Глава 1291: «Заболевшая Богиня»
Эту ночь он проспал без задних ног, и ему даже привиделся на редкость прекрасный сон. В этом сне он левой рукой обнимал Богиню Мудрости и Тан Мусинь, правой – Ли Няньвэй и Чжан И, позади него стояли Линь Чуинь и Цзян Цяньсюэ, а перед ними весело бегал ребенок…
Настоящее счастье! Кому захочется просыпаться после такого сна?
Но пока Хун Дали блаженно улыбался во сне, он вдруг почувствовал какую-то странность: сквозь грезы до него донесся едва различимый, прерывистый тихий стон Богини Мудрости.
Что-то здесь не так. Что случилось?
Хун Дали кубарем скатился со своего места и на ощупь пополз в ту сторону, где лежала Богиня Мудрости. Стояло раннее утро, около четырех-пяти часов – самое темное время суток перед рассветом. В кромешной тьме он ничего не видел и пробирался вперед лишь по памяти. Стоило ему доползти до нужного места, как он закономерно обо что-то споткнулся, полетел кувырком и рухнул прямо на Богиню Мудрости…
— Я-я-я не нарочно! — В ужасе воскликнул Хун Дали. Эта сестра-богиня была столь чистой и непорочной, что после той нелепой случайности, когда он сполна воспользовался положением, он больше не смел даже заигрывать с ней словами, не говоря уже о руках. Дотронуться до нее без спроса было делом нешуточным – за такое можно и жизни лишиться!
Однако, вопреки его ожиданиям, Богиня Мудрости, которая должна была прийти в ярость, никак не отреагировала. Хун Дали заподозрил неладное. Он осторожно потряс ее за плечо – никакого ответа! Единственное, что он почувствовал, – ее тело было невероятно горячим, его буквально обжигало жаром!
— Боже мой! — Хун Дали от испуга широко раскрыл глаза. — Неужели сестра-богиня заболела?! Но разве боги тоже могут болеть?!
В представлении Хун Дали божества вообще не знали недугов. Они обладали вечной жизнью и невероятным могуществом, способным одним щелчком пальцев стереть с лица земли миллионы жизней. Как подобное существо могло подхватить обычную заразу?!
Но суровые факты перед его глазами не оставляли места сомнениям: как ни посмотри, Богиня Мудрости действительно тяжело заболела.
Впрочем, если вдуматься, все было предельно просто. Всем известно, как действует вирус иммунодефицита: грубо говоря, иммунная система человека перестает работать, и организм теряет всякую сопротивляемость. Из-за этого различные болезни свободно развиваются внутри тела, что в конечном счете приводит к гибели.
С Богиней Мудрости сейчас происходило нечто очень похожее.
Когда-то она была великим божеством. Пока божественная сущность оставалась активной, ее тело автоматически использовало колоссальную энергию, чтобы заменять угасающие элементы, и никакой вирус не мог причинить ей вреда. Но теперь все изменилось. Ее божественная искра была запечатана, что приравнивалось к внезапному исчезновению иммунной системы, из-за чего сопротивляемость болезням упала до абсолютного нуля.
И вот, на фоне сильнейших душевных потрясений последних дней, она слегла в лихорадке…
Звучало это довольно дико, но такова была суровая действительность.
— Что же делать, как ей помочь? — Пробормотал Хун Дали, прижимая ладонь к ее лбу. Жар был сильнейшим, симптомы очень походили на обычную простуду. Но даже такая банальная простуда для Богини Мудрости, чей организм сейчас вынужден был заново выстраивать иммунную систему, представляла смертельную опасность.
— Ладно, раздумывать некогда! — Лекарств поблизости не было, так что оставалось прибегнуть к самому простому средству – физическому охлаждению. Хун Дали без лишних раздумий скинул одежду и во весь дух помчался к водоему. Утренняя вода была бодряще холодной – в самый раз, чтобы сбить жар.
Превратив мокрую ткань в прохладный компресс, Хун Дали прибежал обратно в пещеру и бережно опустил его на лоб Богини Мудрости.
Время шло минута за минутой. Лишь на самом рассвете, когда небо едва начало светлеть, Богиня Мудрости шевельнулась.
