Глава 201. Разрешить все вопросы
В глубине, под Древним колодцем Мысленного Источника.
Чи Юань сидел на ледяном полу, оцепенев, и бережно сжимал в руках маленький ларец.
Он выглядел невероятно ослабшим, словно за эти несколько дней постарел на десятки лет. Но огонь безумия, прежде полыхавший в его глазах, наконец угас, уступив место просветлённому покою. Столетние оковы сердечного демона, терзавшие его душу, в этот миг обратились в прах и развеялись без следа.
Рядом с ним беззвучно возникла фигура Тан Тяня.
Чи Юань обернулся и, медленно поднявшись на ноги, взглянул на него.
— Как ты? — тихо спросил Тан Тянь.
Чи Юань перевёл взгляд на открытый ларец в своих руках и протяжно вздохнул.
— Он... велел мне беречь Секту. Беречь всё, что меня окружает.
Сердце Тан Тяня дрогнуло.
Этот «он», без сомнения, был Даос Бамбуковой Рощи. Значит, оставленное им наследие оказалось ключом ко всему. Нынешний Чи Юань окончательно сбросил с себя вековую тень. В его глазах больше не было того яростного пламени, что он с таким трудом подавлял.
— Что ж, тогда тебе стоит исполнить его волю, — с улыбкой произнёс Тан Тянь.
Чи Юань кивнул, захлопнул ларец и тяжело опустил руку на плечо Тан Тяня. Он никогда не умел облекать чувства в слова, но сейчас его лицо говорило о благодарности красноречивее любых речей.
— Ладно, главное — с тобой всё в порядке, — сказал Тан Тянь. — Только не сходи больше с ума, а то так и до смерти напугать можно. Великий Старейшина из-за тебя пострадал весьма серьёзно.
Чи Юань хрипло рассмеялся:
— Так я и знал! Этот старый хрыч мне не ровня. Вздумай я с ним биться всерьёз, разделал бы под орех.
Тан Тянь лишь усмехнулся про себя. Он прекрасно понимал, что Ли Тяньхуа просто не желал причинять вреда и лишь защищался. В истинной схватке Великий Старейшина всё же был на волосок сильнее. Но он не стал рушить иллюзию Чи Юаня и, перекинувшись с ним ещё парой слов, покинул колодец вместе с ним.
Перед уходом Тан Тянь вернул ларец на его прежнее место, не тронув ничего более. Это место было сокровенной вотчиной одного юноши, и пусть оно таким и останется.
Выбравшись наружу, они присели под старой акацией. Чи Юань обвёл двор взглядом, полным светлой печали.
— Я здесь всего во второй раз, — проговорил он. — Впервые — когда дедушка Бамбук только-только отстроил это место.
Тан Тянь налил ему чашку чая и спросил:
— Ты помнишь, что случилось перед тем, как ты впал в демоническое состояние?
Чи Юань отпил глоток и, подумав, ответил:
— Смутно. Я сидел в медитации, и... сам не знаю как, но я уснул. А во сне увидел дедушку Бамбука... Когда я очнулся, я уже был здесь.
Тан Тянь замолчал. Сила Господина Лу, без сомнения, была куда глубже, чем казалось на первый взгляд. Заставить Чи Юаня пасть жертвой сердечного демона, да так, чтобы он этого даже не заметил... На такое не способен обычный практик стадии Вознесения.
— Так что произошло? — спросил Чи Юань.
Тан Тянь, немного поразмыслив, решил рассказать ему о случившемся, но опустил некоторые детали. Он не упомянул ни о том, что Господин Лу когда-то жил здесь, ни о том, что он вероломно спрятал наследие Даоса. Чи Юань только что обрёл покой, и не стоило омрачать его просветление новой жаждой мести. Он лишь сказал, что случайно обнаружил ларец на дне колодца.
Выслушав его, Чи Юань тихо вздохнул.
— Вот же коварный и расчётливый малец... Но он всё равно проиграл. Это место по праву твоё, и ничьё больше.
Тан Тянь кивнул. Время близилось к полудню, и он не сомневался, что результаты голосования вот-вот объявят. Однако он не собирался занимать этот пост.
— Дедушка Бамбук велел тебе беречь Секту? — вновь спросил Тан Тянь.
Чи Юань кивнул.
— Он был... истинным мудрецом. Даже умирая, он не познал ненависти. Напротив, он помог и мне избавиться от неё. Я исполню его волю и буду защищать Секту Голубого Пика до самого конца.
Лицо Тан Тяня озарила улыбка.
— В таком случае у меня есть к тебе одна просьба...
________________________________________
Едва минул полдень, во двор ворвался сияющий Ли Хун.
— Господин, единогласно! — взволнованно выпалил он. — Вы получили полную поддержку всего высшего совета Секты и всех внешних сил! Теперь решено окончательно — пост Владыки Секты ваш!
Тан Тянь спокойно кивнул, не выказав ни капли волнения. Исход был предрешён. К тому же, он уже договорился с Чи Юанем: перед своим уходом из Секты он передаст этот пост ему. Это было то, чего Чи Юань жаждал больше ста лет. И то, что завещал ему перед смертью Даос Бамбуковой Рощи.
Но прежде Тан Тяню нужно было завершить ещё кое-какие дела.
— Свяжись для меня с Юнь Куном. Я созываю общий совет высшего руководства, — произнёс Тан Тянь. — Строительство Секты... я хочу пересмотреть все планы. А ещё... пришло время разобраться с теми, кто занимает место, которого не достоин.
На следующий день Тан Тянь в качестве исполняющего обязанности Владыки Секты созвал всеобщее собрание её верхушки. В отсутствие Владыки он был главным и самым влиятельным лицом в Секте Голубого Пика. Все владыки пиков, старейшины-распорядители и главы ключевых залов — явились все.
На повестке дня стояло лишь два вопроса: развитие Секты и кадровые перестановки.
Что касается развития, Тан Тянь сразу же огорошил всех неслыханным предложением. Он заявил, что они могут строить самые смелые планы, а все расходы он берёт на себя. Он, владелец нескольких сотен тысяч изначального дао-нефрита, мог позволить себе такую дерзость.
После бурных обсуждений высший совет представил всеобъемлющий план развития на ближайшие десять лет. Это был лишь первый этап, который в дальнейшем будет корректироваться. Общий бюджет этого десятилетнего плана составил полмиллиона изначального дао-нефрита. Разумеется, не единовременным вливанием. Двести тысяч на запуск, и по тридцать тысяч ежегодно.
Тан Тянь прикинул цифры и остался доволен. Это был ещё один шаг к его заветной цели — миллиону миллиардов накоплений. Похоже, он успеет собрать нужную сумму до ухода из Секты.
Когда с планом развития было покончено, наступило время кадровых перестановок. По сути, это было сведение счётов. В ходе его противостояния с Господином Лу многие неизбежно сделали неверную ставку и оказались в стане его врагов, доставив ему немало хлопот. Тан Тянь не был мудрецом вроде Даоса Бамбуