Глава 53 Покупка земли
На следующий день после возвращения, около шести вечера, Ван Сяо сидел за столом и подсчитывал выручку с лотка горячих напитков. Он поднял голову и увидел, как отец заводит мотоцикл во двор.
— Все разузнал. — Отец прислонил байк к стене, голос его звучал бодрее. — Парторг Вань из деревни Дади – родственник твоего дяди Ли. Он сказал, что участок у кольца – это земля под застройку, принадлежит Вань Гофу из их деревни. Тот готов продать, но надо договариваться лично.
Ван Сяо замер.
Земля под застройку! Это было даже лучше, чем он думал. Сначала он полагал, что это пашня, а с пашней пришлось бы бегать по инстанциям, чтобы сменить статус земли.
А раз это уже участок под строительство, значит, при наличии документов можно сразу возводить дом, минуя бюрократическую волокиту. Он подпрыгнул и схватил отца за руку:
— Пап, когда поедем?
— Завтра утром, — отец потрепал его по макушке.
— Пап, я тоже хочу посмотреть.
— Ладно, поезжай, посмотришь.
На следующее утро Ван Сяо проснулся ни свет ни заря.
Вскоре поднялся и отец. Увидев, что сын уже на ногах, он удивился:
— Чего сегодня так рано?
— Пап, не спалось, вот и встал.
Отец посмотрел на раскрасневшееся от возбуждения лицо сына и лишь обреченно покачал головой.
Позавтракав, отец с сыном выехали.
У въезда в деревню Дади стоял серо-голубой камень, надпись на котором слегка расплылась от дождей.
Они проехали вглубь деревни.
Вскоре показался дом парторга Ваня.
Отец постучал в дверь.
Навстречу вышел мужчина лет пятидесяти. — Вы мастер Ван? Заходите скорее, — поприветствовал он их на ходу.
Они прошли в гостиную. Парторг Вань заварил горячий чай и сразу перешел к делу:
— Ли-упрямец вчера звонил, сказал, вы хотите купить участок Вань Гофу у кольца?
— Есть такое дело. Сын подрастает, а из нашей деревни до города далеко. Думаю взять землю в пригороде, чтобы потом, как построимся, ребенку было проще в школу ходить. Да и жена сможет лавочку у дороги открыть, все лучше, чем дома сидеть.
— Это твой сын? С виду смышленый малый, — улыбнулся парторг Вань, глядя на Ван Сяо.
Ван Сяо поздоровался:
— Здравствуйте, дядя Вань.
— Земля та… место неплохое, — парторг Вань щелкнул семечку. — У Гофу семья небогатая, участок им выделили пять лет назад, а денег на стройку так и не скопили. Я провожу вас, пообщаетесь, а там уж сами договаривайтесь.
— Хорошо, спасибо большое, парторг Вань, выручили.
— Пустое, чего уж там.
Втроем они пошли по деревенской дороге к развязке. Парторг шепнул отцу:
— Гофу мужик честный, но с деньгами туго. И учти, земля под застройку – не пашня, на ней сразу строиться можно, так что стоить будет дороже поля, будь готов.
Вскоре они пришли к дому Вань Гофу.
Это была старая кирпичная постройка, со стен которой осыпалась штукатурка. — Гофу! Дома? — Зычно крикнул парторг.
Из дома вышел мужчина лет пятидесяти. — Парторг пришел? Заходи в избу.
Увидев отца и Ван Сяо, он замялся:
— Парторг Вань, а это…?
— Это мастер Ван, хочет поговорить насчет участка, — представил его парторг.
Жена Вань Гофу вынесла чай в грубых фарфоровых чашках.
Отец снова изложил свою просьбу, добавив:
— Квартиры в городе больно дорогие, нам, работягам, не по карману.
Вань Гофу промолчал.
Ван Сяо понял: тот прикидывает цену.
Спустя приличное время Вань Гофу заговорил:
— На тот участок все бумаги в порядке. И план, и свидетельство – все при мне. Я вообще-то берег его, думал, сын из Гуандуна вернется, строиться будем.
Это была обычная уловка при торгах. Ван Сяо помалкивал, но навострил уши.
— Но раз уж сам парторг привел, и раз брат Ван настроен серьезно… — Гофу сделал паузу. — У кольца место хорошее, сейчас в пригороде земля идет по триста с лишним за метр. У меня там ровно сто квадратов. За тридцать две тысячи отдам.
Отец ответил не сразу:
— Брат Вань, цену ты заломил. Я на днях спрашивал в Чжанчжуане, там по двести восемьдесят отдают. Твое место хоть и хорошее, но двадцать восемь тысяч за сто метров – это потолок.
— Брат Ван, ты не знаешь всех тонкостей, — Вань Гофу покачал головой. — Я пока этот участок выбивал, столько порогов в поселке и уезде оббил, одних подарков на тысячу вышло. К тому же – прямо на кольце, там в будущем хоть ресторан открывай, озолотишься.
