, что мы можем видеть? – загадочно произнес архиепископ, заставив виконта Гарсиа нахмуриться.
Положа руку на сердце, Церкви он опасался даже больше, чем графа Синяя Гора, особенно после того, как та беззастенчиво выставила на турнир Адриана. Виконт Гарсиа не сомневался, что Церковь и граф заключили некий тайный сговор, чтобы вместе противостоять ему.
"Глупая голубокровная знать! Даже не ведают, кто их истинный враг…"
Виконт Гарсиа чувствовал лишь досаду и бессилие, но мог только молча вздыхать про себя. Скажи он это вслух – граф Синяя Гора не поверит, а дела, как он предчувствовал, пойдут еще хуже.
"Хм… Много народу, шумно", – отметил У Мин, сидя верхом на вороном коне. В руках он тоже держал рыцарское копье длиной почти пять метров.
Вот только, в отличие от закованного в железо противника, на нем были лишь простая рубаха да штаны. Льняные волосы развевались на ветру, создавая весьма привлекательный образ, отчего многие знатные дамы замахали веерами быстрее.
– Он либо полный идиот, либо до ужаса опасный противник, – с напряженными лицами переговаривались другие участники.
Адриан, не моргая, смотрел в центр арены:
– У него нет доспехов, а значит, нет и права на ошибку. Даже случайное касание может обернуться тяжелой раной!
– Почему бы нам не заключить пари? – с улыбкой предложил стоявший рядом с ним красавец. – Ставлю на победу Уильяма. Сто золотых делонов!
– Что такое? Неужели вы из "Сердца дикого волка" что-то знаете об этом Уильяме, Альфред? – тут же предположили другие фавориты турнира. – Или, может, сталкивались с ним на задании?
– Началось! – не отвечая, произнес Альфред и, скрестив руки на груди, внимательно уставился на арену.
– И-и-иго-го!
Сделав несколько кругов, рыцари услышали сигнал к началу боя с трибуны графа и почти одновременно ринулись в атаку.
Два скакуна, словно обратившись в ветер, понеслись с немыслимой скоростью, оставляя за собой размытые следы, и должны были вот-вот столкнуться в центре площади.
"Вот он, момент!"
У Мин выставил копье вперед. Обостренное восприятие позволило ему мгновенно ощутить вес, длину и центр тяжести оружия… оно стало словно продолжением его руки, частью тела. В мире Боевых Богов это был всего лишь небольшой трюк владения оружием – "единение человека и копья". Он не требовал внутренней энергии, что было весьма необычно, и потому У Мин его запомнил. И вот теперь, после долгого пребывания в этом мире, ему удалось кое-как его воссоздать.
Свист!
Боевые кони сближались, наконечники копий сошлись на одной линии.
Бам!
В тот же миг, как их копья соприкоснулись, У Мин через свое оружие ощутил все, что касалось его противника. Сила, затраты энергии, даже центр тяжести Берта – все отчетливо предстало в его сознании.
Он крутанул копье правой рукой, вложив в движение странную, спиралевидную силу. Берт вскрикнул – его оружие вырвало из рук и отбросило в сторону. Сам он, казалось, потерял равновесие; его охватило мучительное чувство пустоты. А затем резкая боль пронзила живот, и он, взлетев в воздух, рухнул на землю.
– Что?
Все произошло слишком быстро. На трибуне граф Синяя Гора и виконт Гарсиа удивленно поднялись и протерли глаза. В их памяти запечатлелось лишь то, как после одного столкновения копье Берта отлетело в сторону, а сам он был сбит с коня точным ударом Уильяма.
– Рыцарь Берт не может продолжать бой! Победитель – Уильям! – громко объявил судья, приказав своим людям осмотреть раненого.
В животе Берта зияла кровавая рана – даже латы не смогли остановить мощный удар копья. Судья лишь покачал головой.
На трибунах воцарилась тишина, которая тут же сменилась восторженным ревом.
Вот это поворот!
Толпа неистовствовала, скандируя имя Уильяма. Какая разительная перемена по сравнению с тем, что было раньше!
"Этот удар…"
Лицо Адриана стало серьезным. Вспоминая тот, казалось бы, ничем не примечательный выпад Уильяма, он почувствовал, как на лбу выступил холодный пот. Он совершенно не понял, в чем был секрет, но осознал, что Уильям владеет какой-то ужасающей техникой, позволяющей с легкостью разделаться с оруженосцем, чья сила была почти равна силе настоящего рыцаря.
