Глава 22 «Дикий кабан принадлежит Чжоу Аню»
С Указом Короля Драконов в руках его чаяния наконец обрели почву. Появилась надежда, что задуманное исполнится.
Однако сегодня артефакт вел себя как-то иначе. Чжоу Ань гадал: не потому ли это, что Дворец Дракона был только что достроен? Тело его тоже отзывалось едва уловимыми переменами.
Согласно описанию Указа Короля Драконов, после завершения строительства Дворца каждый час должна была рождаться единица энергии дракона. Беда лишь в том, что сам Чжоу Ань пока не умел проверять ее запас в теле. Приходилось во всем полагаться на подсказки артефакта, что изрядно его удручало.
Единственным, что по-настоящему грело душу, был контракт на ту лощину. Теперь он мог построить на вершине горы бамбуковую хижину, жить среди лесов, в компании птиц и зверей, присматривать за своими владениями и воплощать мечту о собственном хозяйстве. Какой же безмятежной и приятной станет тогда его жизнь!
Сидя при свете маленькой настольной лампы, Чжоу Ань набросал на бумаге план лощины. Он пометил свои задумки, стараясь продумать устройство каждого уголка.
Работа затянулась до полуночи. Чжоу Ань уже чувствовал усталость и собирался лечь спать, как вдруг снаружи донеслось протяжное мычание Старины Хуана.
Чжоу Ань подскочил, распахнул дверь и выбежал во двор. Вдалеке мелькнула темная фигура, освещаемая лучом фонарика, и тут же скрылась. Кто это был, разглядеть не удалось. Чжоу Ань проверил быка – тот был в порядке, цел и невредим.
Но кто же это приходил? Какие темные дела заставили человека красться в такой час? Чжоу Ань окинул взглядом окрестную мглу, но преследовать незнакомца не решился.
Повинуясь предчувствию, он заглянул в свой садок с рыбой. Слава богу, калуга была на месте. Вот только у кромки воды виднелось несколько свежих следов. Похоже, незваный гость покушался именно на рыбину. В голове Чжоу Аня начали складываться подозрения.
Он ласково погладил Старину Хуана по спине и негромко сказал:
— Спасибо, что приглядываешь тут за всем.
Рано утром Чжоу Аня, еще не успевшего толком проснуться, вырвали из грез чьи-то голоса. Выйдя за дверь, он увидел двух вчерашних гостий – девушки снова вернулись и теперь без умолку щебетали.
— Чжоу Ань, ты наконец-то встал! — Воскликнула Сяосюэ. — Вчера вечером староста сказал нам, что ты взял в аренду лощину и еще несколько гор. Теперь ты просто обязан сводить нас в лес за какими-нибудь деликатесами!
Чжоу Ань лишь обреченно вздохнул. Шлепая тапочками, он первым делом отправился умываться, а затем решил позаботиться о собственном желудке. Когда он зашел в кухню, чтобы сварить лапши, Сяосюэ снова подала голос:
— Я тоже не завтракала! Свари и на меня!
Чжоу Ань ничего не ответил. Он лишь поднял руку и потер большим пальцем об указательный, красноречиво намекая на оплату. Сунь Сяосюэ за его спиной вскипела от негодования:
— Деньги, деньги, одни деньги! Ты помешался на них! Требовать плату за чашку лапши… Почему бы тебе сразу не пойти в грабители?!
Чжао Фэй, стоявшая рядом, со смехом добавила:
— И мне порцию. Рассчитаемся позже.
Покончив с едой, они втроем отправились в путь. Чжоу Ань прихватил корзину и повел на веревке Старину Хуана. Девушки следовали по пятам, засыпая его вопросами, и так они всей компанией пошли в горы.
Как раз наступила пора дикого винограда, да и в траве можно было найти немало лесных ягод, так что угощений хватало.
Девушки, вопреки ожиданиям, не испугались колючих зарослей. Хоть они то и дело вскрикивали, задевая ветки, но упорно шли следом за Чжоу Анем выше по склону.
Разумеется, еще выходя из дома, Чжоу Ань запустил трансляцию под псевдонимом Пастушок. Он закрепил на шее Старины Хуана самодельное приспособление, похожее на антенну, на котором зафиксировал включенный смартфон. Теперь камера захватывала всех, кто шел рядом с быком.
