Глава 1284. Тест-драйв III
— Отец? — спросил Сентон.
— Да, я твой отец. Прислушайся к своему сердцу, и ты поймешь, что это правда [1], — голос кузнеца сочился сарказмом.
— Я не об этом. Я хотел сказать, что ты здесь забыл?
— Разве ты не слышал свою тещу? Сегодня воздух воняет, и нам стоит убраться подальше от этих грубиянов, — с усмешкой сказал Зекелл.
— Я знаю, но...
— Я не могу поверить, что мой собственный сын не считает меня членом этой семьи и хочет оставить меня позади, — Зекелл снова начал плакать, и все вокруг начали косо смотреть на Сентона.
— Дядя, можно взять с собой дедушку? Очень прошу! — Лерия умоляла Лита своими большими щенячьими глазами цвета каштана, как у Тисты.
— Все для моей маленькой феи, — Лит и Сентон внутренне скривились от того, что Зекелл бессовестно эксплуатировал собственную племянницу, чтобы получить желаемое, хотя только что говорил о семье.
— Мам, не хочешь попробовать поводить? — спросил Лит перед взлетом.
— Может быть, позже. Сейчас я хочу просто понаблюдать, — Элина была возмущена словами люцийцев, но в то же время они заставили ее переступить через свои страхи и загордиться работой сына.
Как бы ни пугала мысль о полете, того факта, что Лит создал для нее нечто столь удивительное, как DoLorean, было достаточно, чтобы заставить Элину преодолеть свои опасения.
Она хотела научиться водить, чтобы сын тоже гордился ею.
— Кстати, спасибо за твое доверие, Фрия, — с усмешкой сказал Лит. — Твои отчаянные крики о помощи тронули мое сердце. Я использую их в следующий раз, когда мне придется разыгрывать перед детьми сцену «девушка в беде».
— Ты никогда не говорил мне, чего ожидать от изобретения! — попыталась защититься она, одновременно превращаясь в яркий оттенок фиолетового.
— Это потому, что я надеялся, что ты достаточно доверяешь мне, чтобы оценить сюрприз. Даже Аран храбрее тебя, — Лит повернулся, чтобы взъерошить волосы младшего брата, пока DoLorean медленно набирал высоту, чтобы никого не напугать.
— Не волнуйся, тетя. Я буду тебя защищать, — Аран с гордостью надул свою грудь, держа Фрию за руку, чтобы успокоить, и делая ситуацию еще более унизительной для нее.
— Тиста, ты не могла бы позвать Ларка? У нас еще есть время на полет в гости, — Лит двинулся в сторону резиденции графа, прежде чем кто-то успел возразить.
— Мы же не одеты в наши лучшие одежды! — сказал Рааз.
— Я почти уверен, что говорил вам держать хотя бы один комплект стильной одежды внутри доспехов, — Аран и Лерия превратились из своих броней скейлуокера в шелковые вечерние наряды, подтвердив слова Лита, когда он установил скорость с первой на вторую.
— У отца нет такого! — сказал Сентон.
— Ну тогда я валет, мои короли, — Зекелл тяжело рассмеялся и отвесил детям поклон, пока Лит переводил рычаг скорости на ступеньку выше.
— Я рад больше, чем можно выразить словами, что хоть раз Лит решил навестить меня без скрытых намерений, — голос Ларка, как обычно, звучал весело. — Сколько времени займет твое прибытие?
— Максимум пять минут, — ответил Лит.
Чтобы добраться до дома Ларка, нужно более тридцати минут конного галопа от Люции, поэтому все остались в недоумении, занимаясь простой математикой, которая требовала расчета скорости.
— Неужели мы действительно движемся так быстро? — Рааз не осмеливался посмотреть вниз, они летели так высоко, что, кроме птиц, не было ничего, что он мог бы использовать в качестве ориентира.
Вдобавок ко всему, благодаря заклинанию Парения, поддерживающему DoLorean, и клиновидному ветровому лезвию перед машиной, которое работало как лобовое стекло, он ощущал максимум легкую вибрацию, когда они двигались.
