Глава 47. Незваный гость на борту «Ужасающего Призрака»
Черный корпус «Ужасающего Призрака» скользил сквозь глубокую ночную тьму. Густой белый туман, словно меховая шуба, окутывал его, волочась за кормой и оставляя чистое пространство лишь перед носом корабля.
Дейви Джонс внезапно открыл глаза среди ночи. Он сел на своей койке и, не зажигая лампы, метнул щупальце в темный угол, откуда тут же прилетела его треуголка, снятая с вешалки.
Одевшись, он распахнул дверь каюты и, залитый лунным светом, что лился с небес подобно снегу, поднял голову к вороньему гнезду на верхушке массивной мачты.
Там все еще горел тусклый желтый огонек, но Альвида, стоявшая на вахте, не заметила никакого движения на палубе.
Дейви Джонс достал трубку и не спеша раскурил табак. В темноте искра вспыхнула ярко, словно светлячок.
— Кто ты? — спросил он, присаживаясь на бочку и глядя в сторону незваного гостя. — Что тебе нужно на моем корабле?
После недолгой паузы из тени вышел мужчина в длинном зеленом плаще. Он встал в полосу лунного света на носу корабля, и стала видна половина его лица, покрытая странными узорами.
— Можешь звать меня Драгон, — небрежно произнес мужчина, осматривая корабль, а затем перевел взгляд на Дейви Джонса. — Я кое-что о тебе слышал, и мне стало любопытно. К тому же я оказался неподалеку, вот и решил заглянуть.
«Драгон?»
Благодаря усилению от Воли Наблюдения чутье Дейви Джонса на опасность обострилось еще сильнее. Он быстро понял, что стоящий перед ним мужчина по силе, вероятно, не уступает «Соколиному Глазу» Михоуку, с которым ему довелось встретиться ранее.
Разрыв в силе между ним и такими, как Драгон или Михоук, был огромен. В лучшем случае он мог рассчитывать лишь на помощь самого моря, чтобы спасти свою жизнь, но и этого было достаточно.
— Тебе любопытно, кто я, а мне — кто ты, — сказал Дейви Джонс, куря трубку и выпуская кольца дыма. — Мы можем заключить сделку: ответим на вопросы друг друга и утолим наше любопытство.
— Прямо как с «Соколиным Глазом»? — уголки губ Драгона изогнулись в улыбке.
Дейви Джонс не удивился — он никогда и не верил, что «Соколиный Глаз» Михоук умеет хранить секреты.
— Именно так.
Драгон с улыбкой помолчал мгновение, затем кивнул.
— Можно. Мирный способ тоже неплох.
— Садись, — Дейви Джонс указал мундштуком трубки на соседнюю бочку.
Драгон послушно уселся.
— Позволь мне первым поделиться информацией. Рядом с Реверс-Маунтин, куда вы скоро прибудете, сейчас собралось множество кораблей Морского Дозора. Они все здесь, чтобы уничтожить тебя, и сплели сеть, которая, теоретически, непроницаема.
— Ясно, — Дейви Джонс счел это вполне ожидаемым. Учитывая, сколько шума он наделал за последний месяц, было бы даже оскорбительно для его титула «Повелитель Морских Глубин», если бы Морской Дозор не обратил на него внимания.
Драгон видел, что спокойствие Дейви Джонса было неподдельным — видимо, у того имелся козырь в рукаве.
— В качестве платы за информацию я хочу знать вот что: ты и вправду тот самый легендарный «Повелитель Морских Глубин» Дейви Джонс?
— И да, и нет, — уклончиво ответил Дейви Джонс. — Я постепенно возвращаю свою силу.
— Вот как? — Драгон нахмурился. — Грядет новая эра, а легенды старой эпохи одна за другой возвращаются в мир? Странно.
— Меня заинтересовали эти твои «легенды старой эпохи». Расскажи-ка поподробнее.
— Хех, вообще-то, любого, кто знает об этом, Мировое Правительство, скорее всего, постарается уничтожить, — усмехнулся Драгон. — Впрочем, не думаю, что тебя такое пугает. — Он сидел ссутулившись, сложив руки и переплетя пальцы.
— Кроме легенды старой эпохи о «Повелителе Морских Глубин», есть и другая — о «Воине-освободителе», жившем несколько сотен лет назад. Его звали Джой Бой. Говорят, что всякий раз, когда старая эпоха рушится и наступает новая, он появляется вновь, чтобы привести мир к свободе.
— Занятная легенда, — кивнул Дейви Джонс, и его щупальца на лице зашевелились.
— Я хочу знать, что ты думаешь о нынешней эпохе, — задал свой вопрос Драгон.
