Глава 126. Лагерь для пленных
— Генерал, генерал!
Тихое, настойчивое покачивание заставило Хаммонда выплыть из вязкого беспамятства.
Когда туман перед глазами рассеялся, а очертания предметов обрели четкость, Хаммонд невольно расслабился. Это была его комната в Серебряном Крыле.
Но осознание реальности ударило под дых почти мгновенно.
— Налет! Что с ночным налетом? — выдохнул он, пытаясь сесть.
Вспомнив последние секунды перед обмороком, Хаммонд вдруг хрипло расхохотался. Он повернулся к подчиненным и произнес:
— Мне приснился жуткий сон. Будто наш налет провалился, а пуля из вражеского мушкета разнесла мне голову. Должно быть, это предупреждение Богини. Нам нужно еще раз обсудить план атаки...
Офицеры, стоявшие у кровати, переглянулись. На их лицах читалась такая неприкрытая тревога, что смех Хаммонда застрял в горле.
— Генерал... — вперед вышел военный лекарь. — Пожалуйста, прилягте. Мне нужно еще раз осмотреть вашу рану на голове.
Улыбка сползла с лица Хаммонда. Он тяжело вздохнул, и в этом вздохе было всё его отчаяние.
— Значит, это был не сон?
— К сожалению, генерал. Всё, что случилось этой ночью — правда.
Адъютант сделал шаг вперед и в красках описал Хаммонду итоги вылазки.
Лишь благодаря тому, что Хаммонд в последний миг инстинктивно бросил всю свою магию на защиту, он остался жив. Получив в упор мощный разряд, он отделался глубоким обмороком и контузией.
К счастью, в тот момент его рыцари как раз начали отступать и оказались рядом. Увидев, как их командир падает, адъютант проявил завидную быстроту реакции: он подхватил Хаммонда, перебросил через седло и принял командование, организовав стремительный отход.
— Ты молодец, — Хаммонд сел на край кровати и тяжело опустил руку на плечо адъютанта.
— Но, генерал... многие наши ребята... они остались там. В лагере.
Адъютант отвернулся, смахивая непрошеную слезу. В его представлении плен был хуже смерти. Насмотревшись пропаганды Дога, он уже видел, как его товарищей подвергают нечеловеческим пыткам, и эта вина камнем лежала у него на сердце.
А в это время в лагере для военнопленных один из «мучеников» с аппетитом уплетал свежеприготовленную лапшу.
Говорили, что этот паёк изобрел сам генерал-губернатор Пепельного Края. Разные виды питательных злаков перемалывали в муку, делали из неё длинные полоски и высушивали. Стоило залить их кипятком — и сытный обед готов.
А если добавить туда немного специй, то по вкусу это блюдо не уступало деликатесам, которые простые люди ели разве что на празднествах в честь Богини.
Пленник, с громким прихлебыванием доев порцию, протянул пустую миску повару.
— Дружище, плесни еще. И приправы не жалей.
Закончив фразу, он смачно и удовлетворенно рыгнул.
Повар, мельком взглянув на него, проворчал:
— Не жадничай. С утра набивать пузо вредно — на учениях потом боком выйдет.
— Да брось, я же пленный, — отмахнулся тот. — Какие у меня могут быть учения?
— И то верно.
Повар, продолжая болтать с другими солдатами, наполнил миску до краев. Пленник снова принялся за еду, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. Что же это за нечеловеческие условия такие? Он в жизни не ел так вкусно, как здесь, в плену.
Хаммонд, хоть и был справедливым командиром, строго блюл устав, особенно в военное время. О горячих изысках вроде этой лапши на передовой можно было только мечтать.
Его рыцари тоже отличались от изнеженных столичных аристократов. Это были воины старой закалки, способные без запинки процитировать Кодекс Рыцаря, но совершенно не привыкшие к комфорту.
Они считали свою суровую жизнь нормой... пока не попробовали армейский паёк Первого легиона.
Допив наваристый бульон, пленник довольно погладил живот. «Прав был господин Хаммонд, — подумал он с невольной завистью, — у этих мятежников не армия, а сборище сытых лордов. Даже кормят их как во дворце».
Только он собрался встать и немного размяться, как ворота лагеря — скорее символические, чем защитные — распахнулись. Внутрь ввели новую группу пленных в кандалах. Те вовсю поносили конвоиров последними словами.
— О, здорово, мужики! Вас тоже замели? — не удержался и крикнул знакомым «старожил».
Но тут же осекся, поняв, что ведет себя слишком уж жизнерадостно для узника. Его лицо мгновенно преобразилось. Секунду назад он светился от сытости и довольства, а теперь смотрел на мир с такой скорбью, будто у него только что вырезали всю родню.
Новоприбывшие, узнав его, заволновались. Забыв о конвое, они бросились к нему.
— Дин! Ты жив? Скажи, они тебя пытали, как говорил лорд Дог? Ты как, держишься?
Пленник по имени Дин принял подобающе суровый вид.
— Ох, братья... — произнес он надтреснутым голосом. — Они просто звери. Пытали меня всячески, искушали... Но будьте спокойны: я никого не выдал! Ни вас, ни генерала!
Ик!
Если бы не эта предательская сытая икота в конце, речь Дина могла бы сойти за героическую балладу.
В этот момент повар неподалеку загремел половником по котлу.
— Эй, новенькие! Завтракать будете? Или мне тушить огонь?
«Завтрак?» Для большинства пленных это слово звучало как нечто из забытой сказки. Нормальные люди ели дважды в день. Неужели даже пленных здесь кормят трижды?
Дин неловко улыбнулся и приглашающе махнул рукой:
— Я угощаю, братцы. Прошу к столу.
Новые пленные, совершенно сбитые с толку, присели рядом с Дином и принялись за лапшу. Постепенно завязался разговор.
— Это возмутительно, — всхлипнул один из рыцарей-практиков, втягивая лапшину. От волнения пара нитей даже полезла у него через нос. — Мы вчера так рисковали, так лезли из кожи вон, чтобы вас спасти... а вы тут... вы тут ЭТО едите!
— П-простите, — Дин и остальные «старые» пленные виновато опустили головы. — Мы правда хотели помочь, но как только начался шум, нас тут же взяли под контроль.
— Врешь ты всё, Дин! — вклинился кто-то из своих. — Ты спал как убитый, я тебя еле добудился! Товарищ повар, можно мне добавки?
Один из новичков подозрительно прищурился:
— А что это за «товарищ» такой?
— Ну, это... человек со схожими идеалами. Единомышленник.
— С какими еще «единомышленниками» из вражеского стана ты спелся?! — вскипел рыцарь, вскакивая с места. — Вы продались за миску супа? Предали генерала? Так вот почему ночной налет провалился! Это вы всё разболтали!
— Чего? Да мы знать не знали, что вы придете!
Несмотря на то, что зима уже отступала, в воздухе внезапно похолодало, словно вернулись февральские морозы.
Заметив назревающую потасовку, охранник у ворот заливисто свистнул в свисток.
— Северяне не воюют с северянами! Решайте вопросы миром. Драки запрещены!
Пленники тут же притихли и дисциплинированно уселись доедать лапшу. В конце концов, на пустой желудок много не навоюешь, даже в мыслях.
К тому же, лозунг про северян, кажется, не врал. Те, кто попал сюда раньше, не только не выглядели замученными, но, кажется, даже немного округлились в лице. И это всего за одну ночь!
Столкнувшись с таким радушием, суровые и слегка простодушные рыцари Хаммонда просто не знали, как теперь строить козни против своих захватчиков.