— М-м… Что со мной? Как кружится голова… — прошептала она. Она ощущала лишь страшное истощение, даже просто приподняться стоило ей нечеловеческих усилий, но сознание, к счастью, к ней вернулось.
— Фух… Наконец-то ты пришла в себя! — Увидев, что Богиня Мудрости заговорила, Хун Дали с облегчением выдохнул. — Ты хоть знаешь, что заболела? Лежала тут пластом, я тебя тряс, а ты ни на что не реагировала, я чуть со страху не умер! Хорошо, что очнулась, а то вошла бы в историю как первый в истории Высший Бог, который умер от простуды, причем во всех измерениях Вселенной сразу! Ну как, полегче стало?
С этими словами Хун Дали, отбросив всякое стеснение, убрал мокрую одежду с ее лба и приложил ладонь:
— Ну слава богу, жар спал. Ты даже не представляешь, как тебя лихорадило, вся горела, лоб буквально обжигал пальцы… Эй! Эй, ты чего делаешь? Лежи, тебе нельзя вставать! Мы же договаривались, драться не будем!
— Ты… ты трогал меня?! — Богиня Мудрости изо всех сил сжала в руке посох. Сделай Хун Дали хоть шаг вперед, она без колебаний испепелила бы этого негодного транжиру, пусть даже ей самой пришлось бы после этого умереть от болезни.
— Если бы я тебя не трогал, ты бы сейчас вообще не поднялась, понимаешь? — Хун Дали поспешно отступил на два шага назад. — Ты сейчас больной человек, пациентка, ясно? Не волнуйся ты так! За кого ты меня принимаешь? Думаешь, я только и мечтаю, как бы попользоваться моментом? Клянусь чем угодно, я только лоб потрогал, больше ничего не делал!
Его тон показался ей забавным и вполне искренним, к тому же ее одежда была в полном порядке – значит, он действительно не распускал руки. Богиня Мудрости немного успокоилась. Но тут же ее накрыла волна глубокой слабости, и она покачнулась, теряя равновесие.
Видя, что она падает, Хун Дали напрочь забыл обо всех опасениях, подскочил, бережно подхватил ее и аккуратно уложил обратно на постель:
— Слушай, ну зачем так нервничать? Лекарств тут нет, так что твоему организму придется самому бороться с хворью. И вообще – ты же все-таки богиня, как тебя угораздило подхватить простуду? У меня просто слов нет…
— Моя божественная сила запечатана, способность к самовосстановлению исчезла, а сопротивляемость организма упала. Что удивительного в том, что я заболела? — Богиня Мудрости послушно легла, повинуясь его рукам. На этот раз ее взгляд был гораздо более доброжелательным. — Спасибо тебе.
— Ну вот, опять ты за свои церемонии, — улыбнулся Хун Дали, усаживаясь на пол прямо в плавках. — Ладно, отдыхай спокойно. Все равно здесь никого, кроме нас, так что нечего стесняться. В ближайшие дни я буду за тобой ухаживать. Правда, я немного неуклюжий и заботиться о больных не мастак, так что если сделаю что-то не так – не серчай.
— Я знаю, — отозвалась Богиня Мудрости, лежа на глиняном ложе. Ее божественное одеяние было соткано из неизвестной материи невероятного качества: оно оставалось безупречным и чистым, так что стирка ему не требовалась. Полежав немного, она тихо вздохнула:
— Ты действительно очень добрый человек. Жаль только, я поняла это слишком поздно.
— Ну, я всегда был добряком, хи-хи, — Хун Дали от неожиданной похвалы Богини Мудрости мгновенно расплылся в улыбке и смущенно заерзал. — Да ладно, ничего особенного я не сделал, не стоит меня так благодарить… О, я пойду раздобуду чего-нибудь съестного. А ты отдыхай и поправляйся. В этот раз нам повезло, что случилась лишь легкая простуда, с серьезной болезнью я бы точно не совладал.
— Я понимаю, — едва слышно отозвалась Богиня Мудрости и закрыла глаза.
Однако не успел Хун Дали уйти, как тут же ворвался обратно, сияя от радости, и громко рассмеялся:
— Ха-ха-ха! Сестра-богиня, я сделал великое открытие! Я обнаружил, что здесь водятся звери! Ха-ха-ха!