Ветровое лезвие защищало их от насекомых и пыли, поскольку на такой скорости даже муха ударила бы с энергией пули. Кроме того, оно создавало эффект скользящего потока, позволяя репульсионному заклинанию развивать огромную скорость, встречая при этом минимальное сопротивление.
— Тогда мне лучше пойти и предупредить своих охранников и сотрудников. Иначе по прибытии вас ждет довольно грубый прием, — Ларк повесил трубку и начал выкрикивать приказы, бодро шагая к главному входу в свой особняк.
Несмотря на возраст, граф держал себя в отличной форме, а с его длинными ногами дворецким приходилось бегать, чтобы поспевать за его темпом.
— Скажи охранникам, чтобы отступили. Я ожидаю, что в любой момент в мою дверь постучат почетные гости, — сказал он бедному старому Понтусу, старшему дворецкому, который отказывался работать достаточно усердно, чтобы соблюсти приличия, которых требовала его работа.
— Что-нибудь еще?
— Да, спасибо, что напомнил. Предупреди в первую очередь Хилью, а во вторую — охранников, — Ларк указал на кухню, где главный повар проводила большую часть своего времени.
— Хочешь, чтобы приготовили что-то особенное? — спросил Понтус.
— Нет, я просто не хочу, чтобы она опозорила меня еще один раз. Если Хилья еще раз назовет Лита молодым господином, клянусь богами, я ее уволю! — Ларк до крови в ушах объяснял шеф-повару, что Рааз не его внебрачный сын, но та так и не изменила своего мнения.
Понтус доставил послания настолько быстро, насколько позволяло его телосложение, после чего сел за стол и вежливо попросил прислать за ним проживающего с ними лекаря. Дворецкий был совершенно уверен, что от такого бега у него скоро случится сердечный приступ, а он не хотел портить важную встречу такой неприятной вещью, как внезапная смерть.
DoLorean приземлился мягко, как перышко, на место, отведенное для дилижансов приезжих гостей, в то время как персонал дома расстелил красную ковровую дорожку, а охранники образовали почетный караул на всем пути к входу.
Как жаль, что Ларк полностью пренебрег протоколом, обогнав дворецких и растолкав охранников, вместо того чтобы ждать у входа в прихожую.
— Дорогой Ларк, рад тебя видеть, — не важно, шел Лит за продуктами или в королевский двор, темно-синяя мантия архимага была единственным облачением, в котором он нуждался.
— А уж я как рад, дорогой Лит. Ты пришел сюда, чтобы похвастаться своим последним творением или своей прекрасной семьей? — под любопытными взглядами охранников двое мужчин пожали друг другу руки.
Из-за схожего роста, телосложения и даже цвета волос охранникам трудно было отмахнуться от слухов о кровном родстве архимага Верхена с их господином. Конечно, граф был более худощавым и менее мускулистым, но при сидячем образе жизни иное было бы странно.
— Дедушка Ларк! — дети вышли из машины, одетые так изысканно, будто на бал при дворе.
— Божечки, как вы выросли! Боюсь, теперь вы слишком тяжелы для своего старого... — не сумев поднять Арана, граф поперхнулся словами, когда заметил Хилью, которая шла по красной дорожке, толкая тележку, полную деликатесов.
Она самодовольно ухмылялась, явно полагая, что это не просто слова, которые дети говорят любому мужчине старше определенного возраста, с которым их родители находятся в дружеских отношениях.
— Здарова, я Зекелл, их второй дедушка и правая рука Лита. Ты, конечно, через многое прошел ради парнишку, — неудачный выбор слов кузнеца и уверенность, с которой он передвигался, словно владел этим местом, только усугубляли положение графа.
Ларк не мог прочитать свекру Рены нотацию за его грубость, не поставив при этом в неловкое положение всю семью. Граф разрывался между тем, чтобы придать лицо своим гостям и не подлить масла в огонь слухов.
_____
1. Цитата из ЗВ. Вы знали, что Дарт Вейдер на самом деле не говорил «Люк, я твой отец»? Там было «Нет, я твой отец».