Глава 25: «Неплохо, именно этот вкус!»
В понедельник пробиваемся в топ! Братья, прошу вашей мощной поддержки! Клики, добавления в закладки, рекомендательные голоса – нужно абсолютно всё!
Поэтому сегодня будет целых три главы!
…
Шестнадцатый этаж штаб-квартиры «Цяньгэ» в самом центре города Тяньцзин.
— Господин Хун, финансовый отчет по разработке Западного кольца-4 готов. Прошу ознакомиться, — секретарь аккуратно положил на рабочий стол Хуна Вэйго папку документов толщиной около десятка страниц, после чего развернулся и тихо прикрыл за собой дверь.
— Посмотрим, что они тут насчитали, — пробормотал Хун Вэйго. Взяв отчет, он принялся внимательно вчитываться в сухие строчки: «Западное кольцо-4 расположено в двадцати пяти километрах к западу от центральной части города Тяньцзин. На востоке граница проходит по внешней улице Бохуа и переулку Жэньдин; на севере соседствует с Южной рекой, западной улицей Сишэнмэнь и районом Хайян; на западе опирается на реку Саньу и гору Хунву; на юге граничит с дорогой Сихэ у ворот Юншэнмэнь и воротами Чэнъаньмэнь, соединяясь с Восточным кольцом-3. Подведомственная территория разделена на двенадцать микрорайонов и сто семьдесят восемь квартальных общин. Общая площадь Западного кольца-4 составляет семьдесят четыре квадратных километра, и, согласно результатам шестой переписи населения 2010 года, общая численность проживающих здесь составляет 1,819 миллиона человек».
«Из этой площади под сады отведено 16,67%, под лесные массивы – 25,08%, земли под жилую застройку и предприятия составляют 30,10%, транспортные развязки – 5,46%, водные объекты – 8,51%, а неиспользуемые земли – 14,18%. Пахотные земли отсутствуют. Рекомендуемые к поглощению земельные участки сосредоточены главным образом в жилых зонах и на неиспользуемых землях. Однако неиспользуемые участки расположены на отшибе и мало пригодны для инвестиций, поэтому основное инвестиционное направление должно быть сконцентрировано в пределах жилых зон».
Постукивая пальцами по столу, Хун Вэйго не отрывал взгляда от финансового отчета:
— Жилые кварталы и предприятия занимают тридцать процентов, то есть примерно двадцать два квадратных километра… Ну и ну, цифра весьма солидная.
На первый взгляд двадцать два квадратных километра кажутся пустяком, однако на деле полностью выкупить такую площадь – задача практически невыполнимая. Это колоссальные, поистине астрономические суммы. Подобное не под силу даже семье Хун с ее оборотными средствами и капиталами.
Разумеется, Хун Вэйго и сам не обладал столь неуемным аппетитом, чтобы пытаться выкупить Западное кольцо-4 целиком. На самом деле его план заключался лишь в том, чтобы до официального объявления государственной программы скупить здесь как можно больше земельных участков, а затем просто ждать с нетерпением, пока они вырастут в цене. В будущем это принесло бы баснословное богатство.
Он продолжил чтение: «В северной части Западного кольца-4 преобладают земли предприятий, что делает их непригодными для инвестирования. В центральной части участки относительно оживленные, однако и цены на землю там кусаются. Южная часть развита слабее, да и перспективы у нее похуже». Ниже приводились конкретные расчеты: какую именно землю выгодно приобрести и сколько примерно денег на это потребуется.
— Похоже, этот лакомый кусок пирога откусить будет не так-то просто, как казалось, — Хун Вэйго устало потер виски. — Территория огромная. Вбухать туда триста миллионов – все равно что бросить камень в воду: всплеск будет, но волны не разойдутся. А если вложить больше, это ударит по оборотным средствам компании. Да уж, задачка не из легких.
Сказать по правде, Хун Вэйго вполне мог бы изыскать необходимые средства, но он в первую очередь оставался коммерсантом: его долг велел тратить как можно меньше, а зарабатывать как можно больше. Пусть в секретных бумагах и говорилось о планах государства на разработку этих земель, кто знает, когда они начнут претворяться в жизнь? С его мощью собрать миллиард-другой не составило бы труда, но случись непредвиденное – и капитал окажется мертвым грузом…
Без свободных оборотных средств работа компании тут же застопорится, что грозит обернуться огромной опасностью. А если руководство страны вдруг передумает и отменит решение о разработке, деньги и вовсе улетят в трубу.
— Ладно, для начала пущу в дело миллионов двести-триста, чисто прощупать почву. Выжму из этого сколько смогу, а там посмотрим. Политика – штука изменчивая, нельзя увязать слишком глубоко, — поразмыслив еще немного, Хун Вэйго наконец принял решение. — Сперва подберу несколько перспективных участков земли, а дальше буду действовать по обстоятельствам.
