Глава 26
: Как определить производственный цех (Часть 1)
Что спросить? Что лучше?
Как ты с ней познакомился? Где достал этот рисунок? Подарок от нее? На анонимном форуме говорят, что она давно должна была потерять магию. Если говоришь, что старушка Хэ в своем возрасте не может превращаться, то почему она может?
Какие между вами отношения? А что насчет тех додзинси? Старушка Хэ знает?
Ты разводишься из-за нее?
Фу Линьсин думал так усердно, что у него помутилось в глазах. Едва не уронив телефон в унитаз, он решительно тряхнул головой и напечатал одну фразу.
«Ты все еще собираешься разводиться с мамой?»
Увидев эту строчку на экране, Фу Лань застыл.
Какое-то необъяснимое чувство легло ему на сердце. Дыхание стало тяжелым, и он начал задыхаться, словно тонул.
Почему такой вопрос? Почему совершенно не связан с тем рисунком? Почему именно это его так волнует?
Сердце сжалось от боли. Он не хотел разбираться в этом чувстве, не хотел видеть нахлынувшие воспоминания. Если все вспомнить, то больше не получится двигаться дальше.
«Да»
Словно из последних сил, Фу Лань напечатал это слово.
Фу Линьсин тупо пялился в телефон, пока Хэ Юэ не постучала в дверь.
- Фу Линьсин, тебя там что, смыло? Уже столько времени прошло. Что ты там делаешь? Быстрее выходи, мне тоже надо, я давно жду.
Он очнулся, поспешно убрал телефон и открыл кран.
- Хорошо, хорошо! Сейчас руки помою и выйду.
Через некоторое время, Фу Линьсин открыл дверь и под подозрительным взглядом Хэ Юэ безучастно вышел из ванной.
Когда дверь закрылась, он снова достал телефон, мельком взглянул на экран и с отвращением пролистал вниз, после чего выделил все недавние сообщения и полностью удалил этот тайный разговор.
***
Фу Лань долго сидел, откинувшись на спинку стула. Придя в себя, он тоже удалил переписку, а затем бессильно поднял руку и щелкнул пальцами.
Рисунок в целости и сохранности снова появился у него в ладони, словно пепел, собравшийся воедино.
Как же утомительно жить.
Разглядывая тьму на рисунке, он молча решил, где будет его следующее место хранения. На сей раз никаких ошибок быть не должно.
Отложив рисунок, Фу Лань прижал руку к груди, которая уже перестала болеть, открыл аптечку и выпил несколько таблеток.
Затем он снова перевел взгляд на пачку денег в бумажном пакете, пытаясь подавить навязчивые мысли, которые наперегонки карабкались по его позвоночнику.
«Хорошо». — Подумал он. — «Хорошо, что я уже решил умереть».
Утром Фу Лань с выраженными темными кругами под глазами отправился на работу. После всех переживаний настроение у него было откровенно неважное.
Как и всегда, недалеко от автобусной остановки он встретил Старика Чжана, который радушно поздоровался с ним.
- Доброе утро, инженер Фу. Жена сегодня не провожает тебя на работу?
Фу Лань остановился и, наконец, перестал изображать радушие, медленно подняв голову и безо всякого выражения взглянув на него.
- А тебя это хоть как-то касается?
Сказав это, он пошел дальше, не оборачиваясь, оставив Старика Чжана стоять на месте в полном недоумении.
Возможно, из-за недоброго взгляда и необычайно тяжелой атмосферы вокруг него коллеги намеренно или ненамеренно избегали Фу Ланя.
Тот, естественно, знал, что выставлять свои эмоции напоказ на работе – признак крайней незрелости, но сегодня ему было просто лень притворяться. Не говоря уже о том, что одно лишь избавление от необходимости отвечать на приветствия уже приносило огромное облегчение.
Не успел он на своем рабочем месте прочитать хотя бы одно из вчерашних писем, как из кабинета выглянул начальник, вызвав Фу Ланя к себе.
- Садись.
Он указал на место напротив журнального столика.
