Глава 388 Токсичная истина.
.
— Кха... Кхе-кхе! — Мур продолжал заходиться в сухом кашле, из последних сил пытаясь удержать равновесие. Его лицо приобрело землисто-черный, отливающий нездоровой зеленью оттенок. Это не было похоже на обычную бледность. Неужели он... отравлен?
Точно! Теперь я поняла! Его «Узы Мученичества» способны перенаправлять лишь физические повреждения, но они бессильны против ядов и прочих негативных эффектов.
Вот почему он так поспешно перекинул раны от моих пуль на жителей — он находился в моем ядовитом мареве и отчаянно стремился выбраться. Его удар языком был попыткой отбросить меня, чтобы я не удерживала его в облаке смерти. Именно поэтому, вырвавшись, он начал так сильно кашлять.
Он уклонялся от Трупного Пламени не из страха перед ожогами, а из-за того, что некротическая магия несет в себе тлетворный след. Хотя сами ожоги от взрыва перешли на крестьянина, Мур всё же вдохнул частицы трупного яда и оскверненной энергии пламени. Отсюда и этот надрывный кашель.
Впрочем, восстанавливался он пугающе быстро. За считанные секунды его лицо вновь стало принимать привычный вид. Должно быть, его организм обладает феноменальной способностью к детоксикации.
Он перевел взгляд на Шерлиз. Заклинания этой молодой гули были пропитаны некротическими эффектами, и он осознал, что именно она представляет для него наибольшую угрозу. Её нужно было устранить первой.
А Шерлиз всё еще стояла на коленях, содрогаясь от рыданий из-за невольного убийства односельчан. Она совершенно не замечала приближающейся гибели.
— Шерлиз, беги! Двигайся, живо! — закричала я, срывая голос.
Её неопытность была просто катастрофической. Как можно поддаваться скорби прямо посреди боя? Непростительная, смертельно опасная наивность.
В руках Мура затрещали черные молнии, нацеленные в спину девушки. Я вскинула жезл, выпуская струю Ядовитого Облака в сторону врага — сейчас это было единственное средство, способное достать его, не задев при этом жителей.
Однако я опоздала. Мур, проявив поразительную прыть, легко перемахнул через полосу ядовитого тумана. Черная молния сорвалась с его пальцев, устремляясь к Шерлиз.
— Нет!!!
Мой крик, наконец, заставил Шерлиз вскинуть голову. Она осознала опасность, но было уже слишком поздно: всё, что она увидела, — это пляшущие перед глазами черные искры.
Черная молния движется быстрее мысли. Если мне и удавалось уклоняться от неё раньше, то лишь потому, что я следила за руками Мура, не давая ему прицелиться. Увернуться от самого разряда, когда он уже выпущен, было выше человеческих сил.
— А-а-а! — тело Шерлиз отлетело назад, когда черная молния обрушилась на неё. Под пронзительный крик большая часть её кожи мгновенно обуглилась. Она рухнула на землю; её раны были куда серьезнее, чем те, что получил Себастьян.
— Хе-хе! — Мур осклабился, явно довольный тем, что сумел вывести гулю из строя. В его ладонях вновь заплясали черные искры: он готовился нанести второй удар, чтобы наверняка оборвать её жизнь.
Шерлиз в отчаянии вскинула голову. Её тело, парализованное магическим разрядом, не повиновалось; ей оставалось лишь беспомощно наблюдать за тем, как смерть неумолимо приближается к ней. В этот раз спасения ждать было не откуда.
Но в самый последний миг перед ней возникла фигура, преградившая путь черной молнии. Шерлиз лишь изумленно выдохнула:
— А?..
— Брат Джаяд! Ты восстановился?! — я не смогла скрыть удивления. После того как он использовал «Руку Славы», он пребывал в состоянии глубочайшего истощения, но теперь, наконец, снова был в строю.
Джаяд, сжимая серебряный меч обеими руками, принял удар молнии на клинок. Темные разряды неистово бились о металл, рассыпаясь снопами черных искр в столкновении со святым сиянием меча. Джаяду приходилось нелегко: стиснув зубы, он из последних сил удерживал клинок, не отступая ни на шаг.
Эта сцена до боли напоминала мне битву магистра Винду против Палпатина из «Звездных войн», которую я видела в прошлой жизни: ослепительные каскады молний против сияющего меча. Только в руках у Джаяда была сталь, омытая священным светом.