И пока отец размышлял над стратегией поглощения земельных участков, его сын вовсю предавался безудержному расточительству.
Стоило молодому господину обронить лишь слово, как все повара отеля «Хэнлун» тут же засучили рукава. Буквально за двадцать минут на четырех огромных столах уместились сто восемь основных блюд и пятьдесят четыре закуски. Даже самый роскошный и изысканный пир Маньхань цюаньси из его прошлой жизни на Земле показался бы на этом фоне скромным обедом.
— Синьсинь, глянь-ка, как тебе такое? Разжигает аппетит? — Хун Дали церемониться не стал. Он подвел Тан Мусинь к столам, у которых расторопный прихвостень уже подготовил для него пиалу с палочками, подцепил кусочек кисло-сладких солений «Гоубао» и отправил его в рот:
— М-м, отлично! Тот самый вкус, то что надо!
Стоявший поодаль менеджер вестибюля едва не повалился на задницу от изумления:
— Боже мой! Вы заставили шеф-поваров приготовить по блюду из каждой кухни мира только для того, чтобы первым делом съесть соленья «Гоубао»?!
Пока менеджер исходил благоговейным ужасом, девять прихвостней сохраняли полнейшее хладнокровие, лишь посмеиваясь про себя: «И чего так убиваться? Сразу видно – деревенщина, жизни не нюхал. Наш молодой господин вчера тридцать миллионов на недвижимость угрохал только ради того, чтобы собачек пристроить, а тут всего лишь обед. Тоже мне, событие века».
На сей раз Тан Мусинь спорить не стала. Удерживая палочки тонкими, словно очищенный лук-порей, пальцами, она аккуратно подцепила кусочек мяса и изящно отправила его в рот. Лишь пригубив угощение, девушка со знанием дела заметила:
— Эти ломтики ракушек в винном соусе получились нежными и хрустящими, с приятным мягким ароматом. Жаль только, мастерства повару слегка не хватило – передержал на огне, отчего вкус вышел не совсем чистым. Но для местного заведения уровень вполне достойный.
— Ого! — Удивленно воскликнул Хун Дали, выслушав ее вердикт. — Синьсинь, да ты, я гляжу, эксперт! А ну-ка расскажи поподробнее, что это вообще за штука такая – эти ломтики ракушек в винном соусе?
Тан Мусинь мягко улыбнулась. От ее мимолетного очарования у всех присутствующих перехватило дыхание. «Не зря она невеста нашего молодого господина, – подумал каждый. – …Сразу видно – благородная кровь. Пожалуй, только такая красавица и достойна стоять рядом с ним».
— Для этого блюда у ракушек удаляют спиральную часть раковины, а мясо нарезают тонкими ровными ломтиками и слегка ошпаривают кипятком, — неспешно заговорила Тан Мусинь. — Затем ломтики зимнего бамбука обжаривают в масле и вынимают. В том же масле до аромата пассеруют мелко нарубленный чеснок и имбирь, добавляют винный осадок, сушеные грибы шиитаке и обжаренные вешенки. Все это заливают наваристым бульоном, приправленным глутаматом натрия, сахаром, светлым соевым соусом, кунжутным маслом и крахмалом. Когда соус закипит и загустеет, в него бросают ошпаренные ломтики ракушек и быстро обжаривают, встряхивая сковороду. Белоснежное мясо в сочетании с багряным соусом радует и глаз, и вкус, и обоняние. Это знаменитое кушанье пришло к нам из глубокой древности, и сейчас мало кто умеет готовить его правильно.
«Надо же, – подумал Хун Дали, – купил отель наобум, а в комплекте шел шеф-повар, способный сотворить кулинарный шедевр древности».
Упускать такой самородок Хун Дали не собирался, а потому сразу же велел менеджеру вестибюля:
— Где этот искусный повар? Позови-ка его сюда.
Вскоре к ним протиснулся грузный повар и с заметным трудом отвесил глубокий поклон:
— Повар Вэй Бао приветствует молодого господина.
«Вэй Бао… На слух прямо как „накормить досыта“, отличное имя!» – весело подумал Хун Дали, оглядывая гостя с ног до головы. Тот напоминал огромный мясной шар: если бы он выпрямился, то из-за выдающегося живота точно не разглядел бы носков собственных ботинок. Заплывшее жиром лицо, узкие щелочки глаз и пухлые, словно сосиски, губы придавали ему на редкость комичный вид.
Едва сдерживая смех, Хун Дали поинтересовался:
— А ты мастер своего дела! Слушай, мне тут давеча в руки попало несколько редких рецептов. Сможешь приготовить по ним, если я расскажу, что да как?