Глава 20. Три неудачника
Снаружи, одна за другой, с воем сирен проносились пожарные машины, спеша к месту недавнего взрыва. Здесь, во временном палаточном лагере, собрались представители Ассоциации магов, японского правительства и военного ведомства, чтобы обсудить ликвидацию последствий.
Множество репортёров с микрофонами уже толпились за полицейским оцеплением, ведя репортаж:
— Стало известно, что сегодня в нашем городе из-за износа подземных газовых труб вблизи скоростной автомагистрали произошёл мощный взрыв. В настоящее время пожар локализован…
Исаяма Кэнмэй наблюдал, как репортёр уверенно зачитывает заранее подготовленный текст, и уже мог представить реакцию людей, которые, собравшись за ужином у телевизора, увидят эту новость:
«Опять! Куда японское правительство тратит деньги налогоплательщиков? Каждый день одно и то же».
Изначально был установлен «Полог» — барьерная техника, скрывающая определённую область от глаз людей, не обладающих проклятой энергией. Но тот огненный столб, взметнувшийся до небес, попросту разорвал «Полог», явив миру картину настоящего бедствия.
А «виновник» взрыва проклятого духа, Исаяма Кэнмэй, с тихим изумлением смотрел, как на его руке, под закатанным рукавом, страшная рана затягивается с видимой скоростью.
«Надо же, так быстро зажило».
Эту рану Исаяма Кэнмэй получил по несчастливой случайности: когда его отбросило ударной волной, он задел дверцу стоявшего рядом легкового автомобиля. Белая рубашка тоже оказалась изрядно испачкана кровью.
«Так вот что такое Обратная Проклятая Техника?»
Суть проклятой энергии — негативные эмоции, энергия с отрицательным знаком. Чтобы заставить её исцелять раны, необходимо обратить её природу вспять: минус на минус даёт плюс. Только используя «положительную» энергию, можно восстанавливать повреждения, иначе отрицательная проклятая энергия из-за своей разрушительной силы лишь усугубит рану.
Звучит запутанно, что уж говорить о сложности достижения такого эффекта. В Ассоциации магов, кроме этой девушки, способной использовать «Обратную Проклятую Технику», Исаяма Кэнмэй никого больше не встречал. Он видел это впервые.
— Готово, должно быть в порядке.
Услышав эти слова, Исаяма Кэнмэй очнулся от своих мыслей и, улыбнувшись стоявшей перед ним молодой «целительнице», искренне поблагодарил:
— Огромное вам спасибо, доктор.
Девушка, которую Исаяма Кэнмэй назвал доктором и которая владела «Обратной Проклятой Техникой», доступной лишь немногим, неожиданно оказалась студенткой с коротко стриженными каштановыми волосами и родинкой-слёзкой у уголка глаза. Она сосала леденец (обычно это была сигарета), была одета в чёрную форму Токийского столичного магического техникума и сидела рядом с Исаямой Кэнмэем.
— Иначе я бы с такой серьёзной раной не знал, что и делать.
Исаяме Кэнмэю завтра ещё в школу идти. Отпроситься? Он даже не знал, дадут ли ему отгул. Не хотелось бы, чтобы заявление на отпуск превратилось в уведомление об отчислении.
— Да не за что, мне это ничего не стоило, просто пустяк.
Так что эта целительница действительно очень помогла. От благодарности Исаямы Кэнмэя девушка даже немного смутилась.
— Постарайтесь в ближайшее время не слишком напрягать эту руку, не делать резких движений и не поднимать тяжести. Плоть только-только наросла и может быть ещё слабой. И если почувствуете недомогание, можете позвонить мне по этому номеру.
— О, спасибо, — когда Исаяма Кэнмэй взял записку, девушка слегка улыбнулась. — Сёко. Меня зовут Иэйри Сёко.
— Видишь, Гэто? — двое на больничной койке неподалёку смотрели так, словно среди бела дня увидели привидение. Особенно беловолосый — казалось, у него глаза вот-вот вылезут из орбит. Он перевернулся на бок и спросил черноволосого парня с собранными в пучок волосами, лежавшего рядом.
Черноволосый, обычно прищуренный, сейчас широко раскрыл глаза.
— Вижу, Сатору.
— Не может быть… та самая Сёко… и такая нежная?
