Глава 701. Круг Всевышних
Словно возникнув из самой ткани мироздания, на пути Тан Тяня предстала группа из семи фигур. Семь Всевышних.
Они собрались вместе и, казалось, что-то пристально изучали.
В тот миг, когда Тан Тянь заметил их, некоторые из них тут же обратили на него свои взоры.
Однако ожидаемой враждебности не последовало. Один из Всевышних, чьи волосы и борода были белоснежны, а лицо сияло здоровым румянцем, одарил его добродушной улыбкой.
— Ого, ещё один собрат-даос отыскал это место, — проговорил он. — В этом поколении, я смотрю, хватает сильных воинов. В прошлом году к этому времени до сердца этих земель добралось лишь трое или четверо.
Старец приветственно махнул рукой.
— Собрат, подходи скорее! Мы почти взломали внешнюю печать!
Остальные мельком взглянули на Тан Тяня, но и в их глазах не было ни капли враждебности.
Тан Тянь молчал. Такая реакция застала его врасплох. Все они, по сути, преследовали одну и ту же цель, а значит, должны были быть заклятыми соперниками, где каждый друг другу — враг. Но, судя по всему, отношения в их кругу были куда более мирными, чем он мог себе представить.
Старый Всевышний, кликнув его, вновь обернулся к своим спутникам, продолжая обсуждение. Остальные и вовсе перестали обращать на Тан Тяня внимание, словно его появление было событием совершенно незначительным.
Поразмыслив, он шагнул вперёд.
Семь величайших воинов столпились у берега кристально чистого ручья. Вода его тихо журчала, время от времени разлетаясь мириадами брызг. Не будь он безжизненным — без единой рыбки или креветки, — его нельзя было бы отличить от любого другого ручья в горных лесах внешнего мира.
И всё же эта обманчиво простая водная преграда остановила их всех, заставив сойтись на одном берегу.
Тан Тянь быстро понял причину.
Над ручьём висел незримый, но несокрушимо прочный барьер. Удивительная завеса, рождённая из предельного хаоса, она являла собой воплощение предельного порядка. В каком-то смысле, это была великая природная формация, только неизмеримо более могущественная, чем любая из тех, что могли возникнуть в упорядоченных мирах. Именно она и преградила им путь.
Но Всевышние не зря носили свой титул. Судя по всему, они были на грани того, чтобы её сокрушить.
— Ты… недавно достиг этого предела? — вдруг спросил старец, что заговорил с ним первым.
Сердце Тан Тяня дрогнуло, но он, не подав виду, спросил:
— Почему вы так решили?
Старец хмыкнул.
— Этот мир поистине безбрежен и бесконечен, но круг Всевышних…
Он вытянул мизинец, а затем большим пальцем указал на его верхнюю фалангу.
— Вот настолько мал. Если ты не решил вести жизнь отшельника, скрываясь от всего мира, то достаточно появиться вовне раз или два, и о тебе тут же станет известно. А ты, парень, не похож на отшельника. Рискну предположить, ты вознёсся в последние пятьдесят тысяч лет?
Тан Тянь, немного подумав, кивком подтвердил его слова. Он ничего не знал о круге Всевышних, и установить с ними контакт было бы нелишним.
— Что ж, тогда тебе несказанно повезло, — рассмеялся старец. — В последние эпохи во внешних мирах осталось совсем мало материи, что позволяет вознестись на наш уровень. Найти её — великая удача. Так что же помогло тебе стать Всевышним? Останки Природы?
Тан Тянь не ответил, лишь молча смотрел на него. Старец вновь усмехнулся и больше не настаивал.
Краеугольный камень, на котором зиждется целый мир, — вот что лежит в основе силы каждого Всевышнего. И этот камень — величайшая тайна каждого из них. Старец, очевидно, видя молодость Тан Тяня, пытался выведать его секрет, но тот был не так прост. С виду добродушный и благожелательный, как мудрый наставник, он исподтишка плёл свои интриги.
