Глава 786: «Хун Дали умеет подкатывать к девушкам?»
— Брат Тяньцзун, ты пришел? — Хун Дали с улыбкой поприветствовал Инь Тяньцзуна. — А кто эта красавица?
Отношения у Инь Тяньцзуна с Хун Дали и впрямь были отличными. Мороз Небесной Инеи, подаренный молодым господином, Инь Тяньцзун вчера испытывал весь день напролет, и эффект превзошел все ожидания. Теперь, завидев Дали, он проникся родственным теплом и, весело улыбаясь, подошел ближе:
— Дали, ты давно здесь?
— Да я и сам только недавно пришел, вот, стою, глазею по сторонам, — весело отозвался Хун Дали, после чего с любопытством спросил Инь Тяньцзуна: — …Кстати, брат Тяньцзун, а что за история с этой красавицей?
Стоит заметить, что Инь Тяньцзун без веской причины никогда бы не привел с собой женщину. Да и по ее отношению к нему было видно, что они отнюдь не любовники.
Это казалось весьма странным. Где только Инь Тяньцзун отыскал такую юную красавицу?
Люди испокон веков обожали сплетни. Стоило Тан Мусинь услышать вопрос Хун Дали, как она тут же навострила уши, сгорая от нетерпения узнать, что ответит Инь Тяньцзун.
Что же касается остальных периферийных дворян, то их сердца разрывались от зависти и досады. Они здесь из кожи вон лезли, трудясь не покладая рук, и перед этим галактическим дворянином даже вздохнуть лишний раз боялись. А этот транжира Хун Дали мало того что вел себя как ни в чем не бывало, так еще и разговаривал с господином обыденным тоном, словно вел беседу о погоде. Боже мой, небеса словно ослепли и не видят очевидного!
— Да пустяки, — Инь Тяньцзун, совершенно не заботясь о том, что находится в секторе для периферийных дворян и такое соседство может уронить его авторитет, бесцеремонно плюхнулся на сиденье и с улыбкой продолжил: — …Ее зовут Хелуис. Она хочет принять участие в «Голосе Галактики» и вот, пришла просить меня помочь ей заявить о себе.
Хун Дали присмотрелся внимательнее. Золотистые крупные локоны Хелуис небрежно ниспадали на плечи, маня и очаровывая каждым завитком. Густые ресницы, соблазнительный взгляд, изящные длинные уши – каждый ее жест источал невероятную чувственность. Светло-желтое небольшое болеро выгодно подчеркивало ее безупречную фигуру, делая выдающуюся грудь невероятно пышной, а образ, дополненный белыми высокими сапогами, заставил даже Хун Дали признать: эта женщина чертовски хороша. По шкале системы ее обаяние потянуло бы как минимум на сто десять баллов – настоящий крутой парень в юбке! К тому же она тоже собиралась участвовать в «Голосе Галактики», а значит, приходилась Ли Няньвэй товарищем по учебе и бою. Молодой господин поспешил вежливо поприветствовать ее:
— Ох, госпожа Хелуис, вы настоящая красавица! Раз уж вы тоже участвуете в «Голосе Галактики», прошу, позаботьтесь о нас.
— Здравствуйте, господин дворянин, — вежливо произнесла Хелуис. Зная, что перед ней стоит галактический дворянин, она не смела проявлять неуважение и поспешно поклонилась: — …Хелуис приветствует вас, господин. — Выпрямившись, она бросила быстрый взгляд на спутниц Хун Дали и тут же замерла, заметив Ли Няньвэй и Тан Мусинь. Девушка на миг опешила, и в ее глазах промелькнула настороженность.
Судя по всему, она уловила брошенное Хун Дали слово «тоже». Это означало, что как минимум одна из двух красавиц, пробудивших в ней острое предчувствие опасности, собирается участвовать в конкурсе. А если удача изменит ей еще сильнее, то на сцену выйдут обе. Одной лишь внешности этих соперниц хватало, чтобы понять: перед ней опаснейшие оппонентки, и недооценивать их нельзя ни в коем случае.
Инь Тяньцзун, обладавший тонким умом, уловил скрытый смысл в словах Хун Дали. Он бросил быстрый взгляд на Ли Няньвэй и Тан Мусинь, после чего небрежно махнул рукой:
— Возвращайся пока на свое место. Обсудим это после окончания аукциона.
— Хорошо… Да, конечно… — растерянно пробормотала Хелуис. На ее лице отразилось уныние, и она послушно отступила назад.
