Глава 139. Последующие планы
Когда Лаури увидел Хаммонда, терпеливо ожидавшего его в компании заместителя командующего Линии Бетана, на его лице на мгновение промелькнуло замешательство. Тем не менее, он молча принял тяжелый, сочащийся кровью сверток — отрубленную голову главнокомандующего вражеской обороны.
Позади него легионы Пепельного Края уже вовсю хозяйничали в цитадели. Солдаты, позвякивая снаряжением, начали зачистку крупнейшего форпоста Линии Бетана. Хотя многие мелкие укрепления в округе еще не выкинули белый флаг, в воздухе не пахло фанатичной решимостью стоять до последнего вздоха. Скорее, гарнизоны выжидали, надеясь набить себе цену перед неизбежной сдачей.
Однако Лаури не собирался потакать капризам этих людей, которых Дог разбаловал своим покровительством. Его план был прост и суров: как только основные узлы обороны будут зачищены, оставшихся упрямцев методично и безжалостно разнесут в щепки огнем тяжелых пушек.
— А ты, оказывается, не так прост, — усмехнулся Лаури, когда они с Хаммондом бок о бок возвращались с поля битвы. — Решил уступить славу мне? А я-то грешным делом думал, что ты из тех закостенелых рыцарей, которые спят с Кодексом Чести под подушкой и цитируют его спросонья.
— Я просто не люблю иметь дело с этими чистоплюями-аристократами, — Хаммонд обернулся, глядя на своих парней, которые с шутками и забористой бранью копошились позади. — Но то, что я их не люблю, еще не значит, что я не понимаю, как устроен этот мир.
— Ха-ха-ха-ха-ха! — Лаури расхохотался так искренне, будто услышал лучшую шутку в своей жизни. Он небрежным жестом перебросил голову вражеского генерала обратно Хаммонду.
Тот едва успел поймать жуткий трофей, едва не выронив его из рук.
— У нас здесь заслуги не делят по чинам, — отсмеявшись, добавил Лаури. — Твой подвиг — это твой подвиг. Никто не посмеет его украсть. Но, признаться, ты меня удивил. Кто бы мог подумать, что «благородный рыцарь» в наших краях так быстро научится житейской хитрости? Наш генерал-губернатор наверняка опять проест мне плешь, ворча, что этот старый солдафон Лаури окончательно испортил хорошего человека.
Хаммонд, услышав это, смущенно поскреб затылок. Он и сам понимал, что его жест выглядел чересчур нарочитым.
— В конце концов, мы — сдавшиеся в плен, — тихо произнес он. — Мне-то плевать на свою репутацию, но я должен думать о своих людях. Я не хочу больше, как раньше, из-за собственной прямолинейности гнить в какой-нибудь захудалой дыре, доживая свой век в безвестности.
Хаммонд перевел взгляд на марширующих солдат Пепельного Края, и в его глазах вспыхнул огонь.
— Я хочу приносить пользу Северу. У меня есть для этого и силы, и, если хочешь, предназначение.
Некогда нерушимая Линия Бетана пала. Несмотря на то что отдельные форты еще огрызались огнем, они больше не представляли серьезной угрозы. Путь для войск Пепельного Края был открыт, а сама оборонительная система превратилась в бесполезный памятник былому величию.
Тем временем в своем кабинете Линде, изучив последние сводки с фронта, набрасывал план дальнейших действий. Теперь, когда Линия Бетана была прорвана, больше не было нужды вести войска изнурительными тропами через Горы Гигантских Богов.
Обсудив ситуацию с Рейной, Линде решил использовать Черножелезный град как главный плацдарм для полномасштабного наступления.
— Не спеши зачислять пленных в регулярные части, — распорядился Линде, обращаясь к Рейне. — Сначала отправь их в поля. Пусть землю пашут.
Северные земли, разоренные бесконечными поборами и амбициями Дога, стояли безлюдными. Огромные наделы зарастали бурьяном, и Линде меньше всего хотел, чтобы эти деморализованные остатки чужих армий размывали дисциплину и дух его собственных войск. Он скорее набрал бы в армию местных батраков, фермеров или вольных людей, чем доверился бы ветеранам Дога в массовом порядке.
Рейна, услышав это, невольно ощутила укол жалости. Как ни крути, на бумаге эти люди все еще считались подданными Ларса. Впрочем, она прекрасно понимала логику Линде.
— Можно отправить их вслед за армией, — предложила она после недолгого раздумья. — Как только мы займем очередной район, оставим их там помогать местным с посевной. Выделим им участки, пусть пускают корни, обзаводятся семьями.
— Хм, это разумно, — Линде кивнул, одобряя план. Когда дело касалось военных вопросов или логистики, ум Рейны работал с точностью швейцарских часов.
В этом мире понятие «демобилизация» практически отсутствовало. Существовала даже печальная народная баллада о солдате, который, попав на службу, волею судеб оказывался в чужих краях, там же женился и сам не замечал, как становился местным жителем. Идея Рейны фактически сводила политику Дога на нет: она брала насильно согнанных в армию людей и возвращала их к мирной жизни, равномерно распределяя по всему Северу.
