Глава 318 - Просьба о стихах
Всего одна короткая фраза, небрежно начертанная Пу Туном на полях учебника по словесности, вновь заставила публику содрогнуться от осознания его истинного таланта.
В наши дни обитатели Сети далеко не глупы. Базовое понимание прекрасного и способность отличить зерна от плевел у них еще остались. Что и говорить — три поэтические строчки, промелькнувшие в кадре, заставили многих по-новому взглянуть на мир.
— Ну дает! Пока я в старшей школе ломал голову над тем, «что же хотел сказать автор», этот парень сам стал поэтом, на которого будут ссылаться, — гласил один из топовых комментариев.
— Честно говоря, я чувствую, что недостоин звания его фаната… — вторил другой.
— «Одежды становятся просторнее, но я ни о чем не жалею; ради неё я готов чахнуть от тоски и изнеможения». Звучит как невероятно глубокая любовная лирика, верно?
— О, в делах сердечных и стихах о любви он настоящий мастер. Это, как говорится, его профиль!
— Ничего не понимаю… Есть тут кто из интеллектуалов? Объясните смысл простому смертному.
Прошло всего несколько минут после выхода выпуска в эфир, а крупнейшие новостные платформы уже захлестнул девятый вал комментариев. Будь Пу Тун просто заурядной знаменитостью, ажиотаж быстро бы утих, но здесь всё было иначе. Тема, поднятая им, вышла за рамки обычного шоу и переросла в серьезную академическую дискуссию.
В любую эпоху интеллектуалы и любители словесности составляли внушительную прослойку общества. И они не могли пройти мимо столь яркого литературного события. Хэштег [Три ступени познания] мгновенно взлетел на вершины трендов и закрепился там, словно неприступная крепость.
Пока обыватели просто восхищались, ценители прекрасного не могли усидеть на месте и наперебой предлагали свои трактовки теории трех ступеней. Толкования множились, порой становясь совершенно невероятными, и к единому мнению прийти никак не удавалось. Однако сами стихи — три жемчужины, вкрапленные в текст — говорили сами за себя. Их мощь и красота были очевидны любому зрячему, поэтому за дело взялись настоящие эксперты.
Известная писательница Су Хань опубликовала свой анализ:
— Пользователи Сети правы. Строка «Одежды становятся просторнее, но я ни о чем не жалею; ради неё я готов чахнуть от тоски и изнеможения» — это шедевр, описывающий муки разлуки и силу преданности. Несмотря на то что тоска истощает тело, заставляя человека худеть и бледнеть, его дух остается непоколебим. Слово «ни о чем» рисует перед нами образ поэта, верного своим чувствам до гробовой доски. Должна признать, мастерство Пу Туна в любовной лирике запредельно высоко.
Когда Идзуми Юкино скинула скриншот этого поста в их общий чат на восьмерых, сам Пу Тун впал в ступор. Титул «Принца любовной лирики», который он с таким трудом пытался с себя стряхнуть, теперь, казалось, приварили к нему намертво.
Имя Су Хань было ему знакомо — именно она написала оригинал новеллы «Путь лазурной яшмы», в экранизации которой снималась Му Нань. Но ее анализ был лишь верхушкой айсберга. Настоящие мастодонты литературы умудрились по обрывочным фразам определить даже названия поэтических форм — цы-пай.
Профессор Цзян Сысе высказался в своем блоге:
— «Вчерашний западный ветер оборвал листву с лазурных деревьев; один вхожу в высокую башню, вглядываясь в даль, где заканчивается небесный путь». Судя по ритмике, это цы на мелодию «Бабочки, влюбленные в цветы»... Третья же фраза: «Искал я её в толпе сотни раз, и вдруг, обернувшись, увидел — она там, где огни затухают». Похоже на «Нефритовую подставку». Даже по одной строчке виден колоссальный литературный фундамент. Владение словом и выбор образов — безупречны. Надеюсь, ученик Пу Тун соизволит опубликовать полные тексты этих трех произведений. Я бы очень хотел изучить их подробнее.
Никто не ожидал, что стихи Пу Туна привлекут внимание такого человека. Цзян Сысе был сотрудником Института литературы Академии общественных наук — ведущего исследовательского центра страны. Одно дело, когда в Интернете рассуждают дилетанты, и совсем другое — когда серьезный ученый заявляет о намерении заняться «изучением». Если так пойдет и дальше, не ровен час, эти строки окажутся в школьных учебниках…
— Ну так что, выложишь оригиналы? — раздался в наушниках смешливый голос Юй Ваньвань. — Сам Институт литературы просит! Если промолчишь, это будет выглядеть крайне невежливо.
Будь Пу Тун признанным мэтром, он мог бы позволить себе толику высокомерия. Но он был всего лишь старшеклассником, и игнорировать призыв столь уважаемого представителя старшего поколения было бы дурным тоном.
