Глава 75 «Драка ради Су Юйжо»
Глава семьдесят пятая: Драка ради Су Юйжо.
Тот человек тоже был вне себя от ярости. Нос у него был разбит, кровь лила ручьем, а лицо нещадно садомило. Кто-то из стоящих рядом поспешно сорвал несколько капустных листов и протянул ему, чтобы тот заткнул ноздри и хоть как-то унял кровотечение.
Чжоу Ань, когда его отшвырнули, тоже пострадал: он приземлился ладонью прямо на острый камень и сильно оцарапал руку.
Оппонент в гневе вскочил на ноги и закричал:
— Ты что, с катушек съехал, щенок? Мужики просто собрались посплетничать да посмеяться, и что с того? Раз ты её так защищаешь, неужто и впрямь до сих пор к её груди прикладываешься?
Похоже, он не на шутку разозлился на Чжоу Аня, раз перешел на такие издевки. Но Чжоу Ань был в настоящем бешенстве. Ему нестерпимо хотелось съездить обидчику по губам, и он выкрикнул:
— Это ты сосунок! Ходишь тут, грязью людей поливаешь, языком чешешь… А если бы про твою бабу такое несли, ты бы тоже радовался?!
— Ого! Да ты, парень, всерьез решил? — Удивился тот. — Я же сказал: мы просто шутим. Ну, ударил ты меня – ладно, но зачем же семью мою приплетать?
— Ты первый начал про сестру Юйжо!
— Ха! Значит, у вас с ней и правда шашни? Раз так горой за неё стоишь?
Слова эти окончательно вывели Чжоу Аня из себя. Он снова бросился в драку, и на мгновение ситуация окончательно вышла из-под контроля. Благо вокруг были крепкие мужчины – они быстро растащили забияк в разные стороны, хотя оба уже успели изрядно помять друг друга. На шум сбежались односельчане и теперь в оцепенении глядели на Чжоу Аня.
Смахнув кровь с разбитой губы, Чжоу Ань обратился к толпе:
— Нечего вам от безделья чужие кости перемывать! Сестре Юйжо и так несладко приходится. Кто из вас хоть день на её месте прожил бы? А ведь она ваших детей учит, со всей душой к ним! Где же ваша совесть? Чем за глаза гадости говорить, лучше бы подумали, как дома порядок навести. Посмотрите на нашу деревню Циншань – мы же самые нищие во всей округе! Если так пойдет и дальше, ни одна нормальная девка из соседних деревень за наших парней не пойдет, и ни один жених не захочет брать в жены бабу, которая только и умеет, что сплетни собирать!
Эта речь заставила всех присутствующих – а среди них были люди, которые Чжоу Аню в дяди и тёти годились – сгореть со стыда. Ведь и правда, каждый просто хотел потешить самолюбие, обсуждая что-то пикантное и запретное, получая от этого какое-то извращенное удовольствие. Но теперь, когда Чжоу Ань сорвал с них маски, все разом притихли.
Лишь жена Шу Третьего, чей муж только что получил тумаков, встряла с бранью:
— И что с того? Раз она так себя ведет, почему людям нельзя сказать? Это из-за неё все приличия в деревне прахом пошли!
Она с жалостью принялась вытирать кровь с лица мужа, после чего злобно уставилась на Чжоу Аня:
— Бей давай! Бей, раз денег много! Раз бьешь – готовься платить компенсацию!
Однако на этот раз никто её не поддержал, и в толпе не раздалось ни одного одобряющего голоса.
Чжоу Ань лишь хмыкнул и зашагал прочь. На развилке дорог, ведущих к его дому и дому Су Юйжо, стояла сама женщина. Она всё видела и знала, из-за чего разгорелся сыр-бор. Знала, что Чжоу Ань ввязался в драку ради неё. Глядя на его разорванную одежду и запекшуюся кровь на губах, Су Юйжо вдруг показалось, что к ней идет настоящий герой.
Когда Чжоу Ань подошел и остановился перед ней, он с сокрушением произнес:
— Сестра Юйжо, прости меня. Я не думал, что вчерашнее обернется для тебя такими сплетнями.
