Глава 479 Состязание целителей.
.
— Пари? Какое еще пари? — в недоумении переспросила Амелия. Неужели Парула из тех, кто склонен к подобным авантюрам?
— Если я смогу исцелить их иным способом, ты исполнишь одно моё желание. Любое, и ты не сможешь мне отказать. Идет? — я озвучила свою ставку.
Амелия смерила меня долгим, полным сомнения взглядом, а затем её губы тронула лукавая усмешка:
— О, малышка Парула хочет, чтобы я беспрекословно ей подчинялась? Какая смелость! И что же ты задумала со мной сотворить? Неужели мечтаешь связать меня, а потом...
— Эй! О чем ты вообще думаешь?! — на моем лбу вздулась вена, и я грубо оборвала её пошлые бредни. — В любом случае, я не причиню тебе вреда. Просто ответь: ты согласна или нет?
— Согласна-то согласна, — протянула Амелия с играющей на лице улыбкой, — Но ведь пари должно быть честным, верно? Если выиграю я, смогу ли я делать с Парулой всё, что моей душе угодно?
Джаяд тут же подскочил на месте, собираясь вмешаться, но я вовремя прижала его руку к столу, удерживая. Ох, как же тяжело мне дается общение с такими... раскрепощенными «старшими сестрицами».
— Я сказала лишь об одном условии, как это в твоих устах превратилось в «делать всё, что угодно»? — я поспешила уличить её в подмене понятий.
— Хе-хе, разве результат не один и тот же? Моим единственным желанием будет получить право делать с тобой всё, что захочу. По рукам? — смеясь, уточнила Амелия.
— Уф... Ну хорошо! — выдавила я, пересилив себя. В конце концов, я была абсолютно уверена, что справлюсь с лечением.
— Ха-ха, раз уж Парула так твердо стоит на своем, я готова поверить, что у тебя действительно есть способ побороть Сонную болезнь. И хотя я не представляю, что это за метод, правила игры придется немного изменить, — произнесла Амелия.
— Что?! Не наглей! — я опешила. Всё шло не по плану; разве она не должна была самоуверенно согласиться на мои условия?
— Не считай меня дурочкой. Если Парула пришла ко мне с такой уверенностью, значит, козырь у неё уже в рукаве. А раз так, то и процесс должен быть справедливым. Давай устроим состязание, — предложила Амелия.
— Состязание? — переспросила я, окончательно сбитая с толку. Как сюжет вообще свернул в это русло?
— Именно так. Мы сойдемся в честном поединке: ты берешь одного пациента, я — другого. Кто быстрее вернет беднягу к жизни, тот и победил. Согласна? — спросила Амелия.
Она определенно была не промах — решила ударить по самому слабому месту, предложив соревнование на скорость. Как профессиональный медик, Амелия, вне всяких сомнений, обладала колоссальной уверенностью в своем мастерстве. Лишь проиграв в быстроте, она, возможно, признала бы свое поражение окончательно.
Деваться было некуда. Если бы я не приняла её условия, Амелия ни за что не согласилась бы на пари. И почему всё так сложно? Ведь я всего лишь хочу вытащить её из этого проклятого места...
— Ладно, по рукам, — кивнула я, рассудив, что без риска не обойтись. К тому же, в глубине души я абсолютно полагалась на свой метод.
— Чудесно. Я уже в предвкушении. Обещаю, Парула, что позже я буду обращаться с тобой крайне нежно, — Амелия продолжала сыпать двусмысленными фразочками, пока отдавала распоряжения санитарам подготовить двух пациентов.
— Пожалуйста, прекрати использовать выражения, которые так легко истолковать превратно, — с каменным лицом отозвалась я. Я понимала, что под «нежностью» Амелия подразумевает желание изучить мой организм или даже отправить меня на анатомический стол, но со стороны это звучало более чем странно.
Санитары же чувствовали себя еще более неловко. Использовать раненых, нуждающихся в немедленном спасении, в качестве «инвентаря» для спора — разве это этично?
Однако возразить они не смели. В конце концов, Амелия была единственным врачом во всем городе, способным лечить Сонную болезнь. Кто рискнет перечить ей и обречь больных на верную смерть?
Поэтому они безмолвно выкатили две койки на специально расчищенный пятачок в центре зала. Площадка для дуэли была готова.
