Глава 52 Карты на стол убедить родителей
Выйдя из интернет-кафе, Ван Вэнь вез Ван Сяо на велосипеде в сторону дома.
Ветер завывал в ушах, и Ван Вэнь, надрывая голос, спросил:
— Тот хозяин Линь правда сказал, что вокзал перенесут?
Сяо-Сяо, вцепившись в поручень заднего сиденья, лишь неопределенно отозвался:
— Он сказал, что переезд планируется, и к тому же мне самому приглянулся тот участок.
Когда они вернулись домой, уже начало смеркаться. Мать хлопотала на кухне, готовя ужин, а отец сидел в главной комнате и чинил старый стул.
— Пап, мам, я вернулся.
Мать высунулась из кухни:
— Что сегодня случилось? Почему так поздно?
— Был на улице Чаншэн, встречался с кое-кем, — Ван Сяо вошел в комнату и сел напротив отца.
Отец отложил молоток и поднял на него взгляд:
— Линь Хао?
— Угу. Я ходил расспросить его про перенос вокзала.
Рука отца замерла:
— Он правда тебя принял?
— Принял, еще и колой угостил. — Ван Сяо достал из кармана VIP-карту. — Это он дал, сказал, теперь могу сидеть в интернете бесплатно.
Отец взял карточку, повертел ее в руках, и его взгляд стал сложным:
— О чем он с тобой говорил?
Ван Сяо решил выложить карты на стол:
— Дядя Линь сказал, что правительство действительно планирует перенос старого вокзала. Проект уже подан в городскую администрацию, самое позднее – в 2011 году начнут работы.
В комнате воцарилась тишина.
Звуки шкворчащего масла на кухне тоже стихли; мать вышла, вытирая руки о фартук.
— Он правда так сказал? — Спросила она.
— Да, — Ван Сяо кивнул. — Еще он сказал, что земля в пригороде сейчас дешевая, и если купить немного заранее, то потом, когда начнется освоение земель, можно будет прилично заработать.
Отец молчал долго.
Он достал сигарету, прикурил, затянулся и только потом медленно произнес:
— Сяо-Сяо, ты хоть знаешь, сколько стоит купить землю?
— Знаю, — ответил Ван Сяо. — В пригороде сейчас пашня, около пяти-шести тысяч за му.
Отец покачал годовой, его голос стал тяжелым:
— У нас… есть кое-какие деньги, но это мы с матерью откладывали, во всем себе отказывая, на постройку нового дома. Тратить их – это не шутки.
Ван Сяо прекрасно понимал, о каких сбережениях идет речь.
В прошлой жизни он лишь позже узнал, что к этому времени в семье действительно скопилось около семидесяти тысяч юаней – многолетние накопления родителей на приличный двухэтажный дом в деревне.
— Деньги можно найти, — Ван Сяо прямо посмотрел на отца, его голос звучал твердо. — Дядя Линь сказал, что если мы всерьез решим покупать и денег не хватит, он может одолжить без процентов.
— Но пап, я все же думаю, надо использовать свои. Лучше не занимать, если можно, ведь из-за такой суммы оставаться в долгу по гроб жизни не стоит.
Услышав это, родители опешили.
— Сяо-Сяо, шестьдесят тысяч – это тебе не мелочь!
— И с чего бы ему давать нам в долг? — Отец нахмурился. — Мы ему ни сваты, ни братья. К тому же, свои-то деньги вкладывать страшно, а ты предлагаешь еще и чужие брать?
Ван Сяо достал свою сберкнижку и протянул отцу. В ней значились три тысячи юаней; он втайне порадовался, что успел положить их на счет сегодня утром.
Отец в шоке уставился на книжку в руках сына:
— Сяо-Сяо, откуда у тебя столько денег?
Мать, увидев изумление мужа, тоже подошла заглянуть, и ее глаза расширились.
— У меня там еще восемьсот с лишним не положено на счет, это все мы с братом Вэнем заработали, торгуя на улице.
— Да нет, все равно слишком много, — отец все еще не мог поверить.
— Пап, ты можешь доверять моему чутью. Я на одной торговле столько поднял, а тут еще и дядя Линь подтвердил информацию.
— Он помогает не из доброты душевной, а потому что видит выгоду, — пояснил Ван Сяо. — У него огромное интернет-кафе, он слишком на виду. Если он начнет скупать землю, на него могут донести, и он потеряет больше, чем приобретет. А если купим мы, а он немного подсобит деньгами, то в будущем, когда мы заработаем, он окажется нашим благодетелем.
Мать погладила его по волосам:
— Сяо-Сяо, мама знает, что ты умный. Но эти деньги – жизнь твоего отца. Вложить их в пустырь… а если они улетят на ветер?
— Мам, я понимаю, — Ван Сяо перехватил руку матери. — Помнишь Ли Баого с улицы Жэньминь? Три года назад он купил развалюху с двором, над ним тогда все смеялись, мол, дурак. А в прошлом году при сносе ему дали три квартиры. Сейчас земля в пригороде – то же самое, что двор Ли Баого тогда.
Он повернулся к отцу:
— Пап, ты работаешь на лесопилке, постоянно ездишь в уездный город за товаром. Скажи, три года назад на улице Жэньминь разве не одни поля были? А сейчас? Супермаркеты, рестораны, жилые дома – все застроено. Город неизбежно будет расширяться, и как только вокзал перенесут, пригород станет новым центром.
