Глава 37 «Второй цикл Осмотр храма»
Сердце бешено колотилось в груди, всё происходящее казалось нереальным, словно в дурном сне.
Вдалеке всё так же высился мрачный силуэт Храма Драконьего Древа – он походил на исполинский черный гроб, затаившийся в ожидании очередной жертвы.
Стиснув зубы, Гао Тянь заставил себя успокоиться и трезво оценить ситуацию.
В Изнанке мира близились сумерки. Лань Чжу и остальные были живы. Цзян Ян еще не отправился в одиночку на разведку вглубь храма.
Время сбросилось.
Его догадка подтвердилась. Временная система этого храма была сломана: каждый день повторялся в бесконечном цикле. Ни монахи внутри, ни случайные гости не могли дожить до рассвета следующего дня.
Теперь понятно, почему те монахи в животе Будды превратились в ходячие скелеты. Для них прошел всего один день, и они были свято уверены, что Мастер вот-вот вернется.
«Ну, подумаешь, не ели денек, проголодались немного – это нормально, надо еще чуть-чуть потерпеть…»
Они и не подозревали, что давно стали свирепыми призраками. Их смиренное ожидание длиной в «один день» на деле растянулось на десятилетия, а может, и на века.
С точки зрения Цзян Яна и остальных, они только что распрощались со стариком из Макдоналдса, подошли к храму, и Гао Тянь, отправив клона на разведку, прилег отдохнуть. Сейчас им всем предстояло войти внутрь и начать Задание Зеленых Знаков.
Если бы Гао Тянь не вмешался, сохранив все воспоминания, второй цикл ничем не отличался бы от первого: жильцы один за другим наступили бы на те же грабли, активировали законы убийства и погибли в полном составе.
Третий день, четвертый, пятый… бесконечный круговорот. Словно царь Сизиф, проклятый богами, они каждое утро заталкивали бы свой камень на гору, чтобы вечером он снова рухнул вниз.
И даже если бы однажды им сказочно повезло, и Лань Чжу с Ван Вэньбо избежали бы смерти от рук призраков…
Это всё равно ничего бы не изменило.
Полночный Медвежий Рев, доносящийся извне, был абсолютным законом убийства. Любой, кто оставался в Храме Драконьего Древа на ночь, был обречен. Спасения не существовало.
Строго говоря, это даже не был чистый временной цикл. С каждым новым кругом их тела понемногу менялись: старение, голод, изнеможение, спутанность сознания, странное чувство дежавю.
В конце концов они бы превратились в таких же призраков, как те монахи-узники.
Вроде бы прождал всего день, а очнувшись, обнаруживаешь, что тело превратилось в рухлядь, а голод в чреве полыхает, точно адское пламя. От прежнего облика не осталось и следа – ты лишь очередной узник времени, навеки заточенный в этой высохшей плоти.
Но оставался один вопрос.
Почему ни монахи, ни Цзян Ян с Лань Чжу ничего не помнили о предыдущем дне?
Гао Тянь предположил, что дело в его способе смерти.
Когда все четверо погибли в храме, время автоматически откатилось к начальной точке. Но у Гао Тяня был артефакт воскрешения.
Он вроде бы умер, но не до конца. В тот момент, когда поток времени повернул вспять, превращая трупы обратно в живых людей, Гао Тянь перешел из состояния «почти живого» в состояние «полностью живого».
Он буквально поймал жирный баг в системе этого мира.
Поскольку он фактически не был мертв в момент перезапуска, времени не нужно было «восстанавливать» его тело из небытия, и благодаря этому он сохранил память.
Сердце Гао Тяня забилось еще чаще.
Этот сценарий Храма Драконьего Древа, который был седьмым заданием для Юйшэна, изначально имел запредельную сложность.
Обычный жилец, попав сюда, имел нулевые шансы на успех. Скорее всего, он бы навсегда завяз в этом временном болоте, превратившись в призрака, что гораздо хуже простой смерти.
Но Гао Тянь теперь был в ином положении. Умирая раз за разом, он мог изучить каждый паранормальный предмет и каждое опасное действие.
Он обрел всеведущий взор бога.
И именно он стал единственной лазейкой в этом смертельном квесте.
— Послушайте меня. Это прозвучит дико, но… — начал он. — Я переродился. Я уже был в этом храме, я знаю всё, что там произойдет. Вы все… вы все погибли.
Лань Чжу подошла ближе. Услышав слово «переродился», она, словно по заказу, выдала классическую завязку из бульварного романа:
— Я переродилась! В прошлой жизни муж и лучшая подруга заживо закопали меня, а на моих похоронах устроили стрим своей свадьбы! И вот я вернулась из небытия, чтобы своими руками забрать всё, что принадлежит мне по праву!
Цзян Ян бесцеремонно отпихнул ее в сторону:
— Лань Чжу, не мешай.
Он повернулся к Гао Тяню. В его глазах читалось недоверие, но он сдержался и спросил:
— Ты серьезно? Хочешь сказать, что мы уже входили в храм, и ты вернулся из будущего?
Принять такое было непросто.
Только-только подошли к цели, и вдруг напарник с горящим взглядом заявляет: «Вообще-то вы все трупы, у нас тут второй цикл». Любого бы это поставило в тупик.
Но Цзян Ян прошел через множество Заданий Зеленых Знаков и видал виды. Он знал, что Гао Тянь – человек серьезный и не стал бы нести чушь без причины.