— Тц, нашли чему удивляться, — сбоку от них сидела девушка в красно-белом одеянии мико. Скрестив руки на груди, она смотрела на них сверху вниз, как на вредных насекомых. — Это всё потому, что он симпатичный, дурачьё. Да вы на себя посмотрите, куда вам до него. Сейчас вы ничем не лучше уличных попрошаек.
— А? Утахимэ, говоря о нас, ты и себя имеешь в виду.
— Точно. Если бы ты сама не выглядела так же, как мы — оборванная, словно нищенка, — давно бы уже подкатила к этому красавчику.
— Что?!
Поняв, что её раскусили, Утахимэ вздрогнула. Лицо её залилось краской, но, к счастью, слой сажи скрывал румянец, иначе эти двое не упустили бы случая как следует над ней посмеяться.
— Годжо, это всё ты виноват, идиот! Зачем телепортировал нас прямо к бомбе? Хотел нас взорвать, что ли?
Эти трое и были теми самыми «неудачниками», которые с помощью неизвестной техники на высокой скорости прибыли по координатам сигнала о помощи. Все они были студентами Токийского столичного магического техникума. Девушка — Иори Утахимэ, выпускница, маг второго ранга. Беловолосый — Годжо Сатору, черноволосый с пучком — Гэто Сугуру, одногруппники, второкурсники, ровесники Исаямы Кэнмэя.
Они были экстренной поддержкой, присланной Магическим Техникумом. В итоге проклятый дух по неизвестной причине превратился в бомбу с ужасающей концентрацией проклятой энергии, и, по странному стечению обстоятельств, они приземлились как раз в тот момент, когда он должен был взорваться. Чуть-чуть — и действительно «приземлились бы в ящик».
Но даже оказавшись почти в эпицентре этого ужасного взрыва, они умудрились выжить, отделавшись лишь лёгкими ранениями. Можно представить, насколько они были сильны. Правда, вид у них был слегка потрёпанный: все трое с головы до ног покрыты сажей, лица чёрные, словно только что из угольной шахты.
Чем больше Утахимэ думала об этом, тем сильнее злилась. Засучив рукава, она уже собиралась наброситься на лежащего на кровати негодяя, которого назвала Годжо.
— Какие у вас энергичные одноклассники, — Исаяма Кэнмэй, услышав донёсшийся оттуда шум, поднял голову и увидел трёх чумазых типов, увлечённо дерущихся друг с другом.
— Ха-ха… они всегда такие, — Иэйри Сёко неловко рассмеялась, голос её звучал немного натянуто. — Эти два подонка… опять доводят семпая Утахимэ.
Иэйри Сёко, даже не глядя, знала, что там происходит. Кулаки за её спиной уже сжались — очевидно, её терпение тоже было на исходе.
— Да заткнитесь вы, трое! Это медпункт! — внезапно яростный голос ворвался в палатку из-за откинутого полога.
И тут Исаяма Кэнмэй с удивлением увидел, как троица, только что яростно дравшаяся, при первом же звуке «затк…» мгновенно прекратила потасовку, словно ничего и не было. Двое парней снова улеглись, а девушка чинно села на стул, только что табличку «я паинька» на лбу не приклеила. Движения были невероятно быстрыми и отточенными — очевидно, не в первый раз.
В медпункте появились двое. Одного Исаяма Кэнмэй хорошо знал — это был господин Акутабэ. Другой показался смутно знакомым, но имени он припомнить не мог. Это был крепко сложенный, серьезного вида черноволосый мужчина средних лет с короткой стрижкой. На вид он был немного моложе господина Акутабэ и одет в чёрное.
— Прости, Акутабэ, за этот цирк, — короткостриженый извинился перед господином Акутабэ.
— Ничего, Яга.
Господин Акутабэ перевёл взгляд на только что шумевшую компанию, особенно на беловолосого Годжо Сатору. Увидев его глаза, сияющие, как звёзды, небесно-голубые, он слегка замер.
«Так вот они, Шесть Глаз?»
Слегка удивившись, господин Акутабэ быстро обрёл прежнее спокойствие и даже позволил себе редкую шутку:
— Яга, а студенты у тебя… весьма своеобразные.
Один сидел в очках с единственным уцелевшим стеклом, другой, прищурившись, притворялся спящим, а третья усердно вытирала сажу с лица, в итоге размазав её и став похожей на котёнка.