Глава 227 - При следующей встрече подари мне букет цветов
Цзян Ся, похоже, действительно выделяла его среди остальных. Подарков для Лин Мо в коробке оказалось больше всего, и практически каждый предмет воскрешал в памяти школьные годы.
Он медленно перебирал толстую стопку фотографий. На обороте каждого снимка аккуратным почерком были выведены дата, название места, описание пейзажа и её тогдашнее настроение.
Хронология охватывала период от их выпускного до начала апреля этого года. Она побывала в самых разных уголках страны, но кое-что оставалось неизменным: где бы ни был сделан кадр, хотя бы на одном из них Цзян Ся обязательно позировала в своей мешковатой школьной куртке.
Бескрайняя пустыня, изумрудная степь, величественные горные кручи, закат над океаном, высотки мегаполиса, древняя пагода в Поднебесной, бурная река, лесной ручей… Цзян Ся обладала удивительным даром ви́дения: в любом месте она находила идеальный ракурс, фиксируя ускользающую красоту.
Лин Мо разглядывал карточку за карточкой, будто заново проходя вместе с ней этот трехлетний путь.
На последнем снимке она стояла у ворот какого-то деревенского домика. В той же школьной форме, со вскинутыми в знаке «V» пальцами. На лице — всё та же светлая улыбка. Вот только сама она стала заметно худее и прозрачнее, чем три года назад. Незименными остались только взгляд и две ямочки на щеках.
На обороте имелась краткая запись: «Кажется, пора закругляться. Я немного устала. Официально выхожу на пенсию и отправляюсь на покой!»
Снимки после апреля наверняка тоже существовали, но Цзян Ся по какой-то причине не стала их отправлять. Возможно, в последние месяцы болезнь окончательно подточила её силы, и она не хотела, чтобы он видел её измождённой. А может, отдала их кому-то другому — ведь подарки получили абсолютно все.
Цзян Ся была чуткой девчонкой. Каждый свёрток подбирался ею с особой тщательностью. И если она решила что-то не посылать — значит, так было надо.
Лин Мо и сам не заметил, как в этих воспоминаниях пролетела ночь и он забылся тяжёлым сном.
***
На следующее утро, в половине девятого, Лин Мо впервые за долгое время проспал. Он не встал ни свет ни заря и не пошел на утреннюю пробежку.
Отец, только что вернувшийся с ночной смены, сидел на кухне и уплетал приготовленный женой завтрак. Поглядывая в сторону ванной, где умывался сын, старик недоумённо спросил:
— Чего это парень сегодня сам не свой? Даже на турники не пошел.
— Да кто его знает! — фыркнула Чжоу Минь, отправляя в рот ложку каши. — Ты правда верил, что у твоего сына хватит дисциплины? Сколько раз он начинал «качаться»? Три абонемента в фитнес-клуб покупал! В общей сложности сходил четыре раза, мне аж стыдно вспомнить. Хорошо хоть в этот раз решил на стадионе бегать, без трат. Не пошёл — и хрен с ним, хоть деньги целы.
Чжоу Минь говорила дело. В прошлом Лин Мо действительно пытался заняться спортом — особенно когда нагляделся в интернете на качков с кубиками пресса. Не то чтобы его привлекали мужики, просто девушки от таких торсов тащились без ума. Стоило какому-нибудь симпатичному фитнес-блогеру выложить видео, как в комментариях тут же собиралась орава девиц, наперебой зовущих его «папочкой».
Барышня Юань, к слову, тоже грешила подобным: залипала на накачанных парней в соцсетях с таким видом, будто выбирала куртизанок в публичном доме.
— Твоя правда, — кивнул старик Лин и вернулся к еде. Надо было поспать перед следующей сменой — каникулы каникулами, а отдых по расписанию.
В этот момент из ванной вышел Лин Мо. Он переоделся в чистое и выглядел весьма подтянуто.
— Мам, мне надо по делам, я возьму машину, — произнёс он, подхватывая ключи с тумбочки в прихожей.
