Глава 1 – Переселение
Мягкий утренний свет залил комнату, заставив У Мина сощуриться.
– Апчхи…
Он приподнялся на кровати и с наслаждением потянулся. Взгляд его скользнул по пляшущим на стенах световым пятнам, по пылинкам, парящим в воздухе, по старинной мебели, по резному палисандровому ложу, на котором он сидел, и, наконец, по шёлковому одеялу, искусно расшитому уточками-мандаринками. У Мин покачал головой.
"Это точно сон!" – было его первой мыслью.
Второй же была: "Какой реалистичный сон про древние времена…"
Размышляя, он ущипнул себя за щёку, а затем попытался разобрать иероглифы на пейзажах, висевших на стенах. Лицо его вдруг изменилось, и правая рука безвольно упала.
– Ай!
Рядом раздался тихий болезненный вскрик. С другой стороны подушки, украшенной такими же уточками, показались рассыпавшиеся по шёлкуссиня-чёрные волосы и донёсся тонкий девичий аромат.
Одеяло зашевелилось, и из-под него показалось прелестное личико в форме дынной семечки. На нём ещё не высохли слёзы, а во взгляде читалась одна лишь невинность.
У Мина прошиб холодный пот, потом горячий, а потом он и вовсе почувствовал себя под водопадом…
Крайне дурное предчувствие пронзило всё его тело. Секунду спустя он, опустив голову, что-то обдумал, а затем с невозмутимым видом встал, сошёл с кровати, подобрал разбросанные на полу штаны и рубаху и оделся. Поправив волосы перед медным зеркалом и увидев в нём лицо юноши лет шестнадцати-семнадцати, он, сохраняя холодное выражение, широким шагом вышел из комнаты.
Девушка на кровати всё это время безучастно следила за каждым его движением. На лице – ни единой эмоции, в глазах – мёртвая гладь, словно у ходячего мертвеца.
Лёжа на спине, она не видела, как за дверью маска холодности сползла с лица У Мина и он со всех ног бросился наутёк.
"Так это был не сон!"
В растрёпанной одежде У Мин метался по огромному двору. Служанки и слуги в старинных нарядах кланялись ему, называя молодым господином Мином, и от этого смятение в его душе лишь росло.
"Неужели я и вправду в древности? Я… переселился?"
В прошлой жизни он, гуманитарий до мозга костей, прочёл бесчисленное множество романов, так что подобный сценарий был ему до боли знаком.
Вот только одно дело читать, и совсем другое – оказаться в такой ситуации самому. Кто тут сможет сохранить хладнокровие?
– Молодой господин Мин? Что-то случилось? Или дева Юнь прошлой ночью прислуживала вам не так, как подобает?
Услышав заискивающий голос, У Мин обернулся и увидел кланяющегося ему пухлого мужчину средних лет. Его лоснящееся лицо расплылось в угодливой улыбке. Одет он был лучше обычных слуг – видимо, кто-то вроде управляющего.
"Типичный подхалим", – мысленно определил У Мин. При взгляде на этого человека в его голове всплыло что-то знакомое, и он выпалил:
– Управляющий У!
– Слушаю!
Толстяк мгновенно выпрямился, всем своим видом изображая беззаветную преданность.
– Какие будут приказания, молодой господин?
На растрёпанный вид молодого господина он не обратил ни малейшего внимания.
Кому не было известно, что молодой господин Мин – свет в окошке для старшей госпожи? Его баловали с пелёнок, и он привык поступать по-своему. Он вытворял вещи и похлеще, так что стоила какая-то неопрятная одежда? Мало ли эпатажных выходок было на его счету?
Видя, что У Мин сам не свой, управляющий предположил, что девица прошлой ночью не угодила господину, и уже прикидывал, что с ней делать.
– Приказания? – растерянно переспросил У Мин.
Первое, в чём он был теперь уверен: он переселился!
И не просто переселился, а оказался в чужом теле! Пусть оно и было намного моложе, но до его собственной внешности явно не дотягивало.
Впрочем, красота сейчас была не главным. Если кто-то узнает, что их молодого господина подменили, его ждёт…
Воображение У Мина тут же нарисовало картины расправ над колдунами и еретиками: окропление собачьей кровью, обливание кипящим маслом, утопление в выгребной яме… Ноги его мелко задрожали.
"Нужно скрывать это во что бы то ни стало! Никто не должен ничего заподозрить!"
С этой мыслью У Мин произнёс универсальную фразу на все времена:
– Я голоден!
Это не было ложью. Тело, в котором он оказался, неизвестно сколько раз предавалось утехам прошлой ночью и теперь умирало с голоду.
– Ох! Это моё упущение! Я заслуживаю смерти!
Управляющий У отвесил себе пощёчину и заискивающе улыбнулся:
– Молодой господин сегодня поздно встал, а слуги забыли приготовить завтрак. Их следует высечь! Непременно высечь!
На самом деле в таком богатом доме, даже если бы он проснулся в полдень, его ждал бы горячий завтрак. Как только У Мин вышел из комнаты, служанки уже были готовы подавать на стол.
Но кто осмелился бы остановить молодого господина, когда тот как потерянный метался по двору?
Впрочем, испокон веков виноваты были слуги, а не хозяева. Поэтому подхалим управляющий У добросовестно свалил всю вину на подчинённых.
– Я сейчас же всё устрою… Может, в башне Линфэн? Молодой господин всегда любил завтракать там…
– Отлично, пойдём туда.
У Мин и понятия не имел, куда идти, но в его затуманенном сознании начали всплывать обрывки чужих воспоминаний. Они сливались с его собственными, словно он проживал другую жизнь от лица другого человека.
Стремясь поскорее найти уединённое место и переварить нахлынувшую информацию, У Мин тут же согласился.
…
Мгновение спустя он уже сидел на верхнем этаже башни Линфэн, уставившись на завтрак.
Основным блюдом были паровые пирожки с крабовой икрой. Повар семьи У, очевидно, вложил в них всю свою душу. Тонкое, почти прозрачное тесто позволяло разглядеть яркую начинку, делая пирожки похожими на произведения искусства.
К ним подавалось несколько изысканных закусок, чей аромат щекотал ноздри и вызывал слюноотделение.
Даже напиток – белая, похожая на рисовое молоко жидкость с кисло-сладким вкусом – прекрасно возбуждал аппетит.
В общем, в прошлой жизни, чтобы позволить себе такой завтрак, У Мину пришлось бы серьёзно раскошелиться.
Но он с каменным лицом подцепил палочками пирожок.
Вжух!
Пронёсся порыв холодного ветра, и У Мину захотелось завыть от досады.
Проклятая башня продувалась со всех сторон! Мало того, что ему самому стало холодно, так ещё и вся еда моментально остыла!
– Принесите жаровню!
Подхалим-управляющий был наготове. Он тут же подал медную жаровню с тлеющими углями, спасая вкусовые рецепторы У Мина.
Не будь её, любое, даже самое изысканное блюдо, если оно не подаётся холодным, остыв, потеряло бы большую часть своего вкуса.
– Хорошо, можешь идти. Я хочу побыть один.
Кое-как утолив голод, У Мин махнул рукой.
Управляющий У вместе со служанкой убрал посуду, почтительно поклонился и на цыпочках удалился, ступая так тихо, что не было слышно ни звука.
Порядки в этой большой семье были, однако, строгими.
У Мин сел, закрыв глаза, словно погрузившись в медитацию, но вдруг резко встал и подошёл к перилам.
Взору открылась панорама сплошных крыш, окружённых высокой и толстой стеной, – настоящее небольшое укреплённое поместье, убу.
А башня Линфэн, где он находился, по-видимому, служила в этом убу дозорной вышкой.
