Глава 97. Семья Сэма
Сэм был самым обыкновенным студентом Королевской академии, но в его жилах текла кровь северянина. Именно это происхождение заставляло его поддерживать Кодика с гораздо бóльшим рвением, чем это делали коренные жители столицы. Хотя Сэм уже очень давно не бывал в родных краях, это ничуть не мешало ему при каждом удобном случае осыпать Великого герцога Ларса проклятиями и яростными обвинениями.
Лишь так, притворяясь ярым сторонником столичных реформ, он мог вписаться в окружение и не чувствовать себя чужаком. Но даже когда Сэм проявлял больше фанатизма, чем кто-либо другой, сокурсники всё равно смотрели на него с нескрываемым презрением.
А затем, со смертью Великого герцога Ларса, политические ветры в столице вновь сменили направление. Теперь повсюду трубили о так называемой свободе и равенстве. Студенты считали за честь выступать защитниками интересов Демонов, видя в этом высшее проявление просвещённости.
К несчастью для Сэма, который спал и видел, как бы получше выслужиться перед Демонами, ему пришлось оставить учёбу и вернуться на ненавистный Север. Цены в столице неумолимо ползли вверх, а дела в лавке его родителей в последнее время шли из рук вон плохо. Отец Сэма в каждом письме твердил, что столичные курсы алхимии — это пустая трата времени и денег, и сыну лучше вернуться домой, чтобы обучаться настоящему ремеслу у него.
Родители Сэма были классическим дуэтом для маленькой мастерской: отец — алхимик, мать — фармацевт. Благодаря тому, что оба они были Практиками, семья раньше жила в достатке, позволяя себе маленькие радости и дорогую учёбу для сына. Однако, вернувшись в родные края, Сэм с ужасом обнаружил, что цены на любые снадобья упали до неприличия, едва покрывая стоимость ингредиентов.
Раньше копейки стоило только Восстанавливающее зелье, но с приходом зимы цены на укрепляющие эликсиры и очищающие составы тоже покатились вниз. Ручная работа родителей Сэма больше не могла конкурировать с рынком, и оплачивать его обучение стало нечем. На всех этих дешевых флаконах, как и на прежних зельях, красовался герб с Борейским медведем. Было очевидно: товар рекой течёт из Пепельного Края, и отправитель даже не думает это скрывать.
— Я слышал, что в Пепельном Крае набирают алхимиков, — как-то за ужином заметил отец Сэма, сохраняя удивительное спокойствие. — Может, нам стоит попытать счастья там? Мы все трое — Практики, уж на кусок хлеба как-нибудь заработаем.
— Ни за что! — Сэм едва не поперхнулся, вскакивая со стула. — Линде, генерал-губернатор Пепельного Края — это разрушитель мира! Кровожадный виконт, чудовище в человеческом обличье! Он дискриминирует Демонов! Папа, мама, неужели вы готовы променять свою свободу на жалкую горсть монет?
Отец посмотрел на сына с искренним недоумением.
— О какой потере свободы ты говоришь? — переспросил он, нахмурившись. — Насколько я знаю, в Пепельном Крае людям даже выходные дают.
Мать Сэма поспешила вмешаться, пытаясь сгладить углы:
— К тому же, там цены стабильные. Моя сестра из замка Дог писала, что генерал-губернатор Дог собирается ввести новую валюту и принудительно обменивать на неё все сбережения. Нам нужно бежать, пока не поздно.
— Но этот Линде — наследник тирании Великого герцога Ларса! — не унимался Сэм, размахивая руками. — Неужели вы хотите снова оказаться под гнетом этой семьи?
— Правда? — Глаза отца радостно блеснули. — О, это же чудесно! С тех пор как Великий герцог Ларс скончался, на Севере воцарился полнейший хаос. Если всё вернётся к старым порядкам времен Ларса, мы снова сможем заработать тебе на учёбу.
— И говорят, налоги там совсем крошечные, — добавила мать, листая бухгалтерскую книгу, в которую была вложена рекламная листовка Пепельного Края. — Глядишь, ещё и отложить что-то получится.
В последнее время таких листовок и брошюр становилось всё больше.
— Мне не нужны ваши деньги! Мне не нужно образование, купленное такой ценой! — Сэм сорвался на истеричный крик. — Я жажду свободы! Равенства! Мира! Папа, мама, неужели вы не понимаете? Умереть от голода — это мелочь, а вот потерять свободу — это величайшая трагедия!