— Эх… Раз уж просят так настойчиво, придется выложить.
Пу Тун уже смирился с неизбежным. В конце концов, пока он верен себе, прилежно учится и не пытается нажиться на хайпе, обычный обмен творческим опытом не принесет вреда. К тому же, это была прекрасная возможность явить миру великое наследие культуры из его прошлой жизни. Глупо было бы робеть.
— Мой учитель тоже спрашивал меня о полных текстах! — Гань Хэнсюй кашлянул, явно чувствуя неловкость. — У него много друзей в литературных кругах, видимо, попросили разузнать через меня…
Теории господина Ван Говэя о ступенях познания произвели бы фурор и в его прошлом мире, а здесь, где не было даже этих трех знаменитых строк, они и вовсе произвели эффект разорвавшейся бомбы. Слишком многих зацепили эти мысли, особенно людей образованных, умудренных опытом. Но вот беда: литераторы — люди гордые. Чем старше, тем сильнее их спесь. Даже если в глубине души они признавали: «Этот малец — гений!», вслух сказать такое было непросто. Им было до безумия любопытно прочесть оригиналы, но достоинство не позволяло просить лично. Вот и пошли в ход обходные пути. «У меня тут один знакомый хотел бы взглянуть на твои стихи…»
— Ладно-ладно, — Пу Тун потер переносицу. К счастью, он помнил эти произведения наизусть, иначе конфуз вышел бы знатный.
— Скорее выкладывай! Мы тут же сделаем репост, заодно и хайпанем на твоей славе! — Тан Лочэн захлопала в ладоши, выглядя более воодушевленной, чем сам автор.
— Опять ты про хайп… Просто невыносимо, — проворчал Се Му. У него с Тан Лочэн уже были конфликты из-за борьбы за внимание аудитории, так что подобные выходки его раздражали.
— Такую удачу упускать — грех! — хихикнула девушка. — Скоро мы все будем в одной лодке, так что когда, если не сейчас?
Тем временем шоу продолжалось. На экране начался урок физики у Се Му. Хотя выступления всех семи звездных учеников еще не подошли к концу, было ясно, кто станет триумфатором выпуска. Зрители видели всё своими глазами: даже не считая «мощного залпа» в виде записей Пу Туна в учебнике, сама Юй Ваньвань держалась в классе почти безупречно. И пускай учебник был не ее, именно благодаря ей эта мудрость открылась миру. Творец велик, но и тот, кто открыл миру сокровище, заслуживает уважения.
Интриги больше не было. По всем законам логики и справедливости победителем девятого выпуска должна была стать Юй Ваньвань. Если бы результат оказался иным, проект бы просто обвинили в наглом подлоге. Можно сказать, Сюй Лэю повезло, что его план с тайными манипуляциями провалился. Если бы он все-таки решился на обман, их бы смешали с грязью.
Успехи других учеников мало кого волновали. Теперь Сеть гудела лишь об одном: какое же заветное желание загадала Юй Ваньвань? Пу Туна тоже снедало любопытство — этот секрет хранили от него целую неделю. Он зашел в свой заброшенный аккаунт в Weibo, намереваясь без лишнего шума опубликовать три стихотворения.
«Боже, сколько уведомлений…» — Пу Тун едва сдержал стон. Оповещения были отключены, но число пропущенных сообщений, лайков и отметок просто зашкаливало. Стоило ему на мгновение заглянуть в личный кабинет, как его буквально захлестнуло океаном красных значков.
— Вот она, доля топовой звезды! — На его ворчание друзья лишь завистливо вздохнули. Они годами стремились к таким высотам, а этот парень еще и недоволен!
«Черт… помню, как звучит, но не помню, как пишется», — пробормотал он себе под нос. В старинных стихах полно сложных иероглифов. Знать наизусть — не значит уметь воспроизвести на бумаге без ошибок.
Замерев перед пустым полем ввода, он все же решился. В конце концов, он «автор» — если напишет не так, скажет, что это авторский вариант или устаревшее написание!
Вскоре пост был опубликован. Из-за внезапности многие даже не сразу заметили обновление.
— Готово. Можем смотреть дальше.
— Уже выложил? — Друзья тут же ринулись в Weibo. Последняя запись в этом профиле была сделана больше месяца назад и касалась игрового аккаунта.
А теперь там красовались три названия:
1. «Бабочки, влюбленные в цветы: Осенние хризантемы в печальной дымке»
2. «Бабочки, влюбленные в цветы: Опираюсь на перила высокой башни»
3. «Нефритовая подставка: Праздник фонарей»
Три поэмы-цы, одна за другой. Стоит отметить, что уровень грамотности Пу Туна подтянулся, так что обошлось без «авторских опечаток».