Глава 251. Дерзость до конца
Услышав слова Тан Тяня, Гуань Ю застыл на несколько мгновений, а затем резко вскочил на ноги, едва не опрокинув стул.
— Вот чёрт! — он вытаращил глаза. — Ты и вправду это сказал?
Тан Тянь жестом велел ему успокоиться.
— Сказал это я, а не ты, — с улыбкой произнёс он. — Чего ты так разволновался?
Глядя на невозмутимое спокойствие Тан Тяня, Гуань Ю снова сел, придвинулся ближе и торопливо зашептал:
— Господин Тан, дорогой мой! Вы действительно это сказали? Да вы же теперь противопоставили себя всем ученикам Небесного Дворца! Они же вас теперь в покое не оставят, будут бросать вызов один за другим, пока не одолеют!
Тан Тянь лишь усмехнулся.
— А если бы я промолчал, — возразил он, — они бы оставили меня в покое?
Гуань Ю замер.
И в самом деле. Имя Тан Тяня уже гремело по всему Небесному Дворцу. Пока он остаётся непобеждённым, поток желающих испытать его силу не иссякнет. Что бы он ни сказал, как бы себя ни вёл, этого было не изменить.
Но всё же Гуань Ю считал, что это было ошибкой.
— Слова-то верные, но… вы же сами себя на костёр отправляете!
Тан Тянь помолчал, а затем неожиданно сменил тему:
— А что об этом думает верхушка Небесного Дворца?
Гуань Ю на миг растерялся, но потом, поразмыслив, ответил:
— Высшее руководство… Да им, по правде говоря, всё равно. Более того, им это лишь на руку. Небесный Дворец всегда поощрял здоровую конкуренцию между учениками. И они куда больше ценят дерзких и ярких личностей, нежели сдержанных и следующих правилам тихонь. Такие, как вы, зажигают в других боевой дух. В условиях честной борьбы подобное соперничество идёт на пользу всему Дворцу.
Выслушав это, Тан Тянь пожал плечами.
— Ну вот и отлично. Раз уж верхушка это поощряет, о чём беспокоиться? Слово сказано. Кто не согласен — пусть приходит.
Глядя на его безмятежное лицо, Гуань Ю лишь горько усмехнулся.
— Господин Тан, вы так и не поняли, о чём я. Умеренная провокация — это одно, но ваши слова… вы разворошили осиное гнездо! Вы просто не представляете, с каким ужасающим зверем вам предстоит столкнуться.
Он понизил голос, продолжая объяснять:
— Я уже рассказывал вам про Списки Неба и Земли. Но те, кто стоит на верхних строчках Списка Земли, и тот же Ли Фэй — это воины совершенно разного уровня! Первая двухсотка — это уже владения Небесных Бессмертных. Ли Фэй рядом с ними и мгновения не продержится, будет сражён одним ударом! А сотня из Списка Неба — это и вовсе драконы среди людей, гении из гениев. Среди них Таинственных Бессмертных — пруд пруди, а я слышал, есть даже несколько Золотых Бессмертных! А ведь есть ещё и те, кто стоит выше Списка Неба… Вы и впрямь уверены, что сможете одолеть их всех?
Тан Тянь молчал. Он-то полагал, что в Списке Земли — Истинные Бессмертные, а в Списке Неба — Небесные. Похоже, он сильно недооценил эти рейтинги.
Но… вот это уже было интересно! Если бы все они были уровня Ли Фэя, ему бы пришлось в очередной раз разочароваться в так называемых исполинах Небесного Дворца.
— И ещё один важнейший момент, который вы упускаете, — не унимался Гуань Ю. — Нынешние Списки Неба и Земли включают лишь тех, кто только в этом году стал полноправным учеником. Каждый год приходят столь же чудовищно одарённые практики. И сила тех, кто пришёл раньше, будет лишь страшнее!
Тан Тянь кивнул. Небесный Дворец простоял тысячи лет, и накопленная им мощь была невообразимой. Взять ту же Фею Линло — за какие-то двадцать лет она стала Бессмертной Владыкой, одной из величайших сил под этими небесами. Он был уверен, что в стенах Дворца найдутся и те, кто превосходил её в одарённости.
Но.
Услышав всё это, Тан Тянь не ощутил ни капли страха. Лишь азарт.
Наконец-то. Наконец-то появились сверстники, способные стоять с ним на одной ступени. С самого своего прихода в этот мир, он, по правде говоря, слишком сильно опережал ровесников. Ему приходилось иметь дело лишь со старыми хрычами, и это было довольно… одиноко.
Что ж, теперь скучать точно не придётся.
Ли Фэй — лишь начало. Грядущее обещало быть куда интереснее.
Видя молчание Тан Тяня, Гуань Ю решил, что сумел до него достучаться.
— Теперь вы понимаете всю серьёзность положения? Я считаю, вам лучше выступить с разъяснениями. Сказать, что ваши слова не были направлены против всех учеников. Если гордость не позволяет, можете пустить слух через меня. Так, по крайней мере, самые могущественные из исполинов не обратят на вас своего внимания.
Но, увы, он ошибался. Узнав, что верхушка Дворца не имеет ничего против, Тан Тянь отбросил последние сомнения.
Исполины? Пусть только попробуют не прийти.
— У меня и впрямь есть слова, которые я хотел бы передать через брата Гуаня, — сказал Тан Тянь.
Гуань Ю поспешно закивал:
— Говорите же!
Тан Тянь задумался на миг.
— Когда я сказал, что среди учеников Небесного Дворца нет ни одного бойца, я был не совсем точен. Дело не в том, что они не могут драться… они просто не умеют. Изнеженные, высокомерные, насквозь пропитанные дурными привычками. Они понятия не имеют, что такое настоящая битва. Я лишь хочу донести до них одну мысль: в бою на смерть все их хвалёные приёмы — не более чем цветочные кулаки и вышитые ноги. От них нет ни малейшего толка. Если описать их одним словом, то это слово — «салаги».
Он говорил совершенно спокойно, но слова его были подобны девятому валу.
— И если представится случай, я покажу им, что значит быть истинным воином.
Когда он закончил, Гуань Ю с шумом вскочил на ноги, глядя на него с полным неверием.
А Тан Тянь говорил от чистого сердца. Пусть он ещё не видел тех самых гениев с вершин списков, но и испытание на Девяти Хребтах, и недавний бой показали ему: техники учеников Небесного Дворца были по большей части показухой. Боевого опыта, особенно опыта схваток на грани жизни и смерти, им отчаянно недоставало.
Возможно, именно поэтому руководство Дворца и поощряло подобные вызовы.
Так что Тан Тянь решил воспользоваться этим случаем, чтобы заодно и встряхнуть учеников Небесного Дворца, задать им правильный тон.
Раз уж он решил быть дерзким, то пойдёт в этой дерзости до конца!
— Полагаюсь на тебя, — серьёзно произнёс он.
Гуань Ю долго смотрел на него, а затем протяжно вздохнул.
— Ты… ты безумец… Но я уверен: если ты сможешь подкрепить свои слова делом, верхушка Небесного Дворца вознесёт тебя на пьедестал.