Глава 179 - Запоздалый репортаж
— Ну, тогда мы не будем больше мешать. Тётушка, до свидания!
Юй Ваньвань отключилась от конференции, и их сеанс совместной связи официально завершился.
Пу Тун издал долгий, протяжный вздох облегчения и буквально растекся по креслу.
— Боже, как я устал... — пробормотал он, глядя в потолок.
Наблюдать за происходящим вместе с этой компанией было настоящей пыткой для нервов. Трое постоянно подливали масла в огонь, одна была готова в любой момент «самовзорваться» от смущения, и только он, Пу Тун, как безумный, пытался задуть этот фитиль, пока всё не взлетело на воздух.
— Знаешь, сынок, за сегодняшний вечер я взглянула на этих трёх девчушек совершенно иначе! — Ни Хуэй, воспользовавшись тем, что сын пребывает в состоянии амёбы, быстро и ловко взъерошила его волосы.
— Думай о них что хочешь, — Пу Тун вяло отмахнулся от материнской руки. Ему было лень даже спорить.
— Это просто моё личное мнение... к тебе оно отношения не имеет, — усмехнулась она.
Ни Хуэй встала, сладко потянулась и легонько подтолкнула ногой стул сына.
— Вообще-то, раньше я немного переживала. Боялась, что они плохо на тебя повлияют... Но теперь вижу, что недооценила их. И тебя тоже. Они не такие, как прочие звезды. Они — словно глоток свежего воздуха в этом мутном омуте шоу-бизнеса. И они не меняют тебя. Напротив, это ты влияешь на них...
Пу Тун встретился взглядом с матерью и неловко улыбнулся. На самом деле, он смог подружиться с ними именно потому, что они были «другими». Если бы они вели себя как те заносчивые кумиры, которых он знал в своей прошлой жизни, он бы и на пушечный выстрел к ним не подошел.
— Ладно, я пойду. Поучись немного и ложись спать, — Ни Хуэй зевнула, прикрыв рот ладонью. — Мне нужно работать, репортаж больше не может ждать!
— А когда он выйдет? — спросил Пу Тун. С момента интервью прошла уже неделя, время поджимало.
Хотя сам герой истории, Ду Гохан, делал вид, что ему всё равно, затягивать с правдой было нельзя. Они ведь затеяли всё это, чтобы очистить его имя от грязи, а в таких делах промедление смерти подобно.
— Сейчас всё на стадии финальной проверки. Если поторопимся, завтра к полудню всё будет готово.
— Его покажут по телевидению?
Телевизионный эфир — это мощь. Профессиональное новостное шоу могло бы привлечь куда больше внимания, да и статус у такой информации был бы выше. Но была одна проблема: события, о которых они хотели рассказать, произошли слишком давно. А новости живут мгновением. Захотят ли крупные СМИ связываться со «старьём» — большой вопрос.
— Нет, — вздохнула Ни Хуэй, и тень досады промелькнула на её лице. — Прошло три месяца. Это уже не формат для ТВ. Но через интернет-платформы мы его выпустим...
Собственно, интернет оставался их единственным шансом достучаться до людей.
— Вот как?
Пу Тун нахмурился. Телевидение живет горячими темами, и история трехмесячной давности для них — пустой звук. Его мать — просто журналист. Она может идеально провести интервью, блестяще написать текст, но она не решает, пустят ли её работу в эфир большие боссы.
Заметив, как помрачнел сын, Ни Хуэй попыталась разрядить обстановку и шутливо подмигнула:
— Да брось! Твоя мать — личность известная. Даже если я выложу это просто в сеть, за моим аккаунтом следят тысячи людей!
Пу Тун промолчал, лишь посмотрел на неё с тихой грустью. Ни Хуэй всегда делала то, на что у других не хватало смелости — давала голос тем, кого игнорировали мейнстримные медиа. Но сейчас... будет ли этого достаточно? Что, если их огромный труд просто канет в бездну забвения, не вызвав ни единого всплеска? Что, если оклеветанный человек так и останется изгоем? Это было бы слишком жестоко.
Именно об этом Пу Тун думал с самого начала. Именно поэтому он выбрал «Путь к заурядности». Песня обладает куда большей пробивной силой, чем сухой текст статьи. Он спел её, чтобы не дать усилиям матери пропасть даром. Это была единственная помощь, которую он мог ей предложить.
— Завтра в полдень обязательно зайди на мою страницу! — Ни Хуэй похлопала сына по плечу и стремительно вышла из комнаты. Ей предстояла долгая ночь за монтажным столом.
Пу Тун выключил компьютер и открыл учебники. Мысли путались. Скандал вокруг шоу Сюй Лэя его почти не волновал — так, повод позлорадствовать втихомолку, глядя, как самоуверенный режиссер садится в лужу. Но вот за судьбу репортажа он переживал по-настоящему.
Занимался он долго, и когда уже пошел умываться перед сном, заметил, что в комнате матери всё еще горит свет.
— Мам, ложись уже!
— Ой, напугал! — голос Ни Хуэй звучал глухо от усталости. — Еще разок всё проверю и закончу.
Мешать ей он не смел. Вернувшись в комнату, он включил аудиоурок английского и незаметно провалился в сон.
Воскресенье — единственный выходной после изнурительной отработки праздников. Пу Тун проснулся рано и, верный привычке, отправился на утреннюю пробежку. Когда он покупал завтрак, телефон завибрировал. Сообщение от Юй Ваньвань. Обычно в выходные она спала до обеда, так что ранний весточки он не ожидал.
Пу Тун: [«Сегодня что, солнце взошло на западе? Чего так рано вскочила?»]
Юй Ваньвань: [«Вообще-то... я практически не спала.»]
Пу Тун: [«?»]
Неужели бессонница в таком юном возрасте? Тревожный звоночек.
Ваньвань, сидя в своей комнате, отчаянно боролась со сном. Ей было и мучительно, и радостно одновременно. Ей было ужасно стыдно признаться, но после вчерашнего созвона она места себе не находила. Это ведь был её первый контакт с матерью Пу Туна! Всю ночь она прокручивала в голове каждое своё слово, каждый жест, терзаясь мыслями: не показалась ли она глупой? Не сказала ли лишнего?
Юй Ваньвань: [«Слушай... а что тётушка сказала после того, как мы отключились?»]
Пу Тун: [«Да ничего особенного. Сказала, что вы классные девчонки, и что мне сказочно повезло завести таких друзей.»]
Юй Ваньвань: [«А была какая-нибудь... ну, личная оценка? Что именно она сказала обо мне?»]
Пу Тун замер над экраном. И что ему ответить? Сказать правду — что мать уже видит в ней будущую невестку? Это же будет выглядеть как неприкрытый флирт!
Пу Тун: [«Сказала, что ты очень начитанная, воспитанная и ведешь себя с достоинством. Очень милая, в общем.»]
Мать такого, конечно, не говорила, но Пу Тун решил, что небольшая ложь во спасение не повредит.
Юй Ваньвань, прочитав сообщение, расплылась в счастливой улыбке. Тревога отступила, и накопленная за ночь усталость навалилась свинцовым грузом. Смартфон выпал из рук на одеяло, и девушка мгновенно провалилась в сон.
Пу Тун: [«Кстати... сегодня в полдень выйдет одна моя новая песня.»]
До этого он прикрывался легендой про «Дораэмона», и девочки не знали о существовании «Пути к заурядности». Но теперь, когда репортаж был готов к выходу, он решил открыться. Почему-то первой, с кем ему захотелось поделиться этой новостью, была именно Юй Ваньвань.
Он ждал ответа десять минут, двадцать... Тишина.
«Похоже, момент упущен», — вздохнул он. Ладно, всё равно скоро все узнают.
Он поставил завтрак для матери на стол и ушел в свою комнату. Впереди был целый день учебы.
Около двенадцати часов дня дверь в его комнату распахнулась. На пороге стояла Ни Хуэй.
— Выложила! Скорее иди посмотри, как видеоряд лег под твою музыку!
Пу Тун отложил книгу. Он впервые видел на лице матери такую смесь волнения и тревоги. Она прошла через сотни репортажей, но этот был особенным. Потому что в него вложил душу её сын.
Смогут ли они вдвоем сотворить маленькое чудо?
— Всё будет хорошо.
Пу Тун чувствовал странную уверенность. То ли он верил в силу своей песни, то ли в профессионазм матери. Он открыл приложение на телефоне и нажал на видео — тот самый запоздалый репортаж, который они ждали три долгих месяца.