Он перевёл дыхание и продолжил с еще большим надрывом:
— Вы хоть знаете, что творит этот Линде? Он запрещает Демонам входить на свои земли! Он хоть представляет, как страдал этот народ в прошлом? Их загнали в Вечную Мерзлоту, где они буквально пухли от голода!
Сэм внезапно замер, его лицо приобрело скорбное, почти экстатическое выражение.
— Но даже там, среди льдов Вечной Мерзлоты, Демоны сохранили свой оптимизм и волю к жизни. Они говорили, что эти пустоши даровали им истинную свободу. Своим упорством они построили там цивилизацию... Ах, какая мудрая, какая стойкая раса!
Отец Сэма смотрел на сына как на умалишённого. В этот момент он, кажется, горько пожалел о каждом серебряном листе, потраченном на обучение этого недоросля в столице.
— Говори что хочешь, но мы уезжаем, — отрезал отец. — Лавка больше не приносит дохода, остались лишь пара старых клиентов, которые по привычке берут у нас мази. Если ты так не хочешь в Пепельный Край, оставайся здесь. Будешь варить зелья для стариков, хоть вывеску нашу сохранишь. Идёт?
Немного подумав, он решил не спорить с сыном. Всё-таки родная кровь, не выгонять же его на мороз. Мать лишь тяжело вздохнула, глядя на своих мужчин, один из которых был слишком упрям, а другой — явно не в себе.
— Если станет совсем туго — пиши нам, — сказала она, погладив Сэма по плечу. — В доме осталось немного денег, трать их с умом. Мы с отцом втайне припрятали серебряные листы и золотые щиты под твоей кроватью. Если генерал-губернатор Дог всё-таки заставит менять деньги, отдай самую малость для вида, но не вздумай менять всё. Слышишь меня?
Сэм лишь раздраженно отмахнулся. Глядя на родителей, которые заботились только о презренном металле, он чувствовал лишь досаду. Мысли его родителей были бесконечно далеки от возвышенных идеалов столичной аристократии. «Неужели кругозор низших Практиков настолько ограничен?» — с горечью подумал он.
Поклявшись себе никогда не становиться таким, как они, Сэм проводил родителей и начал самостоятельно управлять лавкой. Но очень скоро реальность начала диктовать свои условия. Он быстро понял, почему родители не справлялись. Не только зелья, но и почти все товары, связанные с алхимией, продавались по ценам, едва превышающим себестоимость. Сэм прикинул цифры и пришёл к выводу, что товары из Пепельного Края стоят ровно столько, сколько стоят ингредиенты плюс доставка.
Хотя это были лишь низкоранговые предметы, для обычных людей они всё равно оставались дорогими. Но сам факт того, что простолюдины начали массово покупать алхимическую продукцию, казался Сэму чем-то за гранью фантастики.
«И как этот Пепельный Край умудряется зарабатывать?» — гадал он. В его воображении уже рисовались жуткие картины: его родители, закованные в кандалы, трудятся на подпольных фабриках злобного губернатора, выпуская зелья день и ночь напролёт. От этих мыслей Сэму становилось не по себе. Каким бы дураком он ни был, он всё же любил своих родителей.
Одинокая жизнь поначалу казалась верхом свободы, но вскоре стала невыносимой. Сэм осознал истинную причину бедственного положения: пока цены на его продукцию падали, всё остальное стремительно дорожало. Человек может обойтись без эликсира силы, но он не может не есть. В столице Сэм привык равняться на своих богатых сокурсников, ежедневно лакомясь мясом и деликатесами, но теперь, на Севере, он не мог позволить себе даже обычное яйцо.
Глядя на оставленное родителями золото, Сэм стиснул зубы, решив продержаться ещё немного. А вскоре от проходящих мимо наёмников он услышал о создании Демонической концессии.
Сердце Сэма забилось в восторге. Демоны! Это же прекрасно! Демоны умны, они несут цивилизацию. «Пусть генерал-губернатор Дог и переметнулся на светлую сторону, он всё равно из рода Ларсов», — рассуждал Сэм. Он решил, что должен отправиться в концессию. Со своими знаниями, полученными в Королевской академии, он непременно добьётся там успеха и признания.