Глава 71 - Девять святых жребиев
— Нет, ну о чём этот Чжоу Юн вообще думал? — громко возмущался Чуаньмэй на заднем сиденье. — Он реально решил, что мы тут все первокурсники, готовые заглядывать в рот студсовету? Притащил свои показушные порядки… У него что, мозг совсем отсох?
Дневная обида всё ещё кипела в нём. К счастью, в ресторане они с Лин Мо быстро поставили выскочку на место, не дав тому раздуть эго. Но теперь, когда вокруг не было чужих, удерживать эмоции в себе не имело смысла.
Сидевшая на пассажирском кресле староста Ван Цзин подхватила беседу:
— Кто его знает. Ухаживать за девушкой — дело житейское, но устраивать такие подлянки — мерзость. Сразу видно, что за фрукт!
В студенческих советах подобная дедовщина встречалась сплошь и рядом: то парни сбрасываются, а девчонок угощают бесплатно, то весь первый курс платит за гулянья второго и третьего. Каждому первокурснику на старте втирал про «традицию собирать на общий стол». А когда ты сам переходишь на второй курс, наступает твоя очередь пировать за счёт новобранцев.
Чжоу Юн только-только дорвался до кресла председателя студсовета. Первокурсники едва переступили порог университета, парень от гордости терял землю под ногами и на автомате попытался выехать на привычных схемах. Вот только он забыл главное: в их компании первокурсников не водилось, и плясать под его дудку никто не собирался.
— Погодите, а с чего вы вообще взяли, что Чжоу Юн подкатывает к Чжао Тинтин? — вдруг подал голос Ван Чу. — Он же ей даже в любви не признавался.
В салоне машины установилась гробовая тишина.
Чуаньмэй: →_→
Ван Цзин: →_→
Лин Мо: →_→
— Ты куда смотришь?! На дорогу смотри! — Ван Цзин отвесила Лин Мо легкий подзатыльник, разряжая напряжение.
Ван Чу хлопал глазами:
— Да что вы на меня так уставились-то?
— А ты как думал? — фыркнула Ван Цзин, закатив глаза. — Я не только разглядела, что Чжоу Юн сохнет по Чжао Тинтин, я ещё и знаю, что ты от неё тащишься!
Ван Чу вздрогнул и испуганно уставился на Чуаньмэй и Лин Мо. Об его секрете знали только соседи по комнате, сам он никому больше не обмолвился и словом!
— Чего глаза вытаращил? На них не смотри, тут и без подсказок всё шито белыми нитками, — пренебрежительно высказалась староста. — Я, слава богу, не слепая. В комнате стояли всего два букета: один от Чжоу Юна, второй от тебя. Красные розы и белые розы… Ну и парочка, два сапога пара!
Разве это не было очевидно?
— Вот именно! — подлил масла в огонь Чуаньмэй. — Какой нормальный «просто друг» дарит на день рождения губную помаду и белые розы?
Поняв, что его тайну сегодня разгадали абсолютно все, Ван Чу окончательно смутился и попытался оправдаться:
— Так в интернете же пишут! Мол, если подаришь подруге помаду — точно не прогадаешь. А цветы мне вообще флорист в магазине посоветовал!
Ван Цзин лукаво улыбнулась:
— А ты хоть знаешь, что означают белые розы на языке цветов?
— Чистая и единственная любовь?..
— Ой-ой, ты смотри, какой «чистый» нашлся! — усмехнулась Ван Цзин.
Тут в разговор вмешался Лин Мо:
— Разве белые розы означают не «получить по шее»? Я в интернете видео видел: там флористы эти бутоны отбивают ладонями, чтобы они распустились. Сто круток в гаче за один букет, получается.
Троица лишилась дара речи.
Они тоже видели этот ролик. Как теперь вообще смотреть на белые розы без нервного смешка?
— Хватит чушь нести, — Ван Цзин бросила на Лин Мо строгий взгляд, а затем перевела взор на заднее сиденье. — Обычные друзья противоположного пола не дарят розы. Посмотри, что подарили мы — так, милые безделушки для символики. Но после того спектакля, что вы устроили, у Чжоу Юна точно нет шансов.
Парни дружно кивнули. Впрочем, судьба Чжоу Юна их волновала меньше всего. Лин Мо снова подал голос:
— Ван Чу, а ты сам что думаешь по поводу сегодняшнего дня?
— В смысле? — не понял тот.
Лин Мо вздохнул:
— Ну, что скажешь про то, как вела себя Чжао Тинтин?