Фу Лань почувствовал раздражение. Не за рабочим столом, а именно здесь. Это явно означало, что будет впустую потрачено много времени.
Начальник медленно заваривал чай, затем взял сигарету, лежавшую на пепельнице, и закурил.
Обычные сотрудники могли покурить, только найдя свободное время и поднявшись на крышу, или же в обеденный перерыв снаружи здания. Однако таких начальников, которые любили превращать свой кабинет в дымовую завесу, было немало.
Может, вкус привилегий приятнее на вдохе? Этого Фу Лань не понимал и не хотел понимать.
- В последнее время ты что-то часто берешь отгулы.
Утверждение с подтекстом. Сказав это, начальник принялся дымить своей сигаретой, глядя не на Фу Ланя, а на экран компьютера, ожидая, что подчиненный поймет намек и сам продолжит разговор.
Но Фу Лань намеренно ждал, пока тот потеряет терпение и раздраженно сделает глоток чая, после чего ответил:
- Да, немного.
Заметив его абсолютно безучастный вид, начальник глубоко затянулся и с недовольством затушил сигарету.
- Опять нездоровится?
- Нет, вчера у ребенка были срочные дела.
- А.
Начальник молча кивнул и жестом предложил ему выпить чаю.
Фу Лань отпил немного и услышал, как начальник добавил:
- Даже если у ребенка дела, нужно заранее брать отгул, а не сообщать об этом в тот же день, почти перед началом работы.
- Это были срочные дела. — Подчеркнул Фу Лань.
- Что? Заболел или поранился? — С показной заботой спросил начальник.
Но, поскольку подчиненный ему возразил, тон его был довольно резким.
Фу Лань, не меняя выражения лица, продолжал врать:
- Нарушил школьные правила. Вызвали родителей, но в итоге все оказалось простым недоразумением.
Начальник протяжно произнес «а-а-а». Придуманная Фу Ланем отговорка не давала ему поводов придраться, но если хочется отчитать человека, способ всегда найдется.
Он снова закурил и начал критиковать отношение Фу Ланя к работе, обвиняя в том, что его внезапный уход нарушил планы отдела.
На самом деле, во всем отделе информационных технологий, помимо рутинного обслуживания, не было никакой особенно важной работы. Именно поэтому начальник так скучал, что каждый день вызывал подчиненных в свой кабинет, отчитывая ради забавы. Только новички, как Сяо Лю, пугались этого, а «старые прохиндеи», как Фу Лань, давно уже смотрели сквозь пальцы.
Однако сегодня у него не было настроения даже подыгрывать начальнику.
Каждый раз Фу Ланя тошнило от дыма в этом кабинете и приходилось сдерживать кашель, но не сегодня.
Сначала это был полупритворный кашель с ноткой раздражения, но потом он начал кашлять так, будто разрываются легкие. Даже сам Фу Лань начал беспокоиться, что у него не болезнь сердца, а рак легких, и едва смог остановиться.
Увидев это, начальник поспешно затушил очередную сигарету и посоветовал ему беречь себя, выпроводив за дверь.
Фу Лань вернулся к рабочему месту, выпил воды и наконец-то смог отдышаться. Поймав на себе множество любопытных взглядов, он не обратил на это внимания и продолжил разбираться с делами, которые накопились за вчерашний день.
По окончании рабочего дня Фу Лань ушел первым.
В таком государственном учреждении, как библиотека, редко появлялась работа, которую нужно делать сверхурочно, разве что частые совещания съедали стандартное рабочее время.
Печально, но это происходило довольно часто. Еще грустнее, что даже при отсутствии совещаний все привыкли задерживаться после работы.
Некоторые были штрейкбрехерами, другие просто не хотели рано возвращаться домой. По какой бы причине это ни происходило, все приводило к тому, что рабочий день становился длиннее.
«Черт, вы что, все забыли, ради чего шли работать в бюджетную организацию?»
Однако это создавало для Фу Ланя прекрасную возможность. Уходя в такое время, его почти никто не мог застать за встречей с Ши Нинъюй.