Глава 54 «Не вернешь – считай, пожертвовал»
Староста разрывался на два фронта. Как только деньги оказались у него в руках, он тут же помчался в школу. Сейчас ему нужно было проявлять осторожность: ходили слухи о скорой смене руководства в городке, и если он не покажет результатов своей работы, добром это не кончится. А школа – в любые времена дело первостепенной важности. Где угодно могли случиться неприятности, но только не с детьми, которые учатся!
Глядя вслед уходящему с деньгами старосте, Чжоу Ань отсчитал из оставшейся пачки пять тысяч юаней и протянул их Су Юйжо.
— Сестра, возьми пока, — сказал он. — Если не хватит, просто скажи мне. Не переживай, это по-настоящему чистые деньги. Я заработал их на стримах.
— Я не могу взять твои деньги, — запротестовала она. — Тебе самому нужно вкладываться в хозяйство. К тому же староста сказал, что в следующем месяце уже выдадут зарплату.
Су Юйжо оттолкнула его руку. Чжоу Ань настоял:
— Ну что ты за человек! Сказал бери – значит бери. Мне сейчас правда не в тягость эти траты. Возьми, а как появятся деньги – вернешь, идет? Считай, что я даю тебе в долг. И еще, видишь тот мой участок? Раз уж ты теперь живешь дома, если захочется овощей – иди и сорви сама!
Вдалеке деревенские женщины всё еще перешептывались, то и дело поглядывая в их сторону. Су Юйжо чувствовала, что и так принесла Чжоу Аню достаточно хлопот.
Она вновь попыталась отказаться:
— Всё в порядке. У меня еще остались кое-какие сбережения, этот месяц я протяну. Я ценю твою помощь, правда, но не хочу тебя чернить перед людьми. Ты ведь еще так молод…
Эти слова Чжоу Аню совсем не понравились. Он тут же вспылил:
— С чего это я молод? Я уже не маленький, университет окончил, жениться могу, я… — поток слов, которыми он пытался доказать свою зрелость, Су Юйжо мягко прервала.
— Ладно, ладно. Я поняла. Денег я не возьму, но овощи твои, так и быть, буду рвать. Я справлюсь, не волнуйся! Если станет совсем туго, я тебе скажу, идет?
Су Юйжо была непреклонна. Для нее Чжоу Ань оставался тем самым ребенком, который рос на ее глазах, и она не могла позволить себе идти на поводу у его чувств. Он всегда думал о ней, но она была на десять лет старше и лучше всех понимала свое положение. Ей не хотелось становиться для него обузой.
Су Юйжо поспешила уйти и вернулась к себе домой.
Чжоу Ань тяжело вздохнул. Эта сестра Юйжо порой была невыносимо упрямой! В деревне она общалась только с его семьей да с тетей Фу, остальных же сторонилась – и люди платили ей тем же.
Оттого она и казалась в этой деревне такой одинокой.
Пока оставалось только ждать результатов расследования полиции. Чжоу Ань решил отправиться в свою горную лощину. Несколько дней назад он говорил с дядей Фу, и тот предупредил: как только начнешь разводить рыбу, лучше всего поставить кого-то на караул. Место это близко к морю, и если кто-то подберется на лодке под покровом ночи и выловит всё добро, из деревни этого даже не заметят. И поделать ничего не смогут.
Поэтому у пруда нужно было построить хотя бы простенький домик. Минимум такой, чтобы там мог жить человек.
Чжоу Ань еще раз всё внимательно осмотрел и решил, что лучше всего поставить хижину на изгибе склона со стороны моря. Там и от ветра защита, и путь к пруду как раз мимо пролегает. К тому же там нашлась подходящая ровная площадка, которую можно было пустить в дело.
Он стоял один, прикидывая и строя планы.
Господин Фэн оказался человеком слова. Сказал, что подготовит полный комплект – и действительно, всё было на месте. От садков до мелкого инструмента: сачки нескольких размеров, кормушки – было всё.
Всё готово, не хватает лишь самого главного.
Что касается личинок креветок, Чжоу Ань решил снова съездить в город. Ему хотелось решить этот вопрос раз и навсегда: купить, запустить и забыть.
