Глава 3 «Путь к спасению»
Старина Цзоу, старина Цзоу, слышишь меня? Если еще жив, пискни хоть что-нибудь.
Из динамика рации донесся невнятный, хриплый голос другого мужчины средних лет.
У таксистов свои круги общения. Переписываться по телефону за рулем неудобно, поэтому дорожную обстановку, заказы и цены на заправках они обсуждали через рацию.
Водитель притормозил на красный и раздраженно бросил в ответ:
— У меня клиент, выкладывай по делу. Старина Хуан, не тяни резину.
Тот, кого звали стариной Хуаном, заговорил более тревожно:
— К апартаментам «Пиншуй» заказы не бери.
— Там что-то нечисто. В одном из корпусов целый этаж вырезали. Похоже, какая-то «дрянь» завелась. Жильцы уже почуяли неладное, толпами с вещами бегут.
— Передай остальным ребятам: пока эта чертовщина не уберется, туда ни ногой. Нам-то, старикам, помирать не привыкать, а вот если подцепишь эту заразу да в дом притащишь, детей заразишь – вот тогда локти кусать будешь.
У Гао Тяня внутри всё похолодело.
Ведь апартаменты «Пиншуй» – это именно то место, откуда он сбежал.
Неужели та тварь настолько свирепа? Похоже, не найдя его на третьем этаже, она принялась выплескивать ярость на всех подряд.
Старина Цзоу буркнул в рацию «понял» и отключился.
Загорелся зеленый, и такси тронулось.
В салоне на какое-то время воцарилось молчание.
Первым тишину нарушил водитель, спросив хриплым голосом:
— Эта «дрянь»… Она очень опасная?
Он ведь видел, что Гао Тянь бежал именно из района «Пиншуй». Пассажир сел в машину бледный как полотно, явно спасаясь от погони.
Сначала хотел в полицию, потом резко передумал. Очевидно, даже там он не чувствовал себя в безопасности.
Теперь скрывать что-либо не было смысла.
Гао Тянь ответил:
— Очень… Я связался с тем, с чем не стоило, и оно идет за мной по пятам.
Такси миновало эстакаду, но не въехало на нее, а прижалось к обочине широкой дороги. Скорость плавно упала.
Опустив стекло на небольшую щель, водитель закурил.
— Парень, ты сам всё слышал. У нас у всех жены, дети, тянуть лямку нелегко. Я в семье единственный кормилец, если загнусь где-нибудь на обочине, им ни на учебу, ни на жизнь не хватит.
— Про такие штуки я кое-что слышал. Они лютые, нам с ними не тягаться.
— Пойми меня правильно. Впереди парк, я тебя там высажу. Довезу вот дотуда, и хватит с меня.
Гао Тянь спорить не стал. Он достал телефон, чтобы расплатиться.
Обещал двойной тариф – значит, заплатит, уговор есть уговор.
Водитель обернулся и накрыл телефон Гао Тяня своей мозолистой ладонью:
— Не надо денег.
— Считай, подвез за счет заведения.
— Ты уж извини, парень. Будь я лет на двадцать помоложе, может, и взыграла бы кровь. Рванул бы на трассу, попробовал бы потягаться с этой дрянью.
— Но сейчас не могу. С возрастом больше ценишь шкуру. Как представлю: вернусь домой, там жена ворчит, две дочки – переходный возраст, сладу нет… Мне и помирать-то страшно.
Гао Тянь вышел из машины и закрыл дверь. Мужчина за стеклом не спешил уезжать; он смотрел на юношу с нескрываемой жалостью в глазах.
Старина Цзоу прекрасно понимал: стоит ему нажать на газ, и оставшийся один парень – нежилец.
На вид – ровесник его дочерей.
Гао Тянь тоже посмотрел на водителя:
— Похоже, вы много знаете о таких вещах?
— Да какой там «знаем», — ответил тот. — Целыми днями крутим баранку по городу. Насмотрелись всякого, с ребятами из автопарка болтаем – проскакивают новости, о которых по телевизору молчат.
— На самом деле такая чертовщина случается сплошь и рядом, всё чаще и чаще. Похоже, скоро ни в телевизоре, ни в интернете это уже не утаишь.
— Я сейчас рву жилы, с утра до ночи вкалываю, чтобы накопить денег. Хочу успеть отправить дочерей куда-нибудь за границу, в безопасное место, пока здесь всё окончательно всё не рухнуло.
Гао Тянь не сдавался:
— А полиция… От нее есть толк?
Старик медленно покачал головой:
— Никакого. Если «они» тебя наметили – пиши пропало. Простому человеку против них не выстоять.
— Полиция ловит преступников, решает проблемы между живыми людьми.
— А «эти» – не живые. Законы на них не действуют.
— И кто тогда может с ними справиться? — спросил Гао Тянь. — Монахи? Даосы? Священники?
— Не знаю, — вздохнул водитель. — Может, армия?
— Когда общество окончательно погрузится в хаос и окажется на грани краха, тогда, наверное, выведут войска. Последняя надежда для нас, простых смертных…
Стекло медленно поднялось.