— Ого, босс! Я еще из кровати не вылез, а ты уже вывел двух красавиц на прогулку!
— Стример, ну ты даешь! Вчера всю ночь, небось, с ними в обнимку провел, а сегодня уже на ногах?
— Наконец-то я вижу моего любимчика Хуана! Старина, ты по мне скучал?
Комментарии сыпались один за другим. Зрители следили за эфиром, сопровождая автора через поля и межи прямо в горы. Они своими глазами видели жизнь этой простой и бедной горной деревушки.
— Как же тут спокойно, стример!
— Ты живешь той жизнью, о которой я грежу днем и ночью!
— Завидую…
Все утро он водил девушек по лощине. На самом деле Чжоу Ань привел их сюда и для дела: ему хотелось представить, как его ночной план будет выглядеть в реальности.
К полудню жара стала невыносимой. Спустившись с горы, они обнаружили, что жители деревни собрались вместе и о чем-то яростно спорят. Чжоу Ань нахмурился и подошел поближе, чтобы послушать. Выяснилось, что сегодня утром дикие кабаны разорили посевы на нескольких участках у самой окраины. Урожая там практически не осталось. А принадлежали эти поля Хромому Ли, у которого были нелады с ногами.
В молодости Хромой Ли был рыбаком, причем отменным. Но однажды в море случилась беда: сети, расставленные в прибрежных водах, за что-то зацепились. Ли, полагаясь на свое умение отлично плавать, нырнул, чтобы освободить их.
Он и не подозревал, что в сетях запуталась заблудшая акула. Когда Хромой Ли понял, что дело плохо, и попытался отплыть, хищница успела вцепиться ему в ногу. Спасло его лишь то, что акула сама была скована сетью. Так Хромой Ли сохранил жизнь, но лишился ноги.
Тем, кто ждал его на лодке и молил поскорее подняться, был Чжоу Дачэн. Увидев, как из глубины поднимаются пятна крови и мгновенно расплываются по волнам, Дачэн – человек, привыкший кормиться морем, – сразу понял: случилась беда. Он изо всех сил потянул канат и вытащил на борт потерявшего сознание Ли. Так тот и выжил.
Поэтому, когда Чжоу Дачэн скончался, именно Хромой Ли помогал с похоронами – так он возвращал долг за спасенную жизнь. Лишившись ноги, Ли больше не выходил в море. Долгое лечение подорвало семейный бюджет, и если бы не его верная жена, тётушка Цзяньго, им бы не сдобровать. Только благодаря её труду на скудном клочке земли семья сумела выжить.
Сейчас супруги Ли из последних сил возделывали это поле, чтобы прокормить двоих детей. Сын учился в старших классах в уезде, а дочь – в средней школе в поселке. Доброхоты давно советовали Ли бросить тратиться на девчонку: мол, вырастет – и уйдет в чужую семью. Но Ли с женой и слушать не хотели. Сами недоедали, собирали на берегу морскую капусту, лишь бы продать большую часть выращенного зерна и оплатить детям учебу.
Эти посадки достались Хромому Ли нелегко. С одной ногой он не мог ни носить тяжести, ни копать, так что вся тяжелая работа легла на плечи жены. И вот теперь урожай на двух му земли уничтожен. Оплата учебы на следующий семестр оказалась под угрозой.
Жена Хромого Ли сидела прямо посреди поля, сжимая в руках растоптанные колосья, и рыдала так, что небо содрогалось. Слушать ее было больно, но в деревне все жили в нужде – помочь бедолагам было некому.
Когда Чжоу Ань с девушками подошел к толпе, туда же подоспел и староста. Оглядевшись с притворным сочувствием, он произнес:
— Жена Цзяньго, выть бессмысленно! Собирай лучше то, что осталось. Хотя чего уж там собирать… Всё прахом пошло.
Один из жителей вставил:
— Это точно кабаны. Видели двух здоровенных особей, у одной вымя до земли висело – видать, поросята у нее, вот и спустилась к людям за кормом.
— Кабаны набедокурили, а с кого компенсацию трясти? С леса? Придется смириться, такая уж судьба.
— И то правда…
Люди наперебой сокрушались.
Староста Вэй повернул голову и заметил Чжоу Аня. Сделав вид, будто только что его увидел, он изрек:
— С какой горы пришли эти кабаны? Кто хозяин горы, тот пусть и платит!