Отец попытался сбить цену еще:
— Двадцать девять тысяч. Отдам все сразу, без долгов и рассрочек. Это все, что мы по крохам копили, больше просто не выжму.
— Тридцать.
Парторг Вань, до этого молчавший, подал голос:
— Гофу, мастер Ван и правда хочет купить, не гни свою линию до конца. Мастер Ван, вы тоже чуть уступите, на удачу.
Вань Гофу вздохнул, подумал:
— Ладно… Двадцать девять тысяч восемьсот, для красивого счета.
— Двадцать девять восемьсот. Но все бумаги оформляешь ты: и свидетельство на землю, и план должны быть переписаны на мое имя. Чтобы никаких споров потом, идет?
— Без проблем, это я беру на себя!
Вань Гофу ударил себя в грудь:
— Если с документами что не так – с меня и спрашивай.
Цена была оговорена, но отец не расслаблялся.
Он пристально посмотрел в глаза Вань Гофу:
— И еще одно. В договоре пропишем: если в будущем эта земля попадет под снос или изъятие, вся компенсация полагается моей семье.
Вань Гофу опешил, а потом рассмеялся:
— Брат Ван, далеко же ты заглядываешь. Ладно, пишем! Я и не надеялся на этой земле разбогатеть, мне бы на свой дом денег наскрести.
Ван Сяо мысленно похвалил отца за дотошность.
Парторг Вань принес из дома бумагу и ручку и, разложив их на столе, начал составлять договор.
Суть была проста: Вань Гофу навсегда передает отцу сто квадратных метров земли под застройку у кольца за двадцать девять тысяч восемьсот юаней. Продавец обязуется предоставить все документы и содействовать в переоформлении. Все будущие компенсации при сносе отходят покупателю. Договор вступает в силу после полной оплаты.
Они трижды перечитали текст, убедившись в отсутствии лазеек.
Отец достал из-за пазухи сверток из синей ткани, внутри которого лежали три пачки новеньких стоюаневых купюр – он специально снял их вчера в кредитном кооперативе. На глазах у всех он отсчитал двадцать девять тысяч восемьсот юаней и положил на стол:
— Считай.
У Вань Гофу задрожали руки. Он послюнявил пальцы и начал пересчитывать, купюра за купюрой. Проверил дважды и отдал деньги жене, чтобы та пошла их положить на счет.
— Брат Ван, идем! Я угощаю в деревенской столовой, отметим! — Он подхватил отца под руку и повел к выходу.
В закусочной под пластиковым навесом Вань Гофу заказал тушеную свинину и жареные яйца.
— Брат Ван, желаю поскорее возвести новый дом! — Вань Гофу поднял чарку.
— Спасибо, брат Вань, — отец тоже поднял свою, и они чокнулись.
После пары кругов алкоголя Вань Гофу развязался язык. Он рассказывал, что сын в Гуандуне на заводе электроники заколачивает три тысячи в месяц, а дочка вышла замуж в соседний уезд и в прошлом году родила богатыря.
Отец поддерживал беседу: говорил, что на лесопилке полно заказов, а Ван Сяо на экзаменах стал первым в классе.
— Из твоего сына точно выйдет толк! — Вань Гофу хлопнул Ван Сяо по плечу.
На обратном пути солнце уже клонилось к закату. Отец ехал медленно, запах спиртного смешивался с вечерним бризом.
— Пап, ты не перебрал? — Тихо спросил Ван Сяо.
— Всего две чарки, — ответил он. — Сяо-Сяо, мы и правда купили землю.
— Угу, документы у тебя в кармане.
— Двадцать девять тысяч восемьсот… — пробормотал отец под нос. — Сбережения на дом разом уменьшились почти наполовину.
Ван Сяо уловил в его голосе тревогу. Для семьи простых рабочих, где каждая копейка добыта потом, такая трата была огромным стрессом для любого.
— Пап, это же участок под застройку, там можно строиться в любой момент.
Ван Сяо придвинулся к уху отца:
— Даже если сноса не будет, построим двухэтажку: на первом этаже магазин, на втором жилье. В месяц будем прилично делать.
Отец ничего не сказал, лишь тихо хмыкнул.
Ван Сяо понимал: сейчас слова бессильны.
Дома их уже ждала мать, стоя у калитки.
Она бросилась навстречу, хватая мужа за руки:
— Ну как? Получилось?
— Получилось, — отец достал договор. — Двадцать девять восемьсот за сто квадратов. Все документы на руках.
Мать взяла бумагу, перечитывая ее снова и снова:
— Вот и славно, вот и хорошо. Идите в дом, я куриный суп сварила.
Наступила ночь. Ван Сяо закрыл глаза, и перед ним стоял тот самый пустырь у кольца.
Начало 2009 года. Это было самое важное решение, которое он принял после перерождения.