Глава 720: «Я – отец»
— Ладно, пусть будет десять тысяч… — Но стоило Инь Леяну осознать, что именно он держит в руке, как его тут же накрыло горькое сожаление:
— Десять тысяч?! Десять тысяч энергетических самоцветов с пятидесятипроцентным усилением?!
Инь Тяньцзун хихикнул с таким видом, словно напрашивался на хорошую взбучку:
— Отец, вы же сами только что согласились, вы ведь не станете меня обманывать? — Его ухмылка была настолько хитрой и пакостной, что приделай ему сейчас хвост – получился бы вылитый маленький демон из телевизора.
Лицо Инь Леяна мгновенно вспыхнуло пунцовым цветом. Сжимая в руке этот супер-элитный энергетический самоцвет, он оцепенел почти на полминуты.
Выражение лица Цзян Дусина было еще краше. Он просто отвернулся, его лицевые мышцы судорожно сжались, а плечи мелко подрагивали – было видно, что сдерживать смех ему стоит колоссальных усилий. Ведь когда сам Цзян Дусин обмолвился, что подарит Инь Тяньцзуну несколько камней, это было лишь брошенным вскользь словом, а вот Инь Леян уже дал твердое обещание…
Тан Мусинь, наблюдавшая за этим со стороны, едва сдерживала хохот. Уткнувшись лицом в грудь Ли Няньвэй, она тихонько прошептала:
— Сестра Няньвэй, это ведь и есть та самая легендарная подстава отца?
— Похоже на то, — Ли Няньвэй тоже не смогла сдержать улыбки и отвернулась вместе с Тан Мусинь. — Если подумать, этот Инь Тяньцзун не такой уж и противный.
Люцифер, стоявший рядом, одной фразой попал в самую суть:
— И впрямь, кто бы это ни был, но стоит ему сойтись с Хун Дали, как он рано или поздно превращается в придурка.
И как тут не признать чужой высокий IQ? Ведь человек зрит в самую суть!
— Кхм, кхм, кхм! — Инь Леян, простояв в оцепенении еще немного, вдруг шумно закашлялся. — Дусин, мы ведь с тобой сто лет не виделись. Может, пропустим по стаканчику чуть позже?
— С удовольствием, выпьем по чарочке… — Старик Цзян Дусин тоже смущенно покраснел. Он ведь только что грозился отщедрить Инь Тяньцзуну парочку самоцветов. И пусть это было скорее шуткой, но отдавать энергетические самоцветы с пятидесятипроцентным усилением… Кхм-кхм, считайте, что я ничего не говорил!
— Так, ладно, — когда все немного успокоились, Инь Леян слегка махнул рукой. — Ступайте все наружу, мне нужно переговорить с ним наедине.
Цзян Дусин пришел сегодня в роли миротворца, так что ему оставалось лишь подыграть:
— Выходим, господа, подождем снаружи.
Вскоре в комнате остались только Инь Леян и Хун Дали.
— Тебя зовут Хун Дали, верно? — Бесстрастно произнес Инь Леян. — Знаешь, почему я не применил к тебе силу сразу же, как узнал, что ты обидел моего Тяньцзуна?
Поскольку посторонних свидетелей в комнате не осталось, IQ Хун Дали мгновенно вернулся в норму, и притворяться дурачком больше не имело смысла. В нем снова проснулась проницательность человека, прожившего две жизни. Сказать по правде, в последний раз он столь же глубоко размышлял лишь тогда, когда только-только переродился в этом мире.
— Дядя – человек, который привык защищать своих, — ответил Хун Дали. — И я точно такой же.
— Ха-ха-ха, ну и малец! — Услышав ответ Хун Дали, Инь Леян раскатисто расхохотался. — Хорош, весьма хорош.
— Вообще-то, когда я впервые узнал, что ты шарахнул током моего Тяньцзуна, мои намерения были однозначны. Пусть даже у тебя есть какие-то связи с Мо Тяньцзи, за обиду, нанесенную моему сыну, я собирался попросту стереть в порошок твою родную планету, а затем призвать генерал-лейтенанта-хранителя из нашего Главного города Шинра, чтобы перебить вас всех до единого.
— …Однако позже я услышал, что ты пустил в ход силу лишь ради защиты друга, и передумал.
— …Ты из тех, кто защищает своих, и ради друга готов пойти даже против нас, Галактических Дворян. К тому же нельзя не признать, что ты обладаешь определенной мощью.
— …Так что мое мнение о тебе несколько переменилось.
— …Пусть мы, Галактические Дворяне, и держим в руках супер-могущественную власть, одна вещь во веки веков останется неизменной.