Снаружи, насколько хватало глаз, тянулись поля, на которых трудились крестьяне с буйволами. Внутри поместья то тут, то там поднимались струйки дыма. Множество слуг, служанок и зависимых семей, словно рабочие муравьи в Муравейнике, сновали туда-сюда, выполняя свои обязанности.
С высоты У Мину были видны лишь их тёмные макушки, и люди впрямь напоминали суетливых насекомых.
В развевающихся на ветру рукавах он и сам сейчас походил на бессмертного, готового вознестись на небеса.
У Мин теперь понял, почему прежнему владельцу тела так нравилось это место. Он упивался ощущением власти, чувством, будто он божество, взирающее свысока на смертных.
При этой мысли У Мин мысленно показал средний палец тому, кого уже не было.
"Значит… это действительно другой мир?"
Спустя долгое время он отвёл взгляд и, перебирая обрывки чужой памяти, снова вздохнул.
Это место не было ни его прошлой жизнью, ни древним Китаем.
Хоть прежний владелец тела и был избалованным бездельником, даже из его скудных знаний У Мин понял, что попал в огромный мир, пронизанный таинственными силами.
По странному совпадению, этого юношу тоже звали У Мин. Он жил со своей сестрой, которая в нём души не чаяла. Кроме нескольких дальних родственников, у этого огромного поместья не было других наследников, но, что самое поразительное, на их богатство никто не покушался.
Судя по воспоминаниям, всё это было как-то связано с его сестрой, которая с детства проявляла выдающиеся таланты и была принята в даосскую академию.
И хотя сестра души не чаяла в У Мине, при воспоминаниях о ней он чувствовал не только любовь, но и смутный страх.
"Что ж… хорошо, что она сейчас в академии. По крайней мере, я не выдам себя с потрохами в первый же день. А остальные – всего лишь слуги. Неужели они посмеют сомневаться в своём господине?"
Ободрённый этой мыслью, У Мин, заложив руки за спину, спустился вниз и увидел ожидающего его управляющего У.
– В чём дело?
– Это… дева Юнь из покоев молодого господина…
Управляющий У замялся, не решаясь продолжить.
– Ах, она…
У Мин потёр виски, чувствуя, как на него наваливается уныние.
Судя по воспоминаниям, этот У Мин был местным тираном и натворил немало дурных дел.
А дева Юнь – его последняя жертва, похищенная прошлой ночью. Кажется, у неё был возлюбленный детства.
Впрочем, "похищенная" – не совсем точное слово. Её родители, получив от У Мина серебро, с превеликой радостью отправили дочь в его дом, не заботясь ни о каком статусе.
"Я не буду разгребать чужие проблемы!"
На лбу У Мина выступила жилка. Воспроизводя интонации прежнего хозяина тела, он сказал:
– Та девица? Что ж, проявлю милосердие. Отправьте её домой, дайте денег и шёлка, пусть выходит замуж за этого… как его… Линь Ци!
– Э-э?
Управляющий У опешил.
– Молодой господин, но вы же послали людей, чтобы забить Линь Ци до смерти.
– Ох… немедленно пошлите за Стариной Лю Призрачная Рука! Пусть возвращается!
У Мин хлопнул себя по лбу. Воспоминаний было так много, что он совсем упустил эту деталь.
Этот Старина Лю Призрачная Рука служил в охране поместья и выполнил для прежнего У Мина немало грязной работы. Сотня загубленных душ – это, конечно, преувеличение, но десяток жизней на его совести точно был…
– Докладываю!
В этот момент к ним подбежал крепко сбитый мужчина с искажённым от ужаса лицом.
– Молодой господин, беда! Старину Лю Призрачная Рука убил Линь Ци!
– Что? Но ведь этот парень, по слухам, полное ничтожество. Как он мог одолеть Старину Лю? – нахмурился управляющий У.
А в голове У Мина будто грохнул гром. Словно вспышка молнии, его пронзило дурное предчувствие.
"Неужели я переродился в теле злодея из романа, который только и делает, что унижает главного героя и поставляет ему опыт? Боже! Этот сценарий мне не нравится!"