— Брат Тяньцзун, послушай, — Хун Дали по тону Инь Тяньцзуна понял, что, возможно, сморозил глупость, и поспешил исправить положение: — …Эта госпожа Хелуис выглядит весьма многообещающе. Почему бы не помочь ей?
— Раз уж ты сам сказал «тоже», значит, у тебя тоже кто-то участвует, верно? И кто же это? — Инь Тяньцзун перевел взгляд на Тан Мусинь и Ли Няньвэй. — Твоя невеста или госпожа Няньвэй? — Он мысленно признал, что внешность обеих девушек была настолько ослепительной, что они произвели на него неизгладимое впечатление.
— О, это сестра Няньвэй, — весело усмехнулся Хун Дали. — Только вот для нас главное – участие. Сестра Няньвэй просто любит петь, так что скрытно помогать ей не нужно, иначе будет совсем не то.
— Вот как… — Инь Тяньцзун и впрямь собирался предложить поддержку, но против воли Хун Дали идти не стал и согласно кивнул: — …Тогда вернемся к этому, если возникнет необходимость. Впрочем, на «Голосе Галактики» оценивают не только вокальные данные, но и популярность. Участникам конкурса на поздних этапах почти всегда приходится обращаться к нам, Галактическим Дворянам, чтобы поднять свой рейтинг.
— Ладно, там видно будет, — беззаботно отмахнулся Хун Дали. — Самое главное, чтобы сестра Няньвэй получила удовольствие от процесса.
Хун Дали всегда оставался верен себе: места и титулы его совершенно не заботили. К тому же, учитывая мощь голоса Ли Няньвэй, если и не занять первое место, то уж пройти пару-тройку раундов она точно сможет без труда. В памяти Хун Дали хранилось множество классических песен с Земли, так что выбрать одну-две для выступления не составит никакого труда.
Тан Мусинь и Ли Няньвэй, со своей стороны, души не чаяли в Хун Дали. И теперь, видя, с какой заботой он относится к ним, они смотрели на молодого господина совершенно особенным взглядом.
Изменение в женском взгляде мужчина всегда улавливает безошибочно. Сидевший неподалеку Тяньи не упустил случая вклиниться в разговор:
— Брат Дали, эти красавицы просто невероятны! Как тебе удалось подкатить к ним? Научишь брата паре приемов? Я и сам парень видный, но в том, что касается умения подкатывать к девушкам, перед тобой, брат Дали, я просто снимаю шляпу!
Не зря говорят, что сладкоречивым везде рады.
Пусть в обычной жизни Тяньи и славился своим высокомерием, перед теми, кто превосходил его силой, он умел вовремя проявить гибкость. Всего пара фраз заставила Инь Тяньцзуна довольно заулыбаться. Он ведь считал Хун Дали своим названым братом, а когда кто-то хвалит твоего близкого, разве не приятно тебе самому?
Инь Тяньцзун от души похлопал Тяньи по плечу:
— Молодчина, малец, глаз-алмаз! Если понадобится помощь, только скажи, твой брат Тяньцзун тебя прикроет! — Договорив, он повернулся к Хун Дали, и его взгляд буквально загорелся золотым сиянием: — …Поделись секретом с братом, а? Глядишь, и я попробую себя в роли сердцееда!
Глядя на то, в каких теплых отношениях они состоят, толпившиеся вокруг периферийные дворяне пораженно перешептывались про себя: «Чёрт возьми, неужели простое подхалимство в адрес Хун Дали может так сильно обрадовать господина Тяньцзуна? Мир что, сошел с ума? Настоящий кошмар!» Кое-кто недоумевал: «Да что вообще за таланты скрывает этот Хун Дали, раз господин Тяньцзун так благоволит ему? Насколько мне известно, господин Тяньцзун не по парням…»
Разумеется, делиться подобными мыслями вслух никто не решался – жизнь всем была дорога.
Тан Мусинь и Ли Няньвэй обменялись выразительными взглядами. Спрашивать Хун Дали о том, как ухаживать за женщинами – это же чистой воды метание бисера перед свиньями! Неужели Хун Дали действительно смыслит в том, как подкатывать к девушкам?
Но для Хун Дали это был идеальный момент, чтобы как следует прихвастнуть!
А раз уж хвастаться – так по-крупному! Хун Дали не заставил себя долго ждать и с важным видом начал:
— В деле подкатывания к девушкам есть свои тонкости!
