Глава 103. После занавеса
По правде говоря, Грейе еще никогда не доводилось выступать перед столь великим множеством людей. В столичном оперном театре, как ни крути, вместимость всегда ограничивалась количеством кресел и проданных билетов, здесь же, у временных подмостков под открытым небом, никаких рамок не существовало.
Несмотря на столпотворение, в толпе царил относительный порядок — Грейя то и дело замечала среди людей статных солдат в чистой, подогнанной форме. В отличие от воинов из других уделов — вечно сутулых, чей авторитет держался лишь на ржавой броне да зазубренном железе, — здешние бойцы стояли прямо, с гордо поднятыми головами. Даже просто находясь среди горожан, они приковывали к себе взгляды своей выправкой и мощью. Порядок здесь держался не на страхе: было видно, что жители искренне уважают солдат, и никому в здравом уме не пришло бы в голову лезть на рожон или затевать провокацию.
Глядя на них, Грейя поначалу даже грешным делом подумала, не завел ли себе местный генерал-губернатор гарем из смазливых фаворитов, подражая столичным аристократам с их сомнительными модами. Однако, бросив взгляд на первый ряд, где сидела приторно-сладкая парочка правителей, она поняла — это вряд ли.
Опера еще не успела начаться, а Рейна уже клевала носом. Сонно жмурясь, она обхватила Линде за руку и, пристроив голову на его плече, приготовилась задремать. Линде жестом велел слуге принести тяжелый плащ, укрыл им себя и жену, и, прислонившись головой к ее макушке, приготовился смотреть представление. Они являли собой разительный контраст с Тией, которая сидела рядом — прямая, элегантная и безупречная в каждом движении.
Супруги совершенно не заботились о придворном этикете, больше напоминая молодоженов в медовом месяце. Впрочем, вспоминая слухи об этом генерал-губернаторе, Грейя подумала: возможно, истинный аристократ — это не тот, кто следует правилам, а тот, кто их устанавливает.
Большинство людей в этом краю тоже не имели ни малейшего представления об оперном этикете. Когда Грейя вышла на сцену с магическим рупором в руках, площадь взорвалась приветственными криками и аплодисментами. Шум стоял невообразимый, но Грейя кожей чувствовала искренний восторг толпы — это было совершенно иное чувство, нежели в чинном полумраке театра.
Первый акт пролетел незаметно. В сюжете не было ни тайных заговоров, ни тонких политических намеков — люди просто наслаждались историей. Те, кто стоял в последних рядах, наверняка даже не видели, что происходит на сцене, но в такие моменты важна была сама атмосфера. Для жителей Пепельного Края это было редкое, почти сказочное развлечение. Раньше они и помыслить не могли о том, чтобы слушать оперу, — зимой лишний раз на улицу выйти боялись, не то что праздновать.
Временная гримерка за сценой была под надежной охраной солдат, так что Грейя могла спокойно поправлять макияж, не опасаясь навязчивых поклонников. Обычно в это время к ней через слуг и подкупы прорывались дворяне с букетами и просьбами об аудиенции, но здесь Грейя быстро поняла: за кулисы к ней никто не придет. Не выдержав томительного ожидания, она предупредила распорядителя и выскользнула из зоны отдыха.
Расспросив часовых, она вскоре нашла Линде и Рейну в углу соседнего парка. Те увлеченно что-то чертили прямо на земле.
— Если использовать нынешние контейнеры для магического изначального песка, — Рейна задумчиво водила прутиком по песку, совершенно забыв о манерах, — боюсь, они просто не потянут такую махину.
Линде, присевший рядом на корточки, кивнул:
— К тому же вес слишком велик. Мощности нынешних двигателей не хватит для дальних перевозок. Эффективность преобразования маны в кинетическую энергию всё еще слишком низка. Нужно оптимизировать алгоритмы. Впрочем, можно использовать Обелиски в поселениях для подзарядки. Тогда мы, возможно, свяжем всю территорию единой сетью.
Глядя на набросок упрощенного «поезда» из иного мира, Линде мысленно усмехнулся своей жадности. Он только научился ходить, а уже собрался бежать стометровку. Применение магических двигателей в его владениях пока находилось на стадии «грубой силы», но Рейна была в полном восторге от этой идеи и уже несколько ночей напролет набрасывала варианты реализации.
Вердикт был таков: проект осуществим, но на каждой станции придется делать остановку для подзарядки от Обелиска. До стадии полноценного гражданского транспорта было еще далеко — нужно было дождаться появления магических двигателей следующего поколения.
Лишь когда Грейю остановила стража, Линде заметил, что их «звезда» решила прогуляться в перерыве.
