Глава 18 «Отголоски великой битвы»
И все же, расстаться с Призрачным Младенцем, уже надежно запертым в погребальной урне, было мучительно. Это походило на попытку вырвать у хищника кусок мяса, который он уже начал пережевывать.
Сюй Юань на другом конце провода хранил молчание, терпеливо ожидая окончательного решения.
— Разумеется, как только Пещера освободится, я устрою ему серьезную головомойку, — добавил он. — Гарантирую: эти двое больше никогда не посмеют доставить вам хлопот.
— …Послушайте, Призрак Памяти, я не лучший переговорщик и не мастер торговаться.
— …То, что я предложил – мой предел искренности. Я не добавлю к этому ни крохи.
Посыл был предельно ясен.
Условия и так были царскими. Откажись Гао Тянь сейчас – и Сюй Юань явится за своими сам. Тогда он не просто заберет урну, но и самого Гао Тяня может отправить в заточение.
Гао Тянь не решился расспрашивать о бутылочках на Божественном Древе.
Один лишний вопрос – и его невежество станет очевидным. Сюй Юань мигом почует неладное и сделка сорвется.
В любом случае, вещь должна быть ценной – даже в голосе такого тертого калача, как Сюй Юань, проскальзывала затаенная горечь от этой потери. Видимо, «детки» изрядно его разорили.
Гао Тянь понимал: в данной ситуации его согласие – лишь формальность. Выбора у него не было.
Сюй Юань не был лишен логики, но при желании мог стать абсолютно невменяемым. Оставался лишь один нюанс, который следовало прояснить.
Гао Тянь спросил:
— И почему я должен тебе верить? Если я их выпущу, а ты нарушишь слово – что тогда?
Голос Сюй Юаня наполнился гордостью:
— Что за чушь ты несешь, Призрак Памяти?
— …Я, глава Общества Цзялань, по-твоему, не хозяин своему слову? Ты настолько меня не уважаешь?
— …Что ж, раз мои слова для тебя пустой звук – хорошо.
— …Я клянусь перед лицом Злого Падшего Будды, что наша сделка будет исполнена. Более того, я продублирую наше соглашение в чате, на глазах у всех пользователей. Пусть они станут свидетелями и судьями. Теперь ты доволен?
«Злой Падший Будда? Это еще что за чертовщина?», – Гао Тянь в очередной раз почувствовал себя деревенщиной, попавшей в большой город. С каждым новым словом призраков он понимал, как мало знает о мире, в который попал.
Он не смел задавать вопросы, боясь выдать свою неосведомленность и разрушить легенду о себе как о призраке.
«Ладно. Судя по тону, эта штука – какой-то паранормальный предмет для скрепления клятв. Даже призраки не смеют нарушать слово, данное перед ним».
Впрочем, Гао Тянь подозревал, что Сюй Юань не соврет и без клятвы. Не только из гордости, но и потому, что призрачная удача Гао Тяня все еще была на пике.
— Я верю тебе, глава Общества Цзялань, — ответил Гао Тянь. — Слово мужчины нерушимо. Что ж, согласно договору – я выпускаю их.
Он не стал спрашивать, как именно получит обещанные бутылочки и годы жизни. Сюй Юань обещал – значит, сделает.
Достав из зеркала две погребальные урны, Гао Тянь принялся определять, в какой из них Младенец.
(Внимание: свежие главы и клуб читателей — LiNovel.ru)
Не хватало еще ошибиться и выпустить Призрака с Расколотым Лицом.
Он положил руку на вторую урну и осторожно приподнял крышку.
Внутри лежал окровавленный пупс с остекленевшим взглядом.
После заточения в урне Призрачный Младенец деградировал до своего начального состояния. Когда Гао Тянь вытряхнул его из коробки на пол, кукла осталась лежать неподвижно, словно обычная мертвая игрушка.
Из телефона снова раздался голос Сюй Юаня:
— Поднеси трубку к уху Младенца. Мне нужно кое-что ему сказать.
Интонации Сюй Юаня оставались сдержанными, но это было спокойствие черной океанской глади перед сокрушительным штормом. За его бесстрастным тоном скрывался громоподобный гнев.
Когда Гао Тянь присел и положил телефон рядом с окровавленным пупсом, ему показалось – а может, и не показалось, – что кукла мелко задрожала.
Сюй Юань заговорил ровным голосом: — «Эхо Бездны», авангард Бюро, будет в Шанхае через пятнадцать минут.
— …Я надеюсь, что ты заберешь Пещеру и уберешься из города в сторону Древа в течение пяти минут. С вами обоими я поговорю позже.
— …Прикажи Пещере свернуть его владения. Разве сегодняшнего бардака недостаточно? Или он решил забрать руины «Цзиньхая» с собой в качестве подарка для меня?
У окровавленной куклы начали медленно отрастать человеческие руки и ноги. Она вновь превратилась в то антропоморфное чудовище с женским лицом на спине.
Окрепнув, Призрачный Младенец даже не подумал нападать на Гао Тяня. Он даже не взглянул в его сторону, направившись прямиком к «кокону», в котором покоился Призрачная Пещера.
Первым делом он прекратил терзать Пещеру: по его команде мелкие копии младенцев перестали грызть и рвать плоть запертого призрака.
Стоило Гао Тяню открыть урну, как власть над этим законом убийства вернулась к Младенцу, и он тут же его отозвал.
От Призрачной Пещеры сейчас осталась лишь половина пустой головы. Младенец что-то прошептал вглубь кокона, и оба призрака начали медленно погружаться в пол. Похоже, Младенец задействовал какой-то другой паранормальный предмет, чтобы телепортировать себя и напарника прочь.
На этом великая битва завершилась.
Издалека донесся вой сирен пожарных машин и скорой помощи. Сквозь бушующее пламя пытались прорваться журналисты: некоторые, рискуя жизнью, бежали к руинам, чтобы выйти в прямой эфир на фоне обломков.
С исчезновением Призрачной Пещеры исчезла и его аномалия – «Дыра», поглотившая небоскреб. Звуки внешнего мира и толпа людей снова стали частью реальности для здания, вернувшегося в обычный мир.
События сегодняшнего дня мгновенно возглавят все топы новостей. Паранормальные инциденты случались и раньше, но чтобы посреди мегаполиса целиком исчезла башня… Это выходило за любые рамки. Такую новость невозможно было замять.
Глядя на горы строительного мусора, в которые превратился некогда величественный небоскреб, и на трупы, усеявшие развалины, Гао Тянь почувствовал укол вины.
Неужели это и была та «смертельная участь» перед четвертым заданием, о которой предупреждал Юйшэн?
В самом деле, если рассуждать логически, шансы выжить при встрече сразу с двумя такими свирепыми призраками стремились к нулю.
Если бы Призрачная Пещера не решил потешить самолюбие и не выкосил целый этаж людей, тем самым невероятно усилив удачу Гао Тяня… Звезда Смерти над его головой так и осталась бы непобежденной.
Гао Тянь отогнал эти мысли. Даже если это была победа, то победа пиррова. Небоскреб «Цзиньхай» превратился в братскую могилу для сотен обычных людей.
Вспомнился Ван Вэньбо, ждавший его на первом этаже.
Скорее всего, бедняга уже мертв.
Гао Тянь огляделся. Эскалаторы и лестничные пролеты на его этаже обрушились, но прямо посреди пола зияла огромная дыра. Один прыжок – и он окажется внизу.
«Нужно проверить. А вдруг он каким-то чудом уцелел?»