Глава 210 – Поднебесная
ая
Уезд Вэйган.
Этот уезд, расположенный в центральной части империи Шан, процветал благодаря залежам соли и железа, а также развитой сети дорог. Он ещё не был захвачен мятежниками, но охранялся чрезвычайно строго. У городских стен скопилось множество беженцев. У Мину пришлось простоять в очереди полдня и предъявить своё даосское удостоверение. Но даже после этого с него содрали две связки монет, прежде чем впустить в город.
Внутри царил относительный порядок. Хотя на лицах прохожих и виднелись следы голода, в них было больше жизни.
У Мин отыскал харчевню. Посетителей было мало. Половой, с перекинутым через плечо белым полотенцем, тут же подбежал к У Мину и с улыбкой спросил:
– Уважаемый даос, желаете отобедать?
– Да. Принеси мне две порции пампушек, одно мясное и одно овощное блюдо.
У Мин сел, но половой не уходил и выглядел смущённым. У Мин усмехнулся:
– Что, боишься, я не смогу заплатить?
– Ну что вы, даос… Просто времена сейчас тяжёлые, нашему хозяину тоже нелегко… Не могли бы вы сначала… – смущённо промямлил парень.
– Хорошо.
У Мин улыбнулся и, вынув слиток серебра весом не менее пяти лянов, положил его на стол.
– Этого хватит на еду?
– Хватит! Ещё и сдача останется!
Половой обрадовался, но когда он потянулся за серебром, У Мин остановил его руку.
– Сдачи мне не нужно. Ответь на несколько моих вопросов, а остальное забирай себе в качестве чаевых. Как тебе такое предложение?
– Да что вы, как можно?
Половой потёр руки. Награда была щедрой.
– Уважаемый даос, спрашивайте, о чём хотите. Всё, что знаю, расскажу!
– Я долгое время провёл в уединении в горах. Похоже, в мире сейчас смута. Скажи, каковы нынче цены на рис и муку?
– Вы, даос, и впрямь человек отрешённый, не знающий мирских забот…
Половой с кислой миной ответил:
– С прошлого года цены на рис всё растут и растут. Сейчас за один дань просят четыре ляна серебра…
Эта цена удивила даже У Мина, и он спросил дальше:
– А что в Поднебесной творится? Тринадцать мятежных князей, двадцать семь очагов восстания… Докуда они дошли?
– Э-э… Я знаю только, что ближайший к нашему уезду Вэйган мятежный князь – это Хань Хулинь, по прозвищу "однобровый князь". А с тех пор как вышел указ собрать всё оружие в стране, чтобы отлить каких-то там золотых людей, стало совсем неспокойно. Даже с нашей харчевни содрали налог на металл – целый лян серебра…
Было видно, что половой очень хотел заработать серебро, но познания его были скудны, и, почесав в затылке, он больше ничего не смог придумать.
– Ха-ха… Уважаемый даос, если хотите узнать о делах Поднебесной, не угостите ли меня чаркой вина? – внезапно раздался голос. Сосед по столику, мужчина средних лет в поношенной синей рубахе, с проседью в бороде и следами невзгод на лице, поднялся и улыбнулся.
– Встреча – это уже судьба. Прошу, друг, присоединяйтесь!
У Мин был только рад. Он велел половому принести ещё кувшин вина и отойти.
Вскоре парень вернулся с красным лакированным подносом, на котором стояли тарелка папоротника, миска тушёного мяса и десяток белоснежных пампушек. Он принёс кувшин старого вина, два кубка, почтительно наполнил их и удалился.
Хоть угощение было скромным, У Мин заметил, как другие посетители уставились на их стол, не сводя глаз.
– Прошу, друг мой. Как мне к вам обращаться?
У Мин с улыбкой поднял свой кубок.
– Меня зовут Ху Синь, я здешний. Когда-то сдал экзамен на первую ученую степень, а теперь обучаю детей грамоте…
Представившись, Ху Синь поднял кубок, слегка пригубил, и его глаза сощурились от удовольствия. Усы его подрагивали, словно он растягивал наслаждение. Поколебавшись мгновение, он осушил кубок до дна. Лицо его тут же слегка покраснело, он удовлетворённо вздохнул, подцепил палочками кусок мяса и жадно проглотил его. Спустя мгновение он вздохнул снова и виновато произнёс:
– Несколько месяцев не ел мяса, простите за мою невоспитанность!