— …Я действительно галактический дворянин, но прежде всего – я отец.
— …Отец моего Тяньцзуна. Сейчас, в будущем и во веки веков.
— …Будучи отцом, я не могу не заботиться о благе своего сына. Характер у моего Тяньцзуна, прямо скажем, довольно незрелый, и я уверен, ты и сам это заметил. Раньше меня это сильно заботило, но тут как раз появился ты.
— …Ты обладаешь мощью, смелостью, умеешь защищать своих, да еще и редких сокровищ при тебе предостаточно.
— …Энергетические самоцветы – штука редкая, я признаю это, однако у меня нет умысла обдирать тебя. Раз уж ты согласился принять Тяньцзуна в число своих друзей, полагаю, ты его не обделишь.
Инь Леян неторопливо говорил, а Хун Дали внимательно слушал. Атмосфера между ними воцарилась на удивление теплая.
Сказать по правде, Хун Дали не испытывал к Инь Леяну никакой неприязни.
Ведь в Инь Леяне он видел образ своего отца, Хун Вэйго.
До чего же они были похожи!
Оба одинаково заботились о своих детях, оба пуще огня боялись, что их чадо окажется хоть в малейшем накладе.
— На этот счет, дядя, вы можете спать спокойно, — с улыбкой отозвался Хун Дали. — Друзья Хун Дали никогда не останутся внакладе.
— Ха-ха-ха! — Расхохотался Инь Леян. — Скажи это кто-то другой, я бы подумал, что мне просто льстят, но твоим словам, Хун Дали, я верю. Ты уже доказал это на деле. Ну а теперь… слушай дальше. Отныне в Главном городе Шинра, пока ты не впутаешься в какую-нибудь совершенно неразрешимую проблему, со всеми остальными делами я уж как-нибудь разберусь.
После такого обещания Инь Леяна можно было без всяких преувеличений сказать, что теперь в Главном городе Шинра Хун Дали волен ходить королем!
— Э-э, тут такое дело… — Хун Дали почесал кончик носа. — А расточительство считается неразрешимой проблемой?
— В деньгах у нас недостатка нет, — усмехнулся Инь Леян. — Так что развлекайся как душе угодно. Ладно, твоя вилла ведь разрушена? Если все пойдет по плану, девчонка Цяньсюэ предложит вам временно пожить здесь, а я тем временем постараюсь поскорее подобрать для тебя поместье. Вряд ли кто-то посмеет пренебречь другом моего Тяньцзуна.
С этими словами он неторопливо направился к выходу.
Хун Дали шмыгнул носом. Надо же, устроил такую заварушку, мало того что сухим из воды вышел, так еще и обзавелся столь могущественным покровителем?
Едва оба старых хрыча скрылись за дверью, остальные поспешили войти в комнату. Тан Мусинь тут же нетерпеливо спросила:
— Дали, о чем вы там говорили с дядей Инем?
— Да так, пустяки, — улыбнулся Хун Дали. — Он просто признал меня близким другом брата Тяньцзуна.
— Правда? — Искренне обрадовалась Тан Мусинь. — Дядя Инь на редкость понимающий человек!
— А то!
Поскольку нависшая над ними угроза наконец миновала, напряжение рассеялось, и все дружно покатились со смеху. Цзян Цяньсюэ хохотала так, что едва могла разогнуться:
— Ха-ха-ха, ну и умора! Вы видели их лица, когда зашла речь о подарке в виде энергетических самоцветов с пятидесятипроцентным усилением? Они аж побагровели от испуга!
— Мы же договорились на десять тысяч самоцветов с пятидесятипроцентным усилением! — Инь Тяньцзун театрально зарыдал. — Собственный отец взял и пошел на попятную!
— Э-э, ну… — Хун Дали, облаченный в свой золотой плащ «Благородный Дали», смущенно потер нос и извлек из пространственного браслета еще пару камней. — Раз уж они тебе так нравятся, держи еще один. И вам, госпожа Цяньсюэ, тоже презент. Все равно мне от них пока никакого толку…
Не зря говорили, что Хун Дали горой стоит за своих. К друзьям он относился с невероятной теплотой – иначе с чего бы окружающие были готовы без раздумий жертвовать жизнью ради него?
Теперь Цзян Цяньсюэ наконец поняла, почему близкие так рьяно защищают его. Этот Хун Дали был невероятно щедр, верен долгу и всегда готов грудью встать за своих друзей. За таким человеком действительно хотелось идти.