Отец промолчал, достал еще одну сигарету и закурил. Мать посмотрела на мужа, потом на сына и тихо сказала:
— Отец, может, сходим завтра в пригород, посмотрим? Просто глянуть денег не стоит, в крайнем случае – считай, прогулялись.
Отец докурил, раздавил окурок об пол и вздохнул:
— Ладно, завтра сходим.
Ужин прошел в тишине.
Но Ван Сяо знал лучше всех: если упустить этот шанс, другого такого может и не представиться.
На следующее утро отец встал ни свет ни заря. Ван Сяо и мать завтракали в главной комнате.
Позже, по дороге, Ван Сяо сидел на мотоцикле между отцом и матерью, крепко вцепившись в край отцовской куртки.
Февральский утренний ветер холодил лицо, но не мог остудить пыл в сердце мальчика.
На улицах только-только открывались лотки с завтраками, над пароварками поднимался белый пар, а в воздухе разливался аромат жареного хвороста – ютяо.
За пределами уездного города бетонная дорога сменилась асфальтом, а затем и вовсе перешла в песчано-гравийную смесь.
Мотоцикл начало трясти, задница онемела. Дома по обе стороны дороги становились все ниже, пока не превратились в сплошные поля.
— Вот и пригород. Куда смотреть? — Отец сбросил скорость.
— К выезду на скоростную трассу, — Ван Сяо указал вперед. — Если вокзал перенесут, то точно туда, где удобная развязка.
Дальше даже полей стало меньше. Вдоль дороги тянулись пустыри, заросшие сорняками, кое-где высились кучи строительного мусора.
Почти у самого выезда на трассу показалось большое кольцо – развязка, соединяющая подъезд к скоростному шоссе и уездную дорогу. Вокруг было пусто, лишь виднелось несколько заброшенных кирпичных строений.
Отец припарковал мотоцикл на обочине. Все трое слезли.
— Ну и глухомань, — мать огляделась, нахмурившись. — Кроме кольца и нет ничего.
— Сейчас нет, потом будет, — Ван Сяо вышел на середину развязки и обвел руками окрестности. — Пап, смотри: все машины со скоростной трассы едут через это место, и все машины из уезда тоже. Это транспортный узел! Если вокзал перенесут, то выберут именно этот участок.
Отец подошел к краю пустыря, присел и потрогал землю:
— Даже если узел, людей-то сейчас нет.
Он встал и огляделся: кругом либо пашня, либо деревенские лачуги, ни души не видать.
— Людей нет, потому что нет инфраструктуры. Построят вокзал – и сразу потянутся закусочные, гостиницы, супермаркеты. Посмотри на сервисные зоны у трассы: раньше там тоже никого не было, а теперь какая суета.
— К тому же, даже если вокзал здесь не построят, мы можем поставить ларек и торговать – все равно в плюсе будем.
— Сяо-Сяо, я понимаю, о чем ты. Но если деньги просто пропадут…
— Мам, не пропадут, — перебил ее Ван Сяо. — Население города растет с каждым годом. Через пять лет здесь уже не будет пустыря.
— Вспомни семейный квартал: десять лет назад там тоже было пусто, а сейчас яблоку негде упасть.
Отец ничего не ответил, обошел кольцо кругом.
Он подошел к заброшенному кирпичному домику, потрогал стену.
— Как думаешь, какой кусок брать? — Внезапно спросил отец.
Ван Сяо подошел к той стороне кольца, что смотрела прямо на уездную дорогу, и очертил рукой круг:
— Вот этот пятачок. Около ста квадратных метров хватит. Близко к дороге – в будущем, даже если сноса не будет, хоть дом строй, хоть магазин открывай, все будет удобно.
— Если сто квадратов, то это тридцать-сорок тысяч выйдет, — прикинул отец. — Наших сбережений хватит, но мне надо подумать.
— Хватит? Пап, а сколько у нас всего на книжке? — Глаза Ван Сяо заблестели.
— Мал еще такие вопросы задавать.
— Пап, если денег хватает, можно взять участок побольше.
— Я над твоими ста метрами еще голову ломаю, а ты уже на большее замахнулся.
Мать подхватила:
— Сяо-Сяо, это покупка земли под застройку, а не поход за овощами на рынок.
— Пап, мам, сейчас покупать дешево. Когда выйдет правительственный указ, за землю дадут компенсацию как минимум такой же площадью в новом жилье, да еще и тысяч двести наличными.
— Посчитайте сами: даже если жилье будут давать по восемьсот за квадрат, это уже триста с лишним тысяч выйдет. Рост больше чем в десять раз!
Эта тирада Ван Сяо заставила колеблющуюся мать склониться на его сторону.
Мать подошла к отцу и потянула его за рукав:
— Отец, мне кажется, Сяо-Сяо дело говорит. Купим этот маленький кусочек. Даже если прогорим, на жизни это сильно не скажется. Раз такой большой человек, как хозяин Линь, в это верит, значит, не ошибемся.
Отец промолчал, снова выудил пачку сигарет. Он курил, глядя на далекое шоссе, где с ревом пронеслась фура, подняв столб пыли.
Сигарета догорела. Он бросил окурок и раздавил его:
— Тебе всего семь лет, откуда ты столько знаешь?
Сердце Ван Сяо екнуло:
— Читаю экономическую колонку в «Цинхэ ваньбао», по телевизору смотрю передачу «Путь к богатству». Мне нравится об этом думать, интереснее, чем мультики.
Отец долго смотрел на него, а потом вдруг усмехнулся:
— Ладно, домой. Пойду к деревенскому парторгу, узнаю, чей это участок и продается ли он.