Он поискал в интернете места продажи личинок, сверился с точками, которые советовал профессор Чжоу, проложил удобный маршрут и решил снова отправиться в путь.
Перед отъездом Чжоу Ань заглянул к дяде Фу и тете Фу, попросил их присмотреть за хозяйством, сказав, что едет закупать молодь.
Вообще-то дядя Фу, желая сэкономить ему деньги, советовал ничего не покупать. Говорил, мол, потрудись пару дней в море и сам всё найдешь. Одной сетью можно выловить уйму мелких креветок, просто возиться долго. Раньше их часто даже не брали: прополощут сети в воде, отпуская мелюзгу на волю, и всё. А если собрать – выйдет приличное количество.
Чжоу Ань, подумав, ответил:
— Я сначала посмотрю на тех, что вырастили специалисты. Если будут плохие, тогда вернусь и выйду в море.
Пока Чжоу Ань ехал в автобусе в город, деревня Циншань гудела как растревоженный улей. Бабы собрались вместе и обсуждали увиденное прошлой ночью. Двое свидетелей клялись, что видели, как Чжоу Ань входил в дом Су Юйжо, а другие припоминали, что у него самого в доме живет какая-то городская девица.
Поначалу всё сводилось к пересудам о Су Юйжо – мол, мало ей того, что деревенских мужиков сманивала, так теперь еще и за Чжоу Аня взялась. И чем он ей приглянулся? Ну, разве что университет окончил да молод.
Но слово за слово, и разговор сменил русло. Вспомнили, что Чжоу Ань только что дал денег на школу, заявив, что Су Юйжо ничего не крала, и что это его личный заем. А ведь в этой школе почти у каждого учились дети. И внезапно Чжоу Ань в их глазах стал добрым человеком.
Вот только казалось им, что этого добряка совсем сбила с пути дурная женщина.
Что бы там ни обсуждали, в город Чжоу Ань прибыл только к полудню. В этот раз было проще – на руках были адреса. Он сразу отправился на место, но, посетив два хозяйства и осмотрев личинок, только разочарованно качал головой.
Продавцы смотрели на него свысока: понимаешь ли ты вообще хоть что-то? Если не смыслишь, нечего головой мотать. Если уж эти личинки плохи, то где ты найдешь лучше?
Но Чжоу Ань знал наверняка. Как ни крути, он теперь исполняющий обязанности Короля Драконов, и если Король Драконов не сможет отличить хорошую креветку от плохой, это же просто смех!
Эти выращенные в неволе креветки идеально подходили под обидное прозвище – «слабоножки». Совсем хилые. Чжоу Ань на таких даже смотреть не хотел.
В списке было еще четыре места, рекомендованных профессором Чжоу, но и там Чжоу Аню ничего не приглянулось. Поразмыслив, он понял, что они и в подметки не годятся той мелюзге, которую можно поймать в открытом море. Значит, придется возвращаться и выходить на воду.
Чжоу Ань сел на последний автобус до деревни Циншань. Дома он был уже в сумерках, но, проходя мимо дома Су Юйжо, окликнул:
— Сестра Юйжо, ты дома?
Су Юйжо открыла дверь, и Чжоу Ань протянул ей пакет.
— Я ездил в город и купил тебе кое-что. Возьми и не смей отказываться. Так нельзя, у меня у самого такой же пакет есть.
Глаза Су Юйжо повлажнели, она промолчала. Сегодня она только и сделала, что сходила на участок к Чжоу Аню, сорвала огурец на обед да наслушалась бабьих сплетен. На душе было тяжко от мысли, что она портит жизнь парню. Люди теперь постоянно связывали их имена.
Она решила, что не стоит пересказывать эти бредни Чжоу Аню.
Чжоу Ань, словно почувствовав ее состояние, сказал:
— Что такое? Снова наслушалась сплетен сегодня? Не бери в голову! Думай так: мы с тобой оба люди с высшим образованием, и если будем с ними считаться, то только себя обесценим. В этой деревне сейчас только ты и я – мы на другом уровне, потому нас и обсуждают. Ха-ха-ха!