Линде помог Рейне доработать детали. Армии не нужно было задерживаться в каждом поселке, чтобы наладить быт. Военные должны воевать, а гражданские вопросы — это дело чиновников. Часть полномочий следовало передать гражданской администрации. Это не было попыткой ущемить права военных, скорее — способ дать обществу развиваться в здоровом русле.
Заниматься распределением земель и управлением должны были «господа в мантиях». К счастью, первая волна аристократов, присягнувших Линде, уже полностью освоилась. Их было немного, но каждый из них был настоящим трудоголиком, прошедшим через жесткое сито отбора.
Закончив обсуждение, Рейна собрала документы и направилась в штаб.
— Какая идиллия, — раздался сонный голос с дивана. Тия, эльфийская принцесса, сладко зевнула, потягиваясь. — Ты так усердно укрепляешь её авторитет в армии... Не боишься, что в будущем это выйдет тебе боком? Или, наоборот, ты именно этого будущего и боишься?
— В армии и так много людей, преданных дому Ларс, — Линде даже не обернулся, продолжая что-то писать. — Рейна — идеальное связующее звено. Это просто логично.
Тия не стала настаивать на ответе.
— Раз уж с этой вашей «Линией» покончено, значит, наши Следопыты, что водили вас по горам, могут возвращаться?
— Да. Передай им мою благодарность. И, как и обещал, я увеличу выплаты.
— Похоже, торговля оружием приносит тебе неплохие барыши, — Тия поднялась, расправила складки платья и принялась лениво перелистывать массивный том, лежащий на столе.
В последнее время принцесса эльфов всё больше напоминала заправскую затворницу. Она стала ленивой, неохотно выходила на улицу и проводила дни, уткнувшись в книги и поглощая сладости. Как только она открывала очередную главу, её рука тут же ныряла в коробку с лакомствами. Удивительно, но эльфийская диета, состоящая из сахара и безделья, никак не отражалась на её фигуре — Тия оставалась всё такой же изящной.
— Опять читаешь рыцарские романы? — поинтересовался Линде.
— Нет, изучаю историю вашего вида, — Тия нашла нужную страницу и погрузилась в чтение, продолжая разговор. — Знаешь, я пришла к выводу, что люди — это раса войны. С тех самых пор, как вы изобрели письменность, вы только и делаете, что режете друг друга. Годы мира у вас длятся столько же, сколько у нас, эльфов, длятся периоды редких стычек. По сравнению с вами даже Демоны кажутся невинными и добродушными созданиями. И знаешь... судя по тому, что я прочла, у тебя есть все шансы победить.
Похоже, принцесса научилась извлекать уроки из прошлого. По крайней мере, Королева эльфов не сможет обвинить Линде в том, что он окончательно испортил её дочь. Хотя, сколько бы Тия ни пробыла в Пепельном Крае, для неё это останется лишь мимолетным эпизодом в бесконечно долгой жизни.
— Так вот почему ты уговорила Королеву прислать мне на помощь друидов и Следопытов?
— Не обольщайся, — Тия оторвала взгляд от книги и бросила на него быстрый, изучающий взор. — Я сделала это не ради тебя. И, как я уже сказала, ты за это платишь.
Линде, впрочем, уже не слушал. Он сел за стол и начал составлять ответное письмо Королеве в столицу, параллельно обдумывая план поездки в Черножелезный град. Взгляд Тии остался незамеченным.
— А ты знала? — внезапно произнес Линде, не отрываясь от письма. — Вероятность мала, но некоторые полулюди могут иметь общее потомство с людьми. Например, эльфы.
— А? — Тия, которая до этого была погружена в свои мысли, вдруг вздрогнула. Она спрятала лицо за книгой, перестав жевать. — Да... я... я знаю об этом.
— Рожденные полуэльфы наследуют долголетие эльфов, но остаются бесплодными, — Линде задумчиво потер подбородок, погрузившись в научные размышления. — В легендах полно существ, нарушающих законы природы, но в нашем мире, похоже, биологические барьеры вполне реальны. Нет никаких нелепых химер. И судя по учениям друидов, межвидовое скрещивание возможно только при близком родстве. Это наводит на мысли... насколько велика на самом деле разница между человеком и эльфом?
Линде наконец поднял голову и внимательно осмотрел Тию — сверху вниз, словно редкий лабораторный образец. Увидев в его глазах лишь чистый академический интерес, Тия почувствовала, как к лицу приливает жар от собственной глупой мнительности.
— Слушай, мои оценки по курсу друидизма всегда были посредственными, — с ноткой раздражения буркнула она, опуская книгу. — Если хочешь подискутировать о биологии, иди к нашим Великим друидам.
Она сдулась, как проколотый мяч, и с досадой подумала, что пора завязывать с рыцарскими романами. Слишком много дурацких фантазий лезет в голову.