В такой момент вмешательство третьей стороны могло мгновенно решить исход поединка. Я вскинула жезл, направив струю Ядовитого Облака прямо в Мура.
— Тц! — Стоило Муру увидеть ядовитые испарения, как он тут же прекратил атаку и бросился наутек. Джаяд немедля пустился в погоню.
— Джаяд! Меч бесполезен! — крикнула я ему вслед. — Он переносит раны на жителей! Тебе нужно атаковать так, чтобы не оставлять ран!
Я не знала, есть ли у него в арсенале подходящие средства, но он обязан был знать об этой особенности врага.
— Понял! — отозвался Джаяд и на ходу вскинул артефакт — Руку Славы.
Завидев сияние «Руки», Мур мгновенно нырнул за дерево. Видимо, он уже усвоил, насколько опасна эта вещь: если даже Безликое Потомство замирало под её светом, то ему и подавно не выстоять.
Джаяд наконец в полной мере ощутил то «преимущество инопланетного паразита», о котором я думала раньше: с Рукой Славы в руках он стал подобен сокрушительному вихрю — никто не осмеливался встать у него на пути.
К несчастью, мы были в лесу, и у Мура было полно укрытий. Несмотря на свою тучность, он оказался на редкость проворным — этакий «ловкий толстяк».
У меня не было времени следить за их схваткой. Я поспешила к Шерлиз и попыталась её поднять. Она была в критическом состоянии: тяжелые ожоги по всему телу, жизнь едва теплилась в ней.
Шерлиз, поддерживаемая моими руками, с трудом приоткрыла глаза. Голос её был едва слышным шепотом:
— Прости меня... Пожалуйста, отомсти за мой народ. Спаси... спаси жителей.
— Тише, не сдавайся. Ты выживешь, слышишь? Я сейчас помогу тебе, — твердо ответила я, вынимая из поясной сумки Эликсир Жизни. Однако в тот самый миг, когда я уже была готова поднести флакон к её губам, я замерла.
В «Заметках Ведьмы» было четко сказано: нежить не может пить исцеляющие эликсиры, как не может принимать на себя заклинания исцеления. Для тех, кто перешагнул порог смерти, подобная магия — смертоносный яд. Всё должно быть наоборот: нежить черпает силы в токсинах и дыхании смерти. Чем опаснее яд, тем более чудодейственным лекарством он становится для выходца с того света.
Но гули — это исключение. Согласно сведениям из бестиария, изначально они были вполне обычным народом. Однако века жизни среди склепов, питание трупами и даже поглощение душ неупокоенных постепенно превратили их в то, чем они являются сейчас — существ «полумертвой» природы.
Иными словами, они не мертвы окончательно. Они по-прежнему едят, спят, предаются плотским утехам и производят на свет потомство — совсем как живые существа. Но во всем остальном их можно смело причислять к нежити.
И если гули сами по себе — исключение, то Шерлиз — исключение вдвойне. Она полукровка, плод союза человека и гуля, выросшая среди людей. Лишь недавно её кровь начала пробуждаться, запуская процесс трансформации.
Превращение еще не завершено, и я оказалась в полном замешательстве. Что же ей нужно: Эликсир Жизни или концентрированный яд?
Это была не шутка. Если одно средство поможет, другое станет смертным приговором. Ошибиться нельзя, но я не имела ни малейшего представления о том, что выбрать. Да что там я — сама Шерлиз вряд ли знала ответ; её наследие пробудилось слишком внезапно, и она точно никогда не пробовала лечиться магическими снадобьями.
Между тем, Шерлиз продолжала бредить, шепча слова предсмертного завещания:
— Я... я спрятала Тайный Гримуар Гулей в той пещере, через которую мы вошли. Под грудой костей... Я с самого начала хотела отдать его вам... в знак благодарности.
— Хватит! Замолчи! — оборвала я её. — Не трать силы, я обязательно тебя спасу!
Я решила довериться интуиции. Начну с малого — попробую использовать Ядовитое Облако.
Я крайне осторожно соткала крошечный сгусток ядовитого тумана и буквально вдула его ей в рот, затаив дыхание. Если это не сработает, я мгновенно залью в неё Эликсир Жизни.
***