– Лишь великий герой способен быть собой, а истинный учёный свободен от условностей. Ваша непринуждённость восхищает, за что же извиняться?
– Хорошо сказано! Эти слова запали мне в душу. За них стоит выпить до дна!
Ху Синь обрадовался, осушил ещё один кубок и только потом сказал:
– Даос, спрашивайте, о чём пожелаете. Я расскажу всё, что знаю, без утайки!
– Меня интересует лишь одно: какова обстановка в Поднебесной? – спокойно спросил У Мин.
– В этом захолустье мало кто вам ответит. Но у меня есть друзья, что служат при канцелярии губернатора области, мы переписываемся…
Ху Синь прищурился.
– Если говорить о главном, то сейчас в Поднебесной два важнейших события. Первое: Цзи И поднял восстание, захватил провинции Цянь и Юнь, и двор уже пожаловал ему титул князя – "У"!
Это была попытка усмирения, но У Мин, знавший историю, понимал, что она была тщетной.
Став князем У, Цзи И окончательно окреп и лишь ждал, когда утихнут сорок очагов восстания (Этот перевод распространяется бесплатно на LiNovel.ru. Поддержите переводчиков, читая оригинал там.) по всей стране, чтобы пойти походом на Шан и сокрушить её династию.
– А второе событие?
– Второе – это то, что Сюй Цзунъу, "князь, покрывающий небеса", предводитель тринадцати мятежных князей, захватил заставу десяти совершенств. Теперь он готовится созвать всех мятежных князей на совет, чтобы вместе пойти на Шэнцзин, и договорился, что тот, кто первым возьмёт столицу, станет императором!
Ху Синь понизил голос, сообщая эту ошеломляющую новость.
"Так вот на каком этапе сейчас история!"
Услышав это, У Мин внутренне встрепенулся.
Собрание у золотого пруда под стенами заставы десяти совершенств!
Это было одно из самых ярких событий в истории Великой Чжоу, которое нельзя было обойти стороной.
Шэнцзин был столицей Шан, и застава десяти совершенств для него была тем же, чем застава Хулао для Лояна.
Захватив заставу, Сюй Цзунъу созывал сорок мятежных армий и заключал договор "кто первым войдёт в Шэнцзин, тот и император", чтобы объединить все антишанские силы и стать их верховным лидером.
Удайся ему это, и князь У Цзи И, даже владея двумя провинциями, перед лицом всей Поднебесной мог бы лишь сокрушённо вздыхать.
Конечно, У Мин, читавший историю, знал, что собрание у золотого пруда провалилось и вместо этого прославило последнего великого полководца династии Шан, Го Цзыхэ, князя, усмиряющего горы. Легенда гласила: "Одним копьём он одолел восьмерых князей, конём растоптал тринадцать полководцев и сжёг вражеский лагерь на восемьдесят ли".
Читая об этом в книгах, У Мин думал, что Го Цзыхэ был гениальным стратегом, которому сопутствовала невероятная удача, раз ему удалось совершить столь дерзкое нападение. Но теперь, находясь в гуще реальных исторических событий, он почувствовал некоторое сомнение.
"Если только эти мятежные князья и их полководцы не были полными идиотами, их невозможно было бы перебить всех разом. Должно быть, произошло нечто из ряда вон выходящее, что история предпочла скрыть…"
У Мин ел и пил, слушая разглагольствования Ху Синя, и постепенно картина мира в его голове прояснялась.
Хотя историческим записям нельзя было доверять полностью, общие тенденции и ход событий в них, как правило, излагались верно.
