Глава 21 - Базовое мастерство верховой езды
— Бесстыжая кобыла! Совсем совесть потеряла!
— Взрослая баба, а стыда ни на грош! Я же говорила: эта баба — дрянь, хуже некуда!
— Ты запомни: держись от неё подальше. Она ради белой кожи родное лицо готова продать! Нет, ты видел, как она мужиков охмуряет? Тьфу!
В интернет-кафе они рубились вдвоём в одну пару. Юань Мэн яростно молотила по клавишам и на чём свет стоит кляла соперницу. Причиной её срыва стал последний манёвр Лю Руянь, который начисто пробил броню старшей мисс Юань. Дело было вовсе не в том, что ей нравился Лин Мо. Просто её бесил сам вид того, как Лю Руянь вешается на мужчин. А эта трогательная, беспомощная манера, от которой у любого мужчины поджилки трясутся, была как раз тем, чего у старшей мисс Юань отродясь не водилось. С такой фигурой она максимум могла надуть губы, как несовершеннолетняя, но не изобразить утончённую хрупкость.
И раньше-то она терпеть не могла эту девицу, а теперь и подавно решила: ни за что не даст Лю Руянь вытащить из Лина секретный рецепт. Пусть та хоть лопнет от злости, когда превратится в обрюзгшую желтолицую клушу, — а Юань останется такой же свежей, как сейчас, и будет её бесить дальше.
— Сестра Юань, а директор Лю вроде нормальная...
— Что? Повтори-ка?
— Кхм... Но рядом с тобой она, конечно, бледнеет. Да ты не переживай: какие у меня с ней могут быть дела? На следующей неделе у меня стажировка кончается, я вернусь в универ — и мы вообще не пересечёмся! — торопливо поправился Лин Мо.
Хотя «Руянь-императрица» в романах славится дурным нравом, в реальности она оказалась настоящей красавицей: личико точёное, фигура — закачаешься, породистая «старшая сестра» под стать большой героине. Легальная лоли — это, конечно, хорошо, но против старшей сестры не попрёшь. Верно: Лин Мо любил женщин постарше и посерьёзнее, тут уж без вариантов.
Эти слова заметно успокоили Юань Мэн. Осталось-то всего ничего: завтра-послезавтра выходные, а на следующей неделе Лин Мо отработает пару дней — и был таков. Будет она следить за ним в оба, и пусть только Лю Руянь попробует добиться своего.
Они сражались весь вечер и наконец поднялись на целый большой ранг.
В одиннадцать вечера Юань Мэн встала, потянулась и объявила:
— Умираю... Ох, старость, ци и кровь уже не те. Пошли, сделаем иглоукалывание?
— А? Сестра Юань, если нездоровится, сходила бы завтра. Какое иглоукалывание среди ночи? — искренне удивился Лин Мо. Больницы-то работают круглосуточно, но ради каких-то иголок?
И тут она протянула загадочно:
— Иголочки такие... одна за одной... а сверху — баранина с говядиной...
Лин Мо только крякнул про себя. Вот оно что. Такое иглоукалывание и правда делают только поздней ночью. Век живи — век учись. Проголодалась бы сразу — и зачем эти фокусы?
Вскоре они вышли из кафе, нашли неподалёку гриль-ларьёк, завалили стол всякой снедью и принялись наворачивать. Лин Мо, честно говоря, не особо и проголодался: днём, пока Юань Мэн и Лю Руянь перебрасывались любезностями, он не мог встрять в их перепалку и только знай себе ел. А вот старшая мисс Юань наголодалась: она так увлечённо сражалась с «Руянь-императрицей», что про еду забыла. К тому же она всё боялась, как бы Лю Руянь не положила глаз на рецепт Лина, — вот они и сбежали из-за стола на полпути. Была бы она после такого не голодна — это было бы чудом.
— Сестра Юань, а что ты днём имела в виду, когда говорила с «Руянь-императрицей»? Компанию ждёт что-то крупное? — жуя, поинтересовался Лин Мо.
Он, конечно, скоро уйдёт, но любопытство никто не отменял. Особенно после того, как толстяк Дун сегодня так насвинячил,— Лин Мо хотелось знать, достанется ли тому по заслугам.
— А? Ты же рядом сидел и всё слышал. Чего спрашиваешь? — Юань Мэн посмотрела на него как на дурачка.