Если бы такое ляпнула Лань Чжу, он бы просто влепил ей затрещину, чтобы выбить дурь или изгнать призрака, если тот в нее вселился.
Гао Тянь жестом велел всем сесть и максимально кратко пересказал события первого цикла.
Цзян Ян слушал, нахмурив брови.
Ван Вэньбо продолжал вертеть свои часы:
— Если время повернуло вспять, то согласно теории отрицательной энтропии, нам нужно понятие анти-времени и отрицательной энергии, чтобы компенсировать положительную кривизну пространства-времени. (Примечание: оригинальный и бесплатный перевод читайте на LiNovel.ru) Энергозатраты на такое должны быть астрономическими. Даже энергии всей Вселенной не хватит, чтобы откатить назад клочок земли размером с ладонь.
— Впрочем, это Изнанка мира, — вздохнул он. — Тут всё завязано на идеях и воле, так что законы макрофизики могут и не работать.
Цзян Ян искоса глянул на него:
— А ты, я смотрю, парень башковитый.
На этот раз Ван Вэньбо не успел и рта раскрыть, как Гао Тянь ответил за него:
— Еще бы, у него три магистерские степени. Первую специальность навязали родители, программирование – это для заработка, а физика и геология – это его страсть.
Не давая Ван Вэньбо опомниться от изумления, Гао Тянь заговорил еще быстрее:
— Во втором цикле мы должны исключить все риски. Ван Вэньбо, держись подальше от того чертова гроба. Лань Чжу, даже не приближайся к провалам в статуе Будды.
— И не вздумай совать голову в каждую дырку, которую увидишь! — Добавил он. — В прошлый раз ты сдохла просто омерзительно: тебя разорвало пополам, кишки по всему полу разметало.
Благодаря рассказу Гао Тяня, Цзян Ян в общих чертах понял, что произошло в первом цикле:
— И как же мы с тобой погибли? Услышали тот странный Медвежий Рев и просто свалились замертво?
— Гао Тянь, ты уверен, что именно звук был законом убийства? — Спросил он. — Может, нас прикончило что-то другое? Например, те голодные призраки вылезли из статуи, когда настало время возвращения их Мастера?
Гао Тянь решительно мотнул головой:
— Исключено. Я же не идиот.
— Место, которое ты выбрал под статуей Бодхисаттвы, было отличным. Оттуда просматривался почти весь зал, слепых зон практически не было.
— Если бы призраки полезли наружу, мы бы их заметили. У них не было шанса подобраться незаметно.
— Я абсолютно уверен: как только раздался Медвежий Рев, ты тут же истек кровью и превратился в мумию. А я, не касаясь вообще ничего, тоже начал медленно умирать.
Дело принимало скверный оборот.
Цзян Ян помрачнел:
— Если этот рев гремит каждую ночь, то даже со своим знанием «будущего» ты не сможешь обойти закон убийства.
Конечно, можно было бы попробовать заткнуть уши чем-нибудь.
Но обычная трава или тряпки не дадут стопроцентной изоляции. Малейший просочившийся звук – и всё кончено.
Рев длится долго, так что подобные меры лишь немного отсрочат неизбежное. Результат вряд ли изменится.
Самым радикальным выходом было бы проколоть себе барабанные перепонки, но звук – это вибрация. Даже если ты перестанешь слышать рев, это не значит, что он перестанет на тебя воздействовать. Скорее всего, глухота не спасет от этого закона убийства.
Ван Вэньбо вдруг осенило:
— Авторитет Гао Тянь!
— У тебя же есть зеркало, в котором можно прятаться, — продолжил он. — Если мы все четверо заберемся в него до того, как начнется Медвежий Рев, может, удастся дотянуть до утра?
Гао Тянь задумался:
— Вариант. Но в этом храме проклятий на каждом шагу, многие паранормальные предметы могут быть заблокированы. Прежде чем придет ночь, мне нужно войти в храм и всё проверить.
Этот Храм Драконьего Древа казался живым существом, обладающим злым умыслом.
Раз уж он мог подавлять его Призрачную удачу своим бормотанием, то вполне мог найти способ нейтрализовать и Зеркального Призрака.
Гао Тянь посмотрел на древний храм, который в сумерках выглядел еще более дряхлым и заброшенным:
— Цзян Ян, тебе входить не обязательно, в этом нет смысла.
— Я пойду первым.
— Сейчас главная задача – вытащить тот Прозрачный гроб и оттащить его подальше от Ван Вэньбо.
— Иначе, стоит ему хоть немного приблизиться к этой штуке, его тут же засосет внутрь как жертвенный дар. Это правило абсолютное, оно бьет только по нему, и защититься невозможно.
Оставались еще голодные призраки в животе Будды.
С ними можно было не спешить: зная их закон убийства, избежать смерти было не так уж сложно. Специальной подготовки не требовалось.
Перед тем как Гао Тянь двинулся к дверям, Цзян Ян, который всё это время о чем-то напряженно думал, снова поднял голову:
— Гао Тянь, ты говорил, те монахи клялись, что их Мастер обязательно вернется ночью?
— Да, было дело, — подтвердил тот.
— Хотя теперь мне кажется, что они просто вешали нам лапшу на уши.
— Сами они выйти из статуи не могут, вот и решили заманить нас, чтобы мы остались в храме на ночь.
Цзян Ян покачал головой:
— Не факт.
— Если эти голодные призраки сказали правду, то именно здесь может скрываться следующая важная зацепка.
— У меня есть одна идея, послушай.