— Это ведь такое сокровище, мне даже как-то неловко принимать его… — Цзян Цяньсюэ замялась.
Будучи галактической дворянкой, она, разумеется, презирала обычные безделушки. У нее и так было абсолютно все, и удивить ее подарком казалось невыполнимой задачей. Кавалеры, ломая голову, в лучшем случае преподносили ей изысканные букеты цветов, чтобы выразить свои чувства. Столь неслыханную щедрость, какую проявил Хун Дали, она видела впервые в жизни. Девушка смутилась, однако рука ее оказалась куда практичнее разума – пальцы сами собой крепко сжали камень…
Ее девичье сердечко учащенно затрепетало.
Если подумать, она ведь впервые в жизни получала подарок от мужчины…
Что касается Инь Тяньцзуна, то он с самого детства привык смотреть на всех свысока, полагая, что в подлунном мире нет ничего способного его удивить.
Поэтому сегодняшний день нанес серьезный удар по его самолюбию.
Раньше он считал, что раздать с барского плеча десяток-другой тысяч галактических кредитов при хорошем настроении – это верх щедрости. Теперь же он наконец осознал, каков облик истинного нувориша: выдать за раз три энергетических самоцвета с пятидесятипроцентным усилением, даже глазом не моргнув!
От сравнений впору удавиться! Сопоставив себя с Хун Дали, он признал полное поражение.
— Послушай, — слегка замялся Инь Тяньцзун. — Дали, мы ведь теперь настоящие друзья, верно? Иначе мне будет как-то неудобно принимать столь щедрый дар…
— Ну конечно же, мы уже лучшие друзья! — Решительно кивнул Хун Дали. — Хорошими вещами нужно делиться с ближними, мне-то от этого камня все равно никакого проку.
— Друзья! Навек друзья! — Инь Тяньцзун сгреб Хун Дали за шею. — Отныне, если кто вздумает тебя обидеть – только скажи. Любую проблему решу в два счета, слово даю! — Этот парень являл собой классический пример того, кто моментально забывает былые раны. Еще недавно Хун Дали гонял его в хвост и в гриву, а теперь он уже вовсю бил себя кулаком в грудь, раздавая клятвы…
Хотя, если разобраться, в простоте Инь Тяньцзуна крылось своего рода очарование.
Он не умел плести интриги, улыбаясь в лицо и пряча кинжал за пазухой. Если видел в ком-то врага – то шел напролом и был готов сражаться до конца, а уж если принимал за друга – вся его преданность была написана на лице, и предать он просто не мог.
Видя, что дело уладилось столь благополучно, все присутствующие наконец облегченно выдохнули.
— Что ж, Дали, — мягко улыбнулась Цзян Цяньсюэ. — Раз все тревоги позади, я, пожалуй, откланяюсь. Мне еще нужно уладить все вопросы касательно твоего вступления в ряды периферийных дворян.
— Угу, договорились, — кивнул Хун Дали. — Не буду вас задерживать, госпожа Цяньсюэ, хе-хе. Ах да, чуть не забыл! — Осенило его вдруг. — Вы только никакой работы мне не поручайте. Я парень ленивый, трудиться не привык, так что давайте я буду числиться чисто номинально.
Пусть он и стал периферийным дворянином, спину гнуть он точно не собирался. В конце концов, единственной причиной, побудившей его ввязаться во все это, был импозантный вид плаща, а иначе с какой стати я вообще стал бы так утруждаться?
— Знаю я, знаю, — со смехом ответила Цзян Цяньсюэ. — Среди нашего племени Сайянов периферийные дворяне в основном бойцы. За коммерцию отвечает клан Тяньцзуна, так что у нас никакой бумажной волокиты нет. Даже ежегодная аттестация тебя никоим образом не коснется.
— Вот и славно, вот и чудесно, — Хун Дали остался чрезвычайно доволен услышанным. — Мой неизменный принцип – оставаться вне системы и не подчиняться никаким правилам, ха-ха!
«Оставаться вне системы и не подчиняться никаким правилам» – вы только послушайте, до чего высокий класс!
…
Что ж, завтра у нас одиннадцатое ноября, День холостяка – 11.11! Четыре единицы означают четыре главы подряд, так что завтра вас ждет целых четыре выпуска!
От всей души желаю братьям и сестрам из союза «Хаомэн» поскорее встретить свою вторую половинку!
А посему не поскупитесь на пару ежемесячных голосов для вашего покорного слуги…
Те же, кто зажмет ежемесячные голоса, рискуют на всю жизнь остаться бобылями – берегитесь, мой Люцифер лично станет рисовать круги для проклятия!