Стоявшая рядом Тан Мусинь лишь скривилась: «Этот большой дурак берется учить других, как подкатывать к… к этим самым, а сам в этом ни ухом ни рылом!» Хун Дали, признанный мастер по части портить момент, всегда оставался ее головной болью – до того он был нечуток к романтике.
Ли Няньвэй, прикрыв рот ладонью, тихонько рассмеялась:
— Давай послушаем, что скажет молодой господин, хе-хе.
Хорошему рассказчику всегда нужен благодарный слушатель, и эту роль незамедлительно взял на себя Тяньи:
— Точно-точно, тонкости! Брат Дали, просвети непутевого! Если использовать для этого свою личность и статус, то это же никакого мастерства не требует, верно?
— Да уж конечно! — Хун Дали окончательно вошел во вкус и принялся нести околесицу. — Подкатывание к девушкам держится на Семи Истинных Словах, в них – вся суть! И народная мудрость гласит: будь смелым, внимательным и толстокожим, и тогда у тебя все получится!
Окружающие периферийные дворяне озадаченно переглянулись: «Смелый, внимательный, толстокожий… Это же всего три качества! Почему он называет их Семью Истинными Словами?»
Тан Мусинь удивленно округлила глаза: «Надо же, этот большой дурак так складно излагает!»
Речь Хун Дали заинтриговала собравшихся. В одно мгновение все вытянули шеи и навострили уши, ожидая объяснения того, в чем же кроется секрет Семи Истинных Слов и семи главных правил ухаживания.
— Смелый, внимательный, толстокожий – на первый взгляд кажется, что это просто три понятия, верно? — Хун Дали назидательно продолжил: — …Тот, кто так думает, в корне неправ! Глубочайшее заблуждение!
Тяньи неподдельно удивился:
— Разве это нужно понимать как-то иначе?
Инь Тяньцзун даже пододвинул свой стул поближе к Хун Дали:
— А ну-ка, расскажи скорее брату!
Кому бы не хотелось узнать тайны искусства обольщения? Даже Тан Мусинь и Ли Няньвэй не смогли сдержать любопытства.
— Секрет в том, что в этой фразе важен каждый отдельный иероглиф! — Хун Дали усмехнулся. — …Каждая буква, если хотите, несет свой смысл! Начнем по порядку. Иероглиф «Храбрость» – это первый пункт. Помните выражения вроде «храброе сердце», «преданность меча», «герой полон отваги»? О чем они говорят? О том, что для завоевания женского сердца необходима смелость! Нельзя застывать на месте, завидев красавицу, и бояться сделать шаг навстречу, чтобы просто познакомиться. Так дела не делаются!
— …Как говорится, если решишь познакомиться, у тебя будет хотя бы пятьдесят процентов шансов на успех. А если промолчишь – шансы равны нулю! Так что смелость в нашем деле – всему голова!
«Чёрт возьми, надо же из одного-единственного слова раздуть такую тираду!» – пронеслось в головах слушателей.
Каждый из присутствующих невольно подумал: «А этот Хун Дали, похоже, мастер вешать лапшу на уши!» Впрочем, как ни крути, им пришлось признать, что в его словах скрывалось зерно истины.
Все эти периферийные дворяне когда-то сами были обычными людьми, и до обретения титула многие из них терпели неудачи с противоположным полом именно из-за нехватки смелости подойти и познакомиться. Так что этот пункт они оценили по достоинству.
— А ведь верно говорит! — Инь Тяньцзун усиленно закивал. — Чистая правда!
Тяньи поспешил поддакнуть:
— Брат Дали силен!
Тан Мусинь слушала его с открытым ртом: «И ведь не лень же этому большому дураку плести эти кружева!»
Ли Няньвэй же умилялась про себя: «Молодой господин просто чудо, способен так искусно обманывать людей, заведя речь о сущем пустяке!»
В любом деле главное – успешно начать. А когда публика уже заворожена, продолжать становится куда проще. — Ну а второй пункт, иероглиф «Большой», — Хун Дали ухмыльнулся: — …это, пожалуй, самое важное из всех семи правил! Хе-хе, хе-хе-хе-хе!
Смех его прозвучал весьма двусмысленно, и при этом он выразительно скосил взгляд вниз, в область собственной паховой зоны.
Присутствующие сначала не поняли намека, но мгновение спустя до них дошло…
— Вечно ты всякие пошлости выдумываешь! — Тан Мусинь густо покраснела и со стыдом фыркнула.
Ли Няньвэй тоже очаровательно залилась румянцем. Приобняв Тан Мусинь за талию, она лишь безмолвно улыбалась, кусая губы. (Продолжение следует…)