— Д-да не понял я... — виновато улыбнулся Лин Мо. Он всего лишь недоучившийся студент из обычной семьи; где ему тягаться с такими мозговыносящими раскладами.
Юань Мэн холодно усмехнулась, вытащила салфетку, стёрла с пальцев масло от раков и заговорила:
— Если коротко: семейство Лю Руянь решило, что она уже созрела, и отправило её сюда на самостоятельную стажировку — заодно разрулить дела этой мелкой конторы. А наш генеральный директор Ян Чуань — старый кадр из окружения отца Лю Руянь. Если бы дядюшка Лю взялся за дело сам, вышел бы полный разгром, и это выглядело бы бесчеловечно. А у Лю Руянь таких сантиментов нет.
— Хотя она в последнее время в офисе не появлялась, — продолжала Юань Мэн, — но уже запустила собственное расследование. Про сегодняшний цирк ей отлично известно. Она нарочно позволила Яну и компании натворить дел, чтобы потом устроить большую чистку менеджмента. И толстяку Дуну от неё точно не уйти.
Лин Мо поразился: вот так сразу — и чистка? И как она только всё это раскусила?
— Сестра Юань, а что вообще с компанией не так?
Он и правда не замечал никаких проблем: пришёл на практику, платят немного, зато каждый месяц исправно; в конторе тишь да гладь.
— Прибыль падает, затраты растут, а вот партнёры в полном порядке — даже обороты подняли. Как думаешь, в чём дело?
Лин Мо покачал головой:
— Не понимаю.
— Дурень. Если партнёры в порядке и выручка не упала, а прибыль компании снизилась — значит, кто-то нечист на руку. В любой компании у менеджмента водятся левые доходы — это норма. Начальство порой закрывает глаза: приносишь достаточно пользы — и можешь немного погреть руки. Но, судя по всему, в нашей конторе у кого-то разыгрался аппетит, — Юань Мэн взяла шашлык из баранины, откусила и продолжила: — А то, что Лю Руянь знала о сегодняшнем и не вмешалась, — так это потому, что когда она реально возьмёт компанию, снижение зарплат сотрудникам ей только на руку. Главное — грязную работу сделают другие, а не она. А в крайнем случае она потом вернёт оклады обратно и тем самым купит сердца. Понял?
Лин Мо кивнул. В таком изложении всё встало на места. Проще говоря, задница определяет голову. Он всё ещё мыслил как типичный студент, а Лю Руянь уже стала полноценным капиталистом. Настоящим хищником в юбке.
Они быстро перекусили, и Юань Мэн отвезла его домой на машине. У самых дверей она особо велела:
— Если эта Лю Руянь не угомонится и будет продолжать точить зуб — сразу звони мне.
Лин Мо мог только неохотно согласиться.
Дома — уже почти час ночи — он нетерпеливо схватил телефон: настало его любимое ежедневное развлечение — закупки.
[Броня «Мингуан»: тяжёлый комплект; ¥23,5]
[75-дюймовый ультрачёткий умный телевизор; ¥11,5]
[Базовое мастерство верховой езды: стойка всадника 60 минут, гарантия: научу; ¥3,12]
[Блок сигарет «Лотосовый король»; ¥5,9]
— Твою мать, опять одно барахло, — сплюнул Лин Мо, пробежавшись глазами по списку.
В последние пару дней выпадал в основном шлак. А теперь, когда у него на руках целое состояние, даже пресловутое золото уже не сверкало—разве что огромным слитком. От брони «Мингуан» он отказался: вещь красивая, но не коллекционер же он доспехов. Телевизор и подавно ни к чему: он снимает квартиру, зачем ему этот ящик? Сигареты—полный отстой, просто для количества. Оставалось только «Базовое мастерство верховой езды». Но час в стойке всадника—это ещё то испытание для его ног.
Подумав, он взял телефон, ушёл в туалет и сел на унитаз. Оплата прошла, и Лин Мо, довольно ухмыляясь, открыл Douyin, чтобы убить время. Его лента уже натренировалась как надо: днём — ножки, ночью — чертовщина, в ясную погоду— Одэ Бяо, в дождь— ковка клинков.
«А теперь внимательно: этого парня зовут Сяо Шуай, и совсем недавно он со своей девушкой Сяо Мэй...»