Глава 1145 - Ну и дурочка (Часть 1)
— Подскажите, пожалуйста, какие именно роли вы двое исполняете в рамках нынешнего мероприятия по культурному обмену? — Переводчик, сопровождавший их делегацию, бегло перевел вопрос японской журналистки для Пу Туна и Юй Ваньвань.
Поскольку перед ними стоял представитель официальных государственных СМИ, откровенно глупых или бессодержательных вопросов ждать не приходилось. Журналистка держала микрофон с профессиональной цепкостью, а её взгляд выражал вежливое, но острое любопытство.
— Э-э… — Пу Тун задумчиво протянул гласную и бросил осторожный взгляд на стоявшего неподалеку Тан Цзэлуна.
Юноша совершенно не представлял, имеет ли он право разглашать информацию о том, что именно ему предстоит выступать с главной речью. Если до официального открытия фестиваля эти сведения носили гриф секретности, он ни при каких обстоятельствах не рискнул бы сболтнуть лишнего и подставить всю делегацию.
Тан Цзэлун лишь едва заметно кивнул, всем своим видом подавая сигнал: «Отвечай смело, скрывать нечего».
В конце концов, Всемирная выставка культурного обмена — это не тайная военная операция и не шпионские игры. Здесь не было места излишней паранойе. Списки всех выступающих от каждой страны-участницы в обязательном порядке подавались и утверждались заранее, так что никакой великой тайны в этом не крылось.
Однако руководитель Тан вовсе не счел осторожность Пу Туна излишней или нелепой. Напротив, в этом мимолетном вопросительном взгляде он разглядел похвальную рассудительность и зрелость, совершенно не свойственную столь юному возрасту. Чем масштабнее и ответственнее мероприятие, тем важнее уметь держать язык за зубами и сохранять хладнокровие. Подобное поведение парня пришлось ему по душе. Если бы юнцы вроде него без спроса начинали молоть языком перед иностранной прессой, пуская пыль в глаза, вот тогда бы Тан Цзэлун всерьез усомнился в их компетентности.
«Что ж, кажется, руководство не прогадало, выбрав этого мальчишку, — с удовлетворением подумал Тан Цзэлун. — На него действительно можно положиться!»
Получив молчаливое, но недвусмысленное одобрение начальства, Пу Тун повернулся к журналистке и в нескольких лаконичных фразах обрисовал свою миссию: он — официальный оратор, представляющий Китай на грядущем культурном фестивале. Что же касалось стоявшей рядом Юй Ваньвань, то парень, ни на секунду не запнувшись, представил её как свою личную помощницу.
И, строго говоря, это даже не было наглой ложью. Хотя девушка и приехала сюда в первую очередь благодаря связям своей влиятельной матери, она отнюдь не собиралась бить баклуши и слоняться без дела. Чтобы её присутствие в составе официальной делегации не вызывало лишних вопросов и соответствовало всем бюрократическим нормам, её действительно оформили как ассистента Пу Туна.
Японская журналистка с легкой, едва уловимой усмешкой, в которой сквозила то ли ирония, то ли понимание, окинула их обоих цепким взглядом, а затем выдала очередную тираду на японском.
Для Пу Туна эти звуки слились в неразборчивый мелодичный щебет. «Ни слова не понимаю, хоть убей…»
— До нас доходили слухи, что вы двое состоите в романтических отношениях. Полагаю, благодаря этому ваша совместная работа отличается невероятной слаженностью! — перевел слова журналистки переводчик, старательно сохраняя нейтральный тон. — Искренне надеемся увидеть ваше блестящее совместное выступление на сцене фестиваля.
Услышав это, Пу Тун и Юй Ваньвань невольно опешили. На их лицах отразилось искреннее замешательство. Разве о таких вещах принято спрашивать так в лоб?
Да, у них на родине об их отношениях не знал разве что ленивый или живущий в пещере отшельник. Но даже там, на публичных мероприятиях, репортеры предпочитали деликатно обходить эту тему стороной. Во-первых, в этом не было никакой острой необходимости, а во-вторых — это считалось дурным тоном. Как ни крути, какими бы невероятно талантливыми и выдающимися они ни были, по закону оба все еще считались несовершеннолетними. Открытое и бурное обсуждение их школьного романа в СМИ могло бросить тень на их репутацию и шло вразрез с устоявшимися консервативными нормами китайского общества.
Положа руку на сердце, общество закрывало глаза на их отношения исключительно потому, что эти двое были поистине исключительными гениями, затмевающими всех своих сверстников. Люди просто молчаливо согласились сделать для них исключение из правил.
И вот теперь, стоило им приехать в Японию, как местная пресса без малейшего стеснения, с обезоруживающей прямотой ткнула пальцем в их статус. К такой бесцеремонности ни Пу Тун, ни Юй Ваньвань были категорически не готовы.
Впрочем, если пораскинуть мозгами, для Японии в этом не было ровным счетом ничего скандального. В этой стране культура подростковой романтики цвела пышным цветом. Неспроста же львиная доля их аниме и манги посвящена именно любовным переживаниям в стенах старшей, а то и средней школы. Более того, здесь обычные свидания старшеклассников воспринимались как нечто абсолютно обыденное, не стоящее и выеденного яйца. А некоторые подростки заходили и куда дальше простых невинных прогулок за ручку.
Пока в Китае учителя и родители вели непримиримую войну с любыми проявлениями школьной любви, японские школьники уже вовсю устраивали шумные вечеринки.
Разумеется, сравнивать эти два мира было бессмысленно. Абсолютно разный менталитет, разная социальная атмосфера — всё это упиралось в фундаментальные различия в культуре и государственной политике. В Китае с его колоссальным населением конкуренция за место под солнцем была воистину зверской. Никто не требовал от молодежи немедленно обзаводиться потомством. Напротив, чтобы выбиться в люди и обеспечить себе достойное будущее, подростки были обязаны бросить все свои силы на алтарь учебы и карьерного роста. Поэтому и браки там заключались в куда более зрелом возрасте.
Япония же неумолимо старела. Демографический кризис диктовал свои суровые правила, поэтому государство активно поощряло браки и деторождение, снизив планку нормального возраста для создания семьи лет на пять по сравнению с Китаем. К тому же, здесь можно было без особого труда найти сносную работу даже без диплома о высшем образовании — вопрос заключался лишь в уровне амбиций и желаемом качестве жизни. Из-за этого многие молодые люди начинали встречаться еще в средней школе, а едва получив аттестат, тут же бежали под венец.
Так что Пу Туну и Юй Ваньвань не оставалось ничего иного, кроме как выдавить из себя вежливые, но слегка деревянные улыбки, чтобы поскорее свернуть это неловкое интервью.