— Эй, ты куда с утра пораньше?! Поешь сначала! — окликнула Чжоу Минь.
— Не хочу, не голоден, — улыбнулся Лин Мо, стараясь придать голосу непринуждённый вид.
— На улице дождь накрапывает! Что за срочность такая — в сырость лезть? — подал голос отец, протягивая сыну чёрный складной зонт.
Лин Мо взял зонт и кивнул:
(Этот перевод распространяется бесплатно на LiNovel.ru. Поддержите переводчиков, читая оригинал там.)
— К другу надо съездить. Не волнуйтесь, я осторожно.
Попрощавшись с родителями, он вышел за дверь.
— Нет, ты видал? С утра пораньше, голодный, черт-те куда понеся… День и ночь одни переживания с ним, — по привычке заворчала Чжоу Минь, хотя в голосе звучала лишь материнская тревога.
А вот отец семейства, вопреки обыкновению, выглядел озабоченным. Хоть он и казался суровым мужиком, на самом деле именно он в семье обладал тонким чутьём. Едва Лин Мо вышел из комнаты, старик сразу понял: с сыном что-то стряслось. Но парень уже взрослый, у него своя жизнь, лезть в душу с допросами нельзя — оставалось только дать зонт на дорогу.
— Ладно тебе ворчать. Молодое дело! Когда ещё гулять, как не на каникулах? К тому же… Слушай, а у нас кастрюля не испортилась? Может, выбросим?
— Чего?! С чего бы ей испортиться? Я только что в ней варила! — опешила Чжоу Минь.
— Пересаливает она. Вторые сутки всё солёное! Точно кастрюля бракованная.
— А ну пошёл прочь! Солёное ему! Не нравится — не жри! Только тронь мою кастрюлю — сам на помойку полетишь!
— Да ладно тебе, я ж пошутил! Разве моя женушка может плохо готовить? Это всё кастрюля виновата. Давай я завтра сам приготовлю?
— Ну уж нет! Я сама буду готовить! На, ешь давай, чтоб всё дочиста съел, понял?!
В этой семье Чжоу Минь лишь казалась главой дома, на деле же старик Лин крутил ею как хотел.
***
Внизу, сидя в салоне машины, Лин Мо пристегнул ремень и взглянул на экран телефона. В корзине интернет-магазина числились четыре позиции. Парень тихо усмехнулся:
— Отличные штучки. Тебе должно понравиться.
Автомобиль тронулся и растворился в серых сумерках дождливого утра.
Вчера вечером мама Цзян Ся прислала ему три сообщения: официальное извещение о смерти и два коротких видеоролика.
Первое видео Цзян Ся сняла в тот самый последний день школы — там был запечатлён весь класс. А вот на втором видео, сделанном тогда же, присутствовали только двое.
Сначала камера скользнула по Учителю Циню, утопающему в охапках подарков от выпускников, а затем объектив развернулся, и в кадре появились Цзян Ся и Лин Мо, лежащие на парте.
«Ух ты, какие цветы красивые! Эй, Лин Мо, при следующей встрече подари мне букет цветов, а?» — раздался за кадром голосок Цзян Ся.
В ответ Лин Мо лишь закатил глаза: «Шиш тебе, а не цветы! Затрещину получишь, если продолжишь капризничать. Мне вот вообще никто цветов не дарил!»
С этими словами он встал и ушёл вместе с Вань Чуньлуном в туалет.
А когда Лин Мо исчез из кадра, Цзян Ся прикрыла рот ладошкой и шепнула прямо в камеру: «А вот и подарит! Обязательно подарит!»
Телефон угас.
Лин Мо, облачённый в чёрное пальто, стоял на кладбищенском холме перед свежим холмиком земли. В руках он держал пышный букет белых хризантем.
Опустившись на одно колено, он бережно положил цветы на холодный гранит и, сделав глубокий вдох, тихо произнес:
— Твоя взяла, язва.