У Мин проводил взглядом уносимого с арены Берта и под оглушительные крики толпы сохранял полное спокойствие. Глядя на едва дышавшего противника, он лишь молча размышлял. Их силы были примерно равны, поэтому он не сдерживался, а рыцарское копье изначально создавалось для нанесения максимального урона. В стремительной атаке, усиленной мощью рыцаря, его не остановит даже латный доспех.
"Даже в моей прошлой жизни, когда шпана дралась на ножах, они в основном рубили, чтобы ранить, а не убить… Самыми страшными были отморозки, которые ничего не соображали и били наобум, попадая во внутренние органы. Тут уж и боги не помогут!"
Теперь же он был в ином мире, где все решала сила. Война и рыцарские поединки велись с одной целью – убить врага, и, естественно, для этого использовались самые действенные методы.
Судя по ране Берта, У Мин понимал: даже если тот выживет, с рыцарством ему придется распрощаться навсегда. Возможно, он станет слабее даже обычного человека.
– Очень сильный противник. Надеюсь, не встречусь с ним во втором раунде, – с элегантной улыбкой произнес Альфред, пока двое его подчиненных помогали ему облачиться в доспехи. – Разумеется, это касается и вас, уважаемый рыцарь славы!
На арене тем временем уже навели порядок, и рог возвестил о начале второго поединка…
…
"Сегодняшние бои определят лишь четверку сильнейших, а битва за звание чемпиона состоится завтра".
У Мину не нужно было возиться с доспехами, поэтому он налегке смешался с толпой на трибунах, чтобы понаблюдать за поединком Альфреда. Этот парень с его смазливым, почти женственным личиком, обладал несомненной силой. Он играючи одолел своего противника, а после боя учтиво поклонился знатным дамам на трибунах, вызвав бурю восторженных визгов у изголодавшихся вдов и мечтательных девиц, а заодно и враждебные взгляды мужчин.
Адриан же, напротив, был истинным рыцарем, свято чтившим кодекс. Он во всем соответствовал представлениям У Мина о рыцарях из его прошлой жизни: строгий, вежливый, храбрый, но при этом несколько консервативный.
"Эти двое не только прошли рыцарское посвящение, но и обладают богатейшим опытом и техникой… Настоящий рыцарь вроде Такура потерпел бы против них сокрушительное поражение, – размышлял У Мин на ходу. – Но для меня они не представляют большой угрозы".
Всесторонняя и сбалансированная подготовка означала отсутствие слабых мест. А если добавить к этому опыт, полученный в нескольких мирах, то его проигрыш был бы чем-то из ряда вон выходящим.
Он шел по улице и купил два пирожка с мясом. Ароматная выпечка с аппетитной мясной начинкой, посыпанная рубленым луком и перцем, пробуждала зверский аппетит. Хоть и стоили они недешево, У Мин не поскупился и, купив сразу два, принялся неспешно есть.
Из всех миров, где он побывал, здешние удовольствия были лишь немногим лучше, чем в Фусане, а это уже говорило о многом. Возможно, знать и утопала в немыслимой роскоши, но для него, простолюдина, существовали сословные ограничения, которые так просто не обойдешь.
"После турнира можно будет привести сюда Беатрис, пусть попробует…" – подумал он.
С тех пор, как он записался на турнир, У Мин спрятал девочку за городом, оставив ей немного еды. Наверняка бедняжка сейчас каждый день грызет черствый черный хлеб и проклинает своего хозяина.
"Хм? За мной следят?"
Пройдя еще несколько улиц, У Мин благодаря своему обостренному чутью сразу же обнаружил преследователей. Не подавая вида, он свернул в темный переулок и спокойно обернулся:
– Выходите, крысы из сточной канавы. Неужели вы думали, что сможете укрыться от глаз орла?
– Уважаемый господин Уильям! – из тени вышел человек в черном плаще. Он развел руки в стороны, показывая, что безоружен. – У меня нет дурных намерений. И… как я могу в одиночку справиться с одним из четырех финалистов турнира?
– Какова твоя цель? – холодно спросил У Мин.
– Мой господин желает вас видеть, – прямо ответил тот. – Вам нужно лишь согласиться на встречу, и за это мой господин готов заплатить сто золотых делонов или предложить что-то равноценное.
– Это касается завтрашнего боя? – уточнил У Мин. – Хорошо! Веди меня к нему.
Очевидно, преследователь не ожидал, что все пойдет так гладко. Он на мгновение замер, а затем поспешно зашагал вперед, указывая дорогу.