Гао Тянь провожал взглядом такси, которое почти по-крысиному юркнуло за поворот и скрылось вдали.
Теперь в круге света от фонаря осталась лишь одинокая фигура Гао Тяня.
Этот парк и так-то был глухим, днем здесь редко кого встретишь, а в такой поздний час за пять минут ходьбы ему не попалось ни души.
Гао Тянь чувствовал дыхание смерти. Он нашел придорожную скамью и сел.
Красноглазый еще не появился. Неизвестно, когда он придет за его жизнью, но инстинкт самосохранения заставлял мозг лихорадочно просчитывать варианты, искать хотя бы призрачный шанс на спасение.
Он читал немало сетевых романов и знал: в таких мирах обычно не бывает абсолютно патовых ситуаций. За правилами, по которым убивают призраки, всегда скрыта лазейка, позволяющая простому человеку выжить.
Но книги – это книги, а реальность – совсем другое дело.
У книжных героев есть «аура протагониста», да и автору нужно тянуть сюжет. Если призрак будет неуязвим, история быстро закончится, и просмотров не наберешь.
А настоящий призрак – это абсолют. Ему нет нужды оставлять человеку лазейку.
Возможно, ему просто не повезло, и с первого же раза он нарвался на неумолимую тварь. В тот момент, когда он нажал на черный пакет в чате, Гао Тянь уже стал мертвецом.
Не зря Призрачная нора был так уверен. По его плану у живого человека в группе не было ни единого шанса.
Призрачная нора… Этот парень.
При жизни его интуиция была пугающе точной.
Хотя Гао Тянь в чате и слова не проронил, тот буквально нутром учуял чужака. Гнилой предлог, под которым его вычислили, заставлял Гао Тяня гадать: не жульничал ли этот тип?
Скрип-скрип.
Порыв холодного ветра пронесся над парком. Пока Гао Тянь размышлял, на пустой детской площадке напротив начали раскачиваться качели.
Гао Тянь медленно поднял голову. Хоть он и готовил себя к этому, перед лицом неминуемого конца его захлестнула волна отчаяния и ужаса.
— Соберись, — прошептал он себе. — Не позорь род людской перед этой тварью.
На качелях из ниоткуда возникла фигура. Мертвенно-бледное лицо, видимое сквозь редкие деревья, осклабилось в жуткой улыбке.
На этой огромной белой маске, где раньше не было черт, снова появился глаз. Всего один.
И хотя и белок, и зрачок были залиты кровавой мутью, глаз этот всё больше походил на глаз самого Гао Тяня.
Словно болезненно-бледный «Гао Тянь» с единственным красным глазом сидел там и смотрел на него.
Двойник не спешил нападать. Он просто мерно раскачивался на качелях, будто чего-то дожидаясь.
Возможно, он ждал, когда его лицо полностью скопирует облик Гао Тяня, прежде чем нанести последний удар.
Пока трансформация не завершена, красноглазый будто «не решался» обрывать жизнь оригинала.
Вот почему Гао Тянь смог спокойно уйти из дома и уехать так далеко на такси. Не потому, что он ускользнул, а потому, что тварь глумилась над ним, следуя по пятам.
Теперь лицо нового «Гао Тяня» было почти готово. Скучная игра подходила к концу.
Гао Тянь горько осознал: романы в сети нагло врут. Чертовски врут.
В интернете кто-то одним прыжком вскрывает брюхо тигру или валит медведя; в жизни же семеро крепких мужиков – это как раз нормальный обед для голодного хищника.
Ужас призрака куда сильнее любого зверя, разрыв между ним и человеком – бездна. Мысль о том, что можно, как герой книг, сохранять хладнокровие, найти уязвимость и победить тварь… Неужели это действительно под силу человеку?
Неужели совсем нет выхода?
В этот миг Гао Тяня будто молнией прошило. Он замер, не в силах пошевелить даже пальцем.
Ответ мог быть до смешного прост.
Единственный путь к спасению лежал прямо перед ним, а он был слишком слеп, чтобы заметить его раньше.
Клин клином вышибают. Если он навлек на себя смерть из-за этого странного чата, полного призраков, то и надежду на спасение нужно искать там же.
Гао Тянь мельком глянул на качели: те продолжали качаться, но силуэт на них растаял. Вокруг не было ни души – «дрянь» снова внезапно исчезла.
Но времени гадать не было. Исчез – и ладно, значит, у него есть еще пара минут, чтобы побарахтаться.
Гао Тянь уткнулся в телефон и начал лихорадочно пролистывать историю сообщений Призрачной норы и остальных.
Убедившись, что живой человек в группе обречен, те больше не проронили ни слова. Очевидно, Призрачная нора не сомневался в успехе: это был «открытый заговор», и как бы Гао Тянь ни поступил, итог был один – смерть.
Но Гао Тянь не собирался умолять их о пощаде.
Они твердо решили прикончить единственного живого; стоит ему подать голос и раскрыть себя, как смерть придет еще быстрее.
— Здесь. Нашел!
В тот момент, когда он наткнулся на свой шанс, Гао Тянь почувствовал себя так, будто заново родился.