Однако Тан Тянь не ожидал, что тот упомянет Останки Природы. Лун Цзючжоу уже говорил, что многие Всевышние отправляются в Хребет Угасших Духов именно за ними. Неужели они тоже могут стать краеугольным камнем для вознесения?
«Значит ли это, что те Останки Природы, в которых обитает Котёнок, и те, что ищут они, — одно и то же?»
Тан Тянь быстро отбросил это предположение. Артефакт Котёнка должен быть чем-то куда более особенным.
— Моё имя на Пути — Исянь. Можешь звать меня Старина Сянь, — сменил тему старец. — А как величать тебя, собрат-даос?
Тан Тянь помедлил и назвал одно слово:
— Избранный.
Старина Сянь на миг замер, а затем рассмеялся.
— Это имя… звучит весьма самонадеянно. Собрат-даос Избранный, тебе не стоит так уж осторожничать. Никто здесь не желает тебе зла. Мир Всевышних куда более гармоничен, чем ты себе представляешь.
Тан Тянь мысленно усмехнулся. «Если бы ты только что не пытался выведать мою главную тайну, я бы, может, и поверил».
И всё же это показное миролюбие не давало ему покоя.
— Почему? — спросил он.
Старина Сянь пожал плечами.
— Мы все — Всевышние. И каждый из нас прекрасно знает, на что способен другой. Кто может быть уверен, что сумеет сокрушить противника без остатка? А если не сумеет, и тот ускользнёт? Тогда его ждёт бесконечная месть и нескончаемые беды. Никто не хочет наживать себе столь опасного врага. Поэтому, если на кону не стоит нечто действительно важное, мы предпочитаем жить в мире.
Тан Тянь всё понял.
Величайшая сила Всевышнего — это его собственный, полностью автономный мир. Пока владелец сам не явит его, даже Непревзойдённый не сможет отыскать его точное местоположение. Точно так же, как и его Новый Мир.
Поэтому окончательно уничтожить Всевышнего — задача невероятной сложности. По крайней мере, обычному Непревзойдённому это было не под силу. А раз так, то позволить такому врагу уйти — значит обречь себя на бесконечную войну. При столь огромных рисках гармоничное сосуществование, хотя бы и показное, было единственно верным выбором.
— Ясно, — кивнул Тан Тянь.
— Раз уж ты решил выйти из тени и примкнуть к этому кругу, не стоит быть слишком гордым, — с улыбкой сказал Старина Сянь. — На нашем уровне осталось так мало тех, с кем можно нормально поговорить. Заводить новые знакомства — не такая уж плохая вещь.
Затем он указал на других Всевышних и начал представлять их:
— Вон тот, с седой гривой, — это Всевышний Тяньжуй. Он старше меня на добрую сотню тысяч лет, самый древний и уважаемый из всех нас. А тот высокий мужчина средних лет — Всевышний Чэнпин. Рядом с ним девушка, что едва достаёт ему до пояса, — Всевышняя Юй Де. Эти трое — великие мастера в искусстве взлома формаций, наша главная ударная сила. А ещё есть тот, по имени…
Старина Сянь познакомил Тан Тяня со всеми присутствующими, но те, поглощённые работой над барьером, не обращали на них внимания.
Однако имя последнего человека заставило сердце Тан Тяня дрогнуть.
— А та женщина с выдающейся статью — Всевышняя Сюцзюнь. Она очень сильна. Если кто и способен здесь одолеть другого Всевышнего, то у неё шансов больше всех. И, говорят, у неё весьма непростые отношения с тем исполином, Лун Цзючжоу.
Тан Тянь молча перевёл взгляд на Всевышнюю Сюцзюнь.
И в тот же миг она бросила на них ледяной взгляд.
— Исянь.
Её голос прозвучал тихо, но твёрдо.
— Довольно.