"Эх… жаль, что я так мало знаю. За триста лет существования Великой Чжоу наверняка остались какие-то тайники или наследие. Можно было бы попытаться их отыскать…"
У Мин с сожалением подумал об этом, и тут его осенило:
"А ведь другие перерожденцы вполне могли заняться именно этим… Эх, реален ли этот мир или нет? Снится ли Чжуан-цзы, что он бабочка, или бабочке снится, что она Чжуан-цзы? Трудно сказать…"
– Увы… я столько лет корпел над книгами, а в итоге оказался совершенно бесполезен. Какая жалость, какая жалость…
Ху Синь был не слишком крепок к выпивке и под конец, не столько пьяный от вина, сколько от собственных мыслей, рухнул на стол, бормоча:
– Напрасно я изучал каноны, а путь служения стране мне закрыт… Горе мне, горе… В Поднебесной хаос, за алыми вратами знати прокисает вино и портится мясо, а на дорогах лежат кости замёрзших. Небеса слепы…
"Озлобленный на весь мир интеллигент", – мысленно определил У Мин, взглянув на не слишком плотную ауру учёности над его головой.
– Отлично! Великий хаос – это наше время! Император Цзе – ничтожество. Пойдём к князю, покрывающему небеса, или к однобровому князю! Будем жить в своё удовольствие, мстить врагам – вот это настоящая радость!
Внезапно за соседним столиком два молодых воина, залпом осушив чаши с крепким вином, громко воскликнули.
– Чёрт! Откуда эти дурни взялись?
Рассуждения Ху Синя о делах Поднебесной уже заставили посетителей затаить дыхание от страха, но нашлись и те, кто оказался ещё смелее – они открыто кричали о мятеже в уезде, подконтрольном Великой Чжоу! Окружающие побледнели, а многие тут же повскакивали с мест, явно опасаясь быть втянутыми в неприятности.
У Мин тоже почувствовал досаду. Он бросил взгляд на смельчаков, и его зрачки сузились.
Оба были одеты в чёрные облегающие одежды, за спиной висели длинные мечи. Выглядели они героически, но главное было в другом: их внутренняя энергия излучала две чистые, как иней, ауры меча, от которых веяло холодом. Это были мастера меча второго уровня – большая редкость для маленького уездного городка.
"Они намеренно привлекают внимание стражи, чтобы отвлечь её? Или хотят убить чиновника в качестве клятвы верности?"
Увидев, что эти двое, несмотря на свою грубую манеру, на самом деле были внимательны и осторожны, постоянно осматриваясь по сторонам и не убирая рук с эфесов мечей, У Мин тут же поднялся.
Он не боялся неприятностей, но и не любил их искать, а потому решил поскорее убраться из этого неспокойного места.
– Постойте, даос!
Увидев, что он уходит, один из молодых мечников улыбнулся.
– Уважаемый, вы не сидите в горах, а вышли в мир разузнать о делах. Значит, и вы печётесь о судьбе Поднебесной. Мы с братом как раз ищем, где приложить свои силы. Почему бы нам сегодня не побрататься и не отправиться вместе к однобровому князю?
В этот момент юноши были точь-в-точь герои из сказаний – "с юных лет отважные и справедливые, готовые пролить кровь за одно неосторожное слово".
Но У Мин, слушая их, едва сдержался, чтобы не закатить глаза, в полной мере осознав смысл поговорки: "Не ты ищешь беду, а беда ищет тебя".
Он махнул рукой.
– Благодарю за высокое предложение, но я, бедный даос, недостоин. Прощайте!
Его фигура метнулась, и в мгновение ока он был уже в нескольких чжанах от них.
– Старший брат, почему ты не дал мне его проверить? Этот даос очень странный, вполне может быть из секты красного лотоса! – недовольно спросил младший, отстраняя руку брата.
Но говорил он так тихо, что его слова мог услышать лишь старший мечник.
– Мы прибыли сюда по приказу истинного человека школы стратегов, чтобы расправиться с сектой красного лотоса. Не нужно ввязываться в другие дела… Я вижу, что тот даос – человек с настоящими способностями. Он не обязательно из секты. Не стоит наживать себе врагов без причины!
К несчастью для них, они не заметили, как на столе, за которым сидел У Мин, вспыхнул и погас крошечный огонёк духовного света.
"Школа стратегов? Секта красного лотоса? Это разборки между заклинателями, меня они не касаются!" – подумал У Мин, находясь уже в нескольких улицах оттуда. Он перевёл взгляд в другую сторону и холодно произнёс:
– Какая дерзость! Следить за мной?
– Это и вправду вы, дядя-наставник!
Из тени вышли двое учеников секты красного лотоса. С радостными лицами они тут же упали на колени.
– Поздравляем дядю-наставника с великими достижениями!