Глава 641 - Грандиозное фиаско
— Папа, мы разве не жареную картошку собирались есть? — Маленькая Ин Сянюй вцепилась обеими ручонками в край стола, не отрывая взгляда от того, что вытворял отец. Выражение её личика стремительно менялось: от предвкушения и обожания до полного замешательства и тоскливой растерянности.
Если память ей не изменяла, то, что сейчас лежало на доске, больше напоминало бесформенные булыжники, чем изящную соломку.
— Кхм... Понимаешь, здесь картошка совсем не такая, как дома. Её вкус лучше раскрывается, если резать крупно, — Ин Хэ неловко почесал затылок.
Он был гроссмейстером девятого дана, признанным мастером стратегии. Его правая рука, привыкшая держать камни го, сокрушила бесчисленное множество достойных противников по всему миру. Но сейчас, перед лицом обычного клубня картофеля, он чувствовал себя совершенно беспомощным.
«И как только люди умудряются нарезать её тонкими, ровными полосками?» — в отчаянии думал он. Ведь в голове план выглядел безупречно: сначала аккуратные слайсы, затем — филигранная соломка. Но на практике реальность нанесла сокрушительный удар по его теории. С точки зрения его отточенного аналитического ума, малиншю имел форму эллипсоида, был крайне неустойчив и при нарезке постоянно норовил выскользнуть из-под ножа.
Искусство владения ножом не приходит по щелчку пальцев. Здесь мало быть гением — нужна многолетняя практика, а без неё даже самый светлый ум остаётся лишь жалким дилетантом.
— Папа — обманщик! — Ин Сянюй отодвинулась от стола. Интерес к неуклюжим попыткам отца мгновенно испарился. Когда дома готовила мама, всё выглядело совсем иначе. Папа явно проигрывал маме в этом поединке. Папа был... неумехой.
— Хе-хе, вот когда всё приготовлю, чур, не таскать куски со сковородки! — Ин Хэ прекрасно понимал, что кулинар из него аховый, но отцовское самолюбие не позволяло признать поражение перед дочерью.
«Кто же знал, что готовка — это такая морока...»
Он тяжело вздохнул и, тайком достав телефон, принялся судорожно искать рецепты. В конце концов, съёмочная группа планировала устроить совместный ужин с дегустацией. Будет чертовски неловко, если только его блюдо окажется несъедобным.
Впрочем, спустя полчаса Ин Хэ с облегчением обнаружил, что остальные отцы преуспели не больше его. У одного всё пригорело, у другого осталось сырым, третий пересолил еду до невозможности, а у четвёртого в яичнице хрустела яичная скорлупа...
Все пятеро отцов были людьми дела, фанатами своей карьеры, которые дома привыкли лишь отдыхать после тяжёлых будней. Кухня для них была неизведанной территорией.
Хорошая новость: готовить не умел никто.
Плохая новость: что они будут есть сегодня?
В начале съёмок они самоуверенно договорились: мол, приготовим каждый своё, а потом соберёмся за общим столом и устроим пир. Теперь же это грозило превратиться в состязание на худшее блюдо в истории телевидения.
— Кха... — Первыми не выдержали дети. Они слишком верили в своих суперпап, но первый же кусок заставил их поперхнуться. Попробовав стряпню других «дядюшек», малыши поняли — хрен редьки не слаще.
— Как же невкусно! — Дети не умеют лгать в таких вещах. Забыв о престиже своих знаменитых отцов, они начали в открытую жаловаться.
Пусть они и не привыкли к деликатесам каждый день, но такую бурду им точно пробовать не доводилось. Аппетит пропал мгновенно. Видя в глазах своих чад упрёк и сомнение, звёздные папы почувствовали, как сердце обливается кровью. Есть ли для родителя удар больнее, чем такой разочарованный взгляд собственного ребёнка?
Если бы дело было только в растоптанном самолюбии — полбеды. Но проблема была куда прозаичнее: и взрослые, и дети были чертовски голодны. С тех пор как начались съёмки, они ели лишь раз, когда их угощали гостеприимные деревенские жители. Этот ужин был их первой попыткой самообеспечения, и после целого дня хлопот желудки настойчиво требовали своего.
Сами-то мужики могли бы и потерпеть, но смотреть на голодных детей было выше их сил. Знаменитости переглянулись и с нескрываемой надеждой уставились на съёмочную группу.
Шоу Dad, Where Are We Going? позиционировалось как реалити. Конечно, в таких проектах всегда есть доля постановки, но живые, непредвиденные ситуации — это то, ради чего их смотрят. Изначальный план гласил: папы готовят сами, продукты выданы, готовой еды не будет. Это должен был быть момент триумфа, сближения отцов и детей.
Но реальность внесла коррективы: пятеро взрослых мужчин оказались абсолютно беспомощны у плиты. Процесс встал колом. Намёк отцов был предельно ясен: «Сделайте исключение, покормите детей».
