Глава 771. Всевышний Тайцан
Привыкнув к окружению, Тан Тянь занял своё место в пустоте над Императорским Дворцом. Через те же врата пустоты прошли Лун Цзючжоу и Всевышний Хунмэн. Их троице было поручено отвечать за этот сектор.
В других направлениях виднелись ещё десятки золотых врат. Они окружили весь континент, на котором стоял дворец.
Как только все воины появились, великая формация мгновенно окутала Императорский Дворец. Её лично контролировал Солнечный бог, и теперь никто, будь он Всевышним или Непревзойдённым, не мог отсюда сбежать. Возможно, пара особо проворных успела проскользнуть в тот краткий миг, когда формация только замыкалась, но такая мелкая рыбёшка не стоила внимания.
Когда формация замкнулась, Тан Тянь и остальные наконец поняли, где именно находятся узлы, за которые они отвечали. Тан Тянь предполагал, что их схемы тоже предназначены для того, чтобы отрезать врагу пути к отступлению. Но, похоже, это было не так. Великая формация уже полностью заблокировала все выходы. Значит, их схемы предназначались для чего-то более важного.
— Две рыбки уплыли, чтобы доложить, — ровным голосом заметил Лун Цзючжоу.
Конечно, те два Всевышних, что были неподалёку, не могли укрыться от их взора.
— Одного из них я видел, — сказал Тан Тянь, отводя взгляд от дворца. — У Духовного Озера, среди тех, кого увёл Цзюнь Чанцин.
— Проклятые предатели, — холодно хмыкнул Всевышний Хунмэн. — Если бы Солнечный бог не запретил самовольничать, я бы не дал этим ублюдкам так легко уйти!
С того самого мига, как он увидел Императорский Дворец, его охватила неукротимая жажда убийства. Сегодня он пришёл, чтобы убивать.
— Не торопись, им не уйти, — сказал Лун Цзючжоу. — Нам нужно лишь удерживать свои позиции.
Их троице было поручено по одному узлу формации. Но им не нужно было постоянно стоять на одном месте — достаточно было не покидать свой сектор. Когда Солнечный бог отдаст приказ, они смогут мгновенно завершить построение.
— Вы… бывали здесь раньше? — спросил Тан Тянь у своих спутников.
Всевышний Хунмэн был древним существом, прожившим миллионы лет. А Лун Цзючжоу… его прошлое воплощение тоже было не из простых.
— Конечно, бывал, — как и ожидал Тан Тянь, ответил Всевышний Хунмэн. — Я был здесь однажды, когда Императорский Дворец только построили. Но лишь один раз.
— Почему? — полюбопытствовал Тан Тянь.
— В те времена Цзюнь Чанцин только начал набирать силу, — фыркнул Всевышний Хунмэн. — Я явился к нему с добрыми намерениями, чтобы побеседовать. И увидел самого дерзкого и надменного человека в истории! Мы с ним шли разными путями, и потому, даже когда он стал править миром, а его дворец процветал, я больше сюда не возвращался.
Тан Тянь кивнул. Оказывается, у Всевышнего Хунмэна были принципы.
Но тут же Лун Цзючжоу разоблачил его.
— Он явился к Цзюнь Чанцину с визитом, кичась своим статусом старейшины, но его даже на порог не пустили. Цзюнь Чанцин и бровью не повёл, — усмехнулся Лун Цзючжоу. — В гневе ему не оставалось ничего, кроме как убраться восвояси.
Лицо Всевышнего Хунмэна помрачнело, но, взглянув на Лун Цзючжоу, он не стал возражать, тем самым признав свою правоту.
Тан Тянь быстро дорисовал в уме картину. Цзюнь Чанцин был моложе Всевышнего Хунмэна, но куда могущественнее. Тот решил нанести ему визит, полагая, что Цзюнь Чанцин, уважая его старшинство, непременно примет его с распростёртыми объятиями. А вместо этого получил от ворот поворот. Существа такого уровня превыше всего ценят лицо. Публично униженный, Всевышний Хунмэн, разумеется, больше не мог здесь появиться.
Чтобы не смущать его, Тан Тянь перевёл разговор.
— А ты? — обратился он к Лун Цзючжоу. — Ты бывал здесь?
— Конечно, — сказал тот, скрестив руки на груди. — Вон там, — он указал на груду руин, — раньше стояла девятиэтажная пагода Дао. Когда я здесь побывал, она стала такой, как сейчас.
Тан Тянь опешил. А ты, оказывается, пришёл сюда всё крушить.
— В той войне против Цзюнь Чанцина я был в авангарде, первым достиг Императорского Дворца, — ровным голосом произнёс Лун Цзючжоу. — И здесь же был убит.
— Цзюнь Чанцин? — спросил Тан Тянь.
— Нет, его тогда здесь не было, — покачал головой Лун Цзючжоу. — Его приспешники. Императорский Дворец — особое место. Находясь здесь, они становятся в десятки раз сильнее, чем во внешнем мире. Я пал под их натиском. В сегодняшней битве это тоже стоит учесть. Хоть дворец и лежит в руинах, его сила, вероятно, всё ещё действует.
Тан Тянь кивнул. Он и раньше знал, что Лун Цзючжоу — реинкарнация. И его прошлая личность, должно быть, была весьма значительной, иначе Солнечный бог не стал бы утруждать себя его перерождением. Теперь он в этом убедился. Впрочем, переродившись, Лун Цзючжоу изменился. Это было заметно по его отношению к Солнечному богу.
Они продолжали неспешную беседу, и за это время в Императорском Дворце внизу началось движение. Тамошние Всевышние, разумеется, заметили, что их малый мир полностью заблокирован. Во дворце на мгновение вспыхнула паника, но быстро улеглась.
Вскоре из дворца вылетела группа могущественных воинов и встала напротив них.
Шесть фигур источали ужасающую ауру — это, без сомнения, были Непревзойдённые. Остальные были сплошь Всевышними, и их было немало — около сотни. Сила Императорского Дворца и впрямь была велика.
Во главе их стоял старец в белом одеянии, с белоснежными волосами и бородой. Он стоял, заложив руки за спину, его лицо было добрым, а облик — благородным.
Но, увидев его, Лун Цзючжоу и Всевышний Хунмэн одновременно помрачнели.
— Это он! — глухо произнёс Всевышний Хунмэн. — Я так и знал, что это он!
— Кто это? — Тан Тянь не узнавал старца.
— Всевышний Тайцан, — быстро пояснил Лун Цзючжоу. — За последние десять миллионов лет, не считая Цзюнь Чанцина, он был символом целой эпохи. Когда-то его просили выступить против Цзюнь Чанцина, но он занял двусмысленную позицию и не стал вмешиваться. Некоторые подозревали, что он давно в сговоре с Цзюнь Чанцином, но прямых доказательств так и не нашли, и со временем об этом забыли. Не думал, что он и впрямь с ним заодно. Неудивительно, что приспешников Цзюнь Чанцина так и не удалось искоренить. Оказывается, всё это время он дёргал за ниточки.
Тан Тянь промолчал. Судя по всему, это был очень опасный противник.
Всевышний Тайцан, стоя в воздухе, невозмутимо взирал на прибывших.
— Приветствую, господа, — произнёс он. — Давно не виделись.