— Что-то случилось? — голос Линде остался таким же холодным и отстраненным, как и прежде. Казалось, Грейя интересовала его куда меньше, чем каракули на песке. Еще бы, ведь на земле был начерчен первый поезд в этом мире!
— Господин генерал-губернатор, — Грейя почтительно склонила голову. — Я хотела бы поговорить с вами о язве.
Стражник вопросительно глянул на господина. Линде едва заметно кивнул, и Грейю пропустили.
— Говорят, в столице число заболевших язвой растет с каждым днем, верно? — спросил Линде, когда они втроем отошли в тихий уголок.
— Именно так, — Грейя помрачнела. — И большинство пострадавших — дети и молодежь. Поэтому, господин генерал-губернатор, если у вас есть способ лечения или чудодейственное лекарство, я умоляю вас продать мне немного.
На самом деле никакого «лекарства» не существовало. Была лишь святая вода, в которую подмешивали травы, чтобы скрыть ее истинную природу. Процесс лечения в Пепельном Краю соответствовал общему стилю — грубая мощь и огромные дозировки. Пока всё находилось под контролем Линде, тайну удавалось хранить, но если Грейя отвезет это в столицу, подлог раскроют мгновенно.
Поразмыслив, Линде покачал головой:
— Я дарую защиту только своим подданным. — И прежде чем Грейя успела возразить, он добавил: — До следующего выхода на сцену еще есть время. Идемте со мной.
Вскоре они оказались у здания церкви. Это была уменьшенная копия Собора Богоматери-Заступницы.
— Господин генерал-губернатор, — навстречу им вышла Флора и смиренно поклонилась.
— Я же просил обходиться без этих церемоний, — вздохнул Линде.
— Это необходимый этикет, — мягко, но твердо ответила она.
— Хорошо, хорошо. Собери всех в зале.
Грейя не понимала, к чему всё это ведет, пока в холле не начали собираться монахини в масках. Вместе с ними пришли и обычные люди — чьи-то лица были скрыты повязками, другие тоже носили маски. Когда Линде велел им открыться, Грейя вскрикнула от неожиданности. На лицах и руках этих людей она увидела знакомые шрамы от язв. Болезнь отступила, раны затянулись, но по площади рубцов несложно было догадаться, какие мучения перенесли эти бедняги.
— Что это?.. — Грейя смотрела на юных монахинь и простых горожан со смесью ужаса и сострадания. В этот миг она вдруг вспомнила, где уже слышала это имя.
Алая Святая Дева Севера.
Хотя в столице Флору давно смешали с грязью, и никого не заботила судьба бывшей претендентки на святой престол, Грейя смогла сопоставить изуродованное шрамами лицо девушки с теми портретами, что когда-то печатали в газетах.
Линде вкратце пересказал события в Соборе Богоматери-Заступницы, а затем буднично добавил:
— Вспомните, Грейя... не после ли появления демонов в столице там начала свирепствовать язва?
В одно мгновение разрозненные детали в голове актрисы сложились в единую, пугающую картину.
— Кха!.. — Грейю скрутил приступ тошноты, когда Флора дополнила рассказ описанием симптомов. Вспомнив, что она сама когда-то помогала демонам деньгами, актриса едва сдержала рвотный позыв.
Оставшиеся выступления Грейя провела как в тумане, хотя публика по-прежнему неистовствовала от восторга. Человек устроен странно: стоит лишь принять одну догадку за истину, как все мелкие детали начинают подтверждать ее сами собой. Теперь Грейя была абсолютно уверена, что заразу в столице распространили демоны. Они даже использовали своих детей как переносчиков, пытаясь заразить ее саму! От одной мысли об этом ее бросало в холодный пот.
На следующий день Линде вернулся в поместье, собираясь пообедать и обсудить с Рейной использование поездов на рудниках. Каково же было его удивление, когда за обеденным столом он обнаружил Грейю, увлеченно беседующую с Тией.
— Разве оперный театр «Соловей» уже не покинул город? — Линде нахмурился, выдвигая стул.
— Вы ведь сами просили оставить двух преподавателей вокала и актерского мастерства, — невозмутимо заметила Тия.
— Не припомню, чтобы в списке этих учителей значилось твое имя, — отрезал Линде, глядя на актрису.
— Всё верно, — Грейя изящно подняла нож и вилку, глядя прямо на него. — Но коварный генерал-губернатор, польстившись на сладкий голос Соловья, под надуманным предлогом решил оставить госпожу Грейю под стражей.
По крайней мере, в ближайшее время возвращаться в столицу она не собиралась.
----------------------------------------