— Ну... — Главные организаторы на площадке замялись. Они перевели вопросительные взгляды на режиссера Сюя. Решать ему.
Всё-таки гости — люди статусные, уважаемые в своих кругах. Негоже заставлять их голодать на глазах у всей страны. К тому же — дети. Если, не дай бог, кто-то свалится в обморок, кто будет отвечать?
Но если пойти на уступку и привезти готовую еду, «магия» кадра исчезнет. Зритель сразу почувствует фальшь, и тогда не только первый выпуск провалится — всё шоу пойдёт ко дну.
Режиссер Сюй Лэй мучился не меньше остальных. Куда ни кинь — всюду клин. Он потер переносицу и уже готов был сдаться. Уважение к гостям и их комфорт важнее рейтингов — этому принципу его научил Пу Тун. А как потом «склеивать» сюжет и оправдываться перед зрителями — пусть у монтажёров голова болит.
— Ого, как у вас тут весело! — В тот момент, когда Сюй Лэй собирался отправить помощника за коробками с едой, раздался знакомый голос.
Из-за поворота узкой тропинки показались Пу Тун и Се Му. Они неспешно приближались, привлекая к себе внимание всех присутствующих.
— Брат Пу Тун! — Малыши мгновенно расцвели. Радость от встречи с любимым кумиром на время заглушила голод и обиду на неумех-отцов.
— Так вы всё-таки приехали... — Сюй Лэй уже слышал от Старины Яна, что ребята прибыли в деревню навестить родственников, но до последнего момента не верил, что такая нелепая случайность возможна.
— Режиссер Сюй, вы никак ужинать собрались? — Пу Тун окинул взглядом длинный стол, за которым сгрудились звёздные семьи. — Не возражаете, если мы присоединимся? Лишняя пара палочек найдётся?
Да, они пришли нагло напрашиваться на обед. Проторчав в деревне полдня и не выпив ничего, кроме воды в доме бабушки Синь, парни были готовы съесть слона. Ну, по старой дружбе-то их покормят?
— Ладно уж. Сейчас закажу готовый обед и на вашу долю, — вздохнул Сюй Лэй. Гулять так гулять.
— Зачем коробки с едой? Это же не полезно. Вон сколько всего на столе стоит... — Пу Тун не успел договорить, как почувствовал, что атмосфера вокруг стала, мягко говоря, странной.
«Что за дела? Всего-то попросил поесть. На столе гора еды, явно всё не съедят, даже если нас двое прибавится. Чего все замолчали?»
— Э-э... тут история долгая, — Сюй Лэй дважды кашлянул и вкратце обрисовал ситуацию.
Вкратце: кулинарные таланты гостей оказались ниже плинтуса. То, что они сотворили, есть нельзя, а съёмочная группа застряла между молотом и наковальней, не зная, помогать им или блюсти чистоту формата. Ситуация зашла в тупик: не нашлось ни одного человека среди участников, способного приготовить хотя бы сносный обед.
Пу Тун нахмурился. Да уж, настоящее грандиозное фиаско.
— Рейтинги — это дело десятое. Но если вы сейчас просто принесёте им еду из ресторана, в чём тогда смысл этого выпуска? — спросил он.
Ведь суть шоу была в искреннем взаимодействии. В том, как дети и их порой неуклюжие папы справляются с трудностями вместе. И этот первый ужин, пусть даже блюда были бы простыми или не очень вкусными, должен был стать результатом их общего труда. Без изысков, зато с историей, которую они будут вспоминать с улыбкой.
Программа была его идеей, и Пу Тун не хотел, чтобы её истинное ядро развалилось из-за первой же бытовой проблемы.
Сотрудники съёмочной группы замерли, поражённые его словами. Многие думали, что имя Пу Туна в титрах — лишь дань вежливости или маркетинговый ход, но сейчас стало ясно: этот юноша понимает суть проекта глубже, чем кто-либо из них.
— Твоя правда... я не о том думал, — вздохнул Сюй Лэй. Он действительно упустил из виду символизм этого момента. Дети собирали продукты, отцы разжигали огонь. Перечеркнуть всё это только потому, что вышло невкусно? Это было бы неправильно.
— На самом деле, решение на поверхности, — Пу Тун сделал паузу. — Нужно просто найти того, кто умеет готовить, чтобы он направил их и помог довести дело до конца.
Участники были голодны, но не истощены. Если папа пасует перед первой же трудностью, какой пример он подаёт ребёнку?
— Направить их? — Люди переглянулись. Многие из персонала умели готовить, но им нельзя появляться в кадре — это разрушит иллюзию реальности.
— Могу сходить за кем-нибудь из местных, — предложил один из ассистентов. — Жители в кадре — это аутентично.
— Не стоит усложнять, — Пу Тун начал неспешно закатывать рукава. — Вообще-то, я тоже кое-что смыслю в кулинарии.
Честно говоря, он просто проголодался так, что ждать больше не мог.