— Это мне нужно просить прощения, — ответила Су Юйжо, и в глазах её заблестели слезы. — Из-за меня тебя побили. Мне-то что, я за эти годы ко всему привыкла. А ты… не ввязывайся в это больше.
Чжоу Ань стоял перед ней с разбитой губой, а на лице уже проступали багровые пятна, которые скоро должны были превратиться в темные синяки.
— Сестра Юйжо, ради тебя мне и пары драк не жалко, на душе сразу спокойнее стало. Не волнуйся, я запомнил твои слова. Я буду упорно трудиться. Вот увидишь, я построю новую школу и тогда приду за тобой. Сейчас мне достаточно того, что я вижу тебя каждый день и знаю, что ты здесь. А когда я встану на ноги, я возьму тебя в жены. И тогда никто не посмеет и слова против сказать!
Чжоу Ань со всей серьезностью повторил то, о чем они говорили вчера. Су Юйжо не знала, что ответить, но волна нежности и благодарности захлестнула её. Сама не понимая почему, она едва заметно кивнула.
После драки, вернувшись домой, Чжоу Ань почувствовал навалившуюся усталость. Он полулежал в кресле, и на сердце у него было неспокойно.
Он уже несколько лет осознавал свои чувства к Су Юйжо. Это было не просто восхищение, это была настоящая любовь. Пусть кто-то назовет это «эдиповым комплексом» из-за того, что он рос без матери, или скажет, что его просто пленила её утонченность – ему было всё равно. Он любил её всем сердцем.
Любить – значит защищать, не давать в обиду. А что он? Он слишком слаб! Деньги? Их нет. Что можно сделать на те крохи, что у него есть? Власть? Тем более нет. Что может вчерашний студент? Каким весом он обладает?
Раз у него ничего нет, как он защитит любимую женщину?
На мгновение Чжоу Ань пал духом. Но тут же вспомнил: теперь он – исполняющий обязанности Короля Драконов, у него есть Указ Короля Драконов и он может практиковать Искусство Божественного Дракона, недоступное простым смертным. Вот его главный капитал!
Хватит сидеть и думать, пора действовать. Чжоу Ань решил, что первым делом нужно заработать побольше денег. Раз овощи так понравились тёте Чжао, значит, нужно сажать больше. Она ведь говорила, что у неё сеть магазинов, и ей понадобятся стабильные поставки.
Чжоу Ань поднялся и переоделся в чистое. Затем осмотрел свои раны. Лицо припухло и покраснело. Он мог бы воспользоваться энергией дракона, чтобы мгновенно исцелиться, но тогда люди примут его за монстра: только что видели избитым, а теперь – как новенький.
Так и вышел он на улицу с «расписным» лицом. Направился прямиком к дяде Фу, чтобы разузнать, кому принадлежит участок земли сразу за его домом. Пока что его энергия дракона действовала лишь на небольшом расстоянии, так что арендовать землю где-то далеко не имело смысла.
Выяснилось, что земля эта принадлежит тому самому Шу Третьему, с которым он сегодня сцепился.
Этот Шу Третий был человеком гнилым и языкастым, за что его в деревне недолюбливали. Чжоу Ань надеялся, что сегодняшняя трепка пойдет ему на пользу. Шу Третий всегда витал в облаках, мечтая, как однажды вытянет из моря сеть с «золотым младенцем», поэтому на свои несчастные полгектара земли давно махнул рукой.
Последние пару дней он, правда, зашевелился – уж больно его раззадорил случай, когда Седьмой Сун и остальные поймали огромного тунца. Увидев, что за одну рыбину можно выручить полугодовой доход, он вообразил, что и его где-то в волнах ждет такой же фарт.
Говорили, что прочую морскую живность он теперь просто выбрасывал, выжидая только крупный улов. Но много ли в мире таких тунцов?
Жена его была под стать: хозяйством не занималась, едва копалась в огороде. Так что бедность этой семьи имела свои причины. Оба они надеялись на чудо, совершенно забыв о реальности. А потому и прозябали в нищете, и, казалось, исправить это было уже невозможно.