— Выбирай любые инструменты, не хочу, чтобы ты потом говорила, будто я тебя притесняла, — самоуверенно бросила Амелия. В груди шевельнулась тревога: её непоколебимый вид заставил меня усомниться — уж не в ловушку ли я иду?
— Мне понадобится одна медицинская пиявка, — ответила я. Изначально я планировала попросить брата Джаяда поймать какое-нибудь мелкое зверьё, но раз уж здесь были готовые реактивы, незачем было усложнять.
— Ха-ха! Решила прибегнуть к кровопусканию? Парула, неужели ты уподобишься тем старым знахарям, которые верят, что пускание крови лечит все хвори на свете? Тебе нужен скальпель? У меня есть парочка очень острых, — рассмеялась Амелия. Её уверенность, подкрепленная двумя месяцами изнурительных исследований Сонной болезни, так и била через край.
— Нет, мне достаточно одной пиявки.
Вскоре ко мне подошел слуга-рыболюд, бережно неся огромную раковину, до краев наполненную водой. На дне этого импровизированного сосуда, поблескивая золотистыми пятнами на спинах, извивались несколько жирных пиявок.
— Благодарю. — Я положила одну из них рядом с пациентом.
Тем временем Амелия заканчивала свои приготовления. Она притащила медный чан, систему тонких металлических трубок и некий прибор, подозрительно напоминающий дефибриллятор. Неужели она собирается проводить сердечно-легочную реанимацию жертве Кошмаров?
— Я готова, — Амелия посмотрела на меня. Я кивнула в ответ.
Мы обе перевели взгляд на измученного санитара, исполнявшего роль судьи. Тот безнадежно вздохнул и резко взмахнул рукой:
— Начали!
Моя ладонь коснулась пациента, а губы беззвучно зашевелились, сплетая слова заклинания. Это был мой первый опыт обращения к Божественному Искусству Повелителя Мух, и я лишь надеялась, что всё пройдет без сучка и задоринки.
Тем временем Амелия извлекла из складок одежды увесистый сверток с лекарственным порошком. Ловким, отточенным движением она разжала челюсти больного и всыпала смесь прямо в глотку, одновременно повернув кран на медном баке. Тонкая металлическая трубка отозвалась тихим журчанием, направляя струйку воды вслед за снадобьем.
Её манера работы поражала своей виртуозностью. Мягко погладив больного по спине, она заставила его рефлекторно проглотить огромную порцию порошка, ни на секунду не прекращая процедуру.
— Доктор! — в ужасе вскричал стоящий рядом санитар. — Этой дозы хватило бы на десятерых пациентов!
Я невольно вскинула голову, наблюдая за Амелией. Шоковая терапия сверхдозами? Какое расточительство... Она и впрямь совершенно не заботилась о жизнях других больных, её волновал лишь сам факт исцеления — здесь и сейчас.
Но в следующий миг мир вокруг меня поплыл. Сознание наполнилось вязким туманом, перед глазами заплясали бесформенные тени и обрывки видений. Голову сдавило тупой, распирающей болью — той самой, что бывает после слишком долгого и тяжелого сна, переходящего в дурман.
Боги, как паршиво! Неужели именно это чувствуют жертвы Сонной болезни?
Из-за внезапного вторжения Кошмара в мой разум мысли начали путаться. Я лишь краем глаза видела, как Амелия прижала некое подобие дефибрилляторов к вискам своего пациента, накрыла его голову медным чаном и с силой ударила по металлу.
— Донг! — Гулкий звон разнесся по залу. Больной вскинулся, его тело забилось в конвульсиях. Он начал беспорядочно размахивать руками, пытаясь схватить пустоту перед собой, и издал хриплый, надрывный крик, отшвыривая трубки и магические приборы.
Пусть он еще не пришел в себя окончательно, но признаки возвращения сознания были налицо. Амелии потребовалось меньше минуты. Она с победным видом повернулась ко мне, намереваясь насладиться триумфом, но, едва её взгляд упал на соседнюю койку, глаза девушки расширились от изумления.
Мой подопечный уже сидел на постели. Он слегка покачивал головой, приходя в себя, но, в отличие от пациента Амелии, в его движениях не было и тени безумной агонии или ярости.
***