— Ха, — усмехнулся Дейви Джонс. — Боюсь, ты не по адресу. Честно говоря, мне нет дела до того, какая сейчас эпоха. Старая, новая — для меня все едино.
Драгон покачал головой. Казалось, он забыл о правилах их сделки и пустился в разглагольствования.
— Великая эра пиратов, которую своей смертью начал «Король Пиратов» Роджер, привела на Гранд-Лайн невиданное доселе множество разбойников. Они расплодились, как чума, и постепенно сформировали нынешний порядок с «Четырьмя Императорами» и «Семью Великими Корсарами».
— Одни из них грабят, жгут и убивают, не зная пощады. Другие одержимы приключениями, появляются и исчезают, словно призраки. Третьи довольствуются тем, что есть, и правят на своих территориях. Но как ни крути, большинство пиратов принесли миру лишь тяжкие бедствия.
— Они поделили Гранд-Лайн, взимают дань за покровительство, ведут всевозможные подпольные дела, сея в мире хаос и несчастья. Как думаешь, стоит ли винить во всем этом предсмертные слова Роджера? Если бы он не брякнул, что «Великое Сокровище» спрятано где-то на Гранд-Лайн, был бы мир сейчас спокойным, стабильным и безопасным?
Тут же Драгон сам покачал головой, отвергая собственные слова.
— Нет, не был бы. Потому что еще до Великой эры пиратов Мировое Правительство уже наносило миру глубокие раны. Посмотри, как Тэнрюбито собирают «Небесную дань», а тех, кто не может заплатить, просто стирают с лица земли. Разве это не то же самое, что делают пираты?
— Да и так ли много на самом деле в мире пиратов? Часть из них — это просто люди, которые вышли в море за приключениями без разрешения Мирового Правительства и которых заклеймили «пиратами». Но их поступки разительно отличаются от деяний пиратов в привычном понимании.
— Защищает ли Мировое Правительство этот мир? Вовсе нет. Они лишь хотят сохранить свой режим и не желают, чтобы еще больше людей устремлялось в море, неся с собой перемены.
— В этом мире есть три вещи, которые невозможно остановить: «наследуемая воля», «человеческие мечты» и «течение времени».
Драгон выпрямился, и из-под капюшона его зеленого плаща сверкнули серьезные глаза. Он посмотрел прямо на Дейви Джонса, и во взгляде его читалось, что это не шутка.
— Если нельзя сбросить оковы гнета старого мира, то, возможно, лучший выход — это просто перевернуть доску.
Дейви Джонс посмотрел на него.
— Похоже, ты ни на стороне Мирового Правительства, ни на стороне пиратов.
— Я член Революционной армии. Частица волны, меняющей эпоху, — Драгон поднялся с бочки. — Возможно, твое появление — это одно из многих знамений, говорящих о том, что «Пустое столетие» скоро будет явлено миру.
Он взмахнул плащом и подошел к борту.
— Чувствую, мы еще встретимся. Подобно тому как течения четырех морей, хоть и разделены, в конце концов сливаются воедино.
Драгон перемахнул через борт «Ужасающего Призрака», приземлился в небольшую лодку и неторопливо отчалил, вскоре растворившись в тумане.
Дейви Джонс остановился, провожая взглядом этого странного человека. В душе он восхищался его стремлениями: объявить войну всему миру и поднять революцию — это не просто слова на ветер.
Похоже, мир за Гранд-Лайн будет бурлить невероятными событиями. И Дейви Джонс, некогда наводивший ужас на все моря, уже предвкушал это.
Затем он поднял голову к вороньему гнезду на мачте и встретился взглядом с подслушивающей Альвидой.
— Капитан… — Альвида в панике втянула голову. — Я не нарочно подслушивала! Просто я на вахте, вдруг услышала голоса на палубе и решила выглянуть…
— Ничего страшного, — Дейви Джонс покачал головой и повернулся, чтобы идти в свою каюту. — Продолжай нести вахту.
— Есть, капитан.
Он не стал винить Альвиду за то, что она не заметила приближения Драгона к «Ужасающему Призраку». В конце концов, нужно быть разумным: при такой разнице в силе между ней и Драгоном она бы и не смогла его заметить, если бы тот этого не хотел.
Дверь каюты со щелчком закрылась.
Альвида, увидев, что капитан не стал ее ругать, с облегчением выдохнула. Она плотнее закуталась в одеяло и съежилась от предрассветного холода, ожидая утра.
Разговор капитана с Драгоном она расслышала не очень хорошо, но даже тех обрывков информации, что долетели до нее, хватило, чтобы размышлять об этом всю оставшуюся ночь.