— Да вроде… нормально, — помедлив, ответил Ван Чу. — Только странно как-то всё. А в чём именно странность — не пойму.
Ван Цзин, как женщина, разглядела суть моментально:
— От неё слегка отдаёт зелёным чаем! С её-то умом она прекрасно поняла, на что намекают ваши подарки, но даже не попыталась прояснить ситуацию. А когда Чжоу Юн впервые заикнулся о том, чтобы парни скинулись за девчонок, она лишь смущённо заколебалась. Странно, раньше я за ней такого не замечала…
Лин Мо улыбнулся:
— Староста права. Чжао Тинтин далеко не глупа и твой намёк раскусила. Если она никак не отреагировала — значит, ты её не интересуешь. Не веришь — вернёмся в общежитие, напиши ей напрямую и спроси.
— Я… я ещё подумаю, — пробормотал Ван Чу, пойдя на попятный.
Видя, что приятель сдулся, донимать его не стали. Вскоре машина подкатила к воротам университета. Найдя свободное место на парковке, четвёрка неторопливо направилась к жилым корпусам.
— Лин Мо, проводишь меня? А то там как-то темновато, — неожиданно попросила Ван Цзин на развилке между мужским и женским общежитиями, подмигнув ему.
Поняв сигнал, Лин Мо кивнул Ван Чу и Чуаньмэй, отпуская их вперёд. Он догадывался: староста хочет сказать нечто важное наедине. Всё-таки они учились здесь не первый год, и дорогу к своему корпусу она знала наизусть.
— Ну ладно, мы тогда пошли! — Ван Чу и Чуаньмэй махнули руками и скрылись в темноте.
— Ну колись, что за тайны? — ухмыльнулся Лин Мо, шагая рядом с Ван Цзин.
— Похоже, Чжао Тинтин к тебе неровно дышит, — без экивоков начала староста, едва они остались одни. — С самого дня возвращения в универ она то и дело расспрашивала меня о тебе. Учитывая ситуацию с Ван Бо… что ты сам об этом думаешь?
— Ничего, — отрезанно ответил Лин Мо. — Она абсолютно не в моём вкусе.
Ван Цзин облегчённо кивнула:
— Ну и отлично. Ты даже не представляешь, как мне было неловко при Ван Бо. Такая санта-барбара! Короче говоря, у неё все прошлые парни были весьма обеспеченными. Наверное, из-за твоих изменений она и положила на тебя глаз. В общем, решай сам.
Лин Мо согласился:
— Моя позиция проста: всё зависит от Ван Чу. Захочет ухаживать — пусть пытается. Не выйдет — пусть забивает. А если даст себя водить за нос — это будет его личный выбор.
— И то верно. Хотя, надо признать, в таких делах вы, парни, куда проще нас, девочек. По крайней мере, честнее. Ладно, я пошла, возвращайся к себе, — улыбнулась Ван Цзин и, помахав рукой, побежала к крыльцу женского корпуса.
Лин Мо постоял на месте. Староста у них была девчонкой бойкой, с парнями держалась свойски, оттого и решила предупредить. Другая бы на её месте и пальцем не повельнула. Её слова, хоть и звучали вскользь, несли в себе прозрачный намек на мотивы Чжао Тинтин, при этом Ван Цзин не пыталась навязать своё мнение.
Когда Лин Мо подходил к своему корпусу, на телефон пришло сообщение от старосты. Она писала, что Чжао Тинтин уже вернулась. Оказалось, едва остальная компания ушла, Чжоу Юн вместе со своим приятелем тут же прыгнули в такси и испарились, панически боясь продолжения банкета и новых трат.
Лин Мо хмыкнул. Чуаньмэй оказался прав на все сто.
— О чём с тобой староста шепталась? — едва Лин Мо переступил порог комнаты, спросил Чуаньмэй.
— Да так, перетёрли насчёт богини нашего Ван Чу. Стоит ли ему вообще за ней бегать… Стоп, а этот-то что вытворяет? — Лин Мо застыл на пороге.
Ван Чу с невероятно благоговейным видом стоял на коленях перед монитором компьютера, молитвенно сложив ладони. На экране красовалась фотография известной актрисы по фамилии Лю.
— Мацзу молится, — пояснил Чуаньмэй. — Гадает, отступиться ему или нет.
— И что выпадает?
— Ну… Мацзу уже восемь раз выдала ему святой жребий на согласие. Сейчас он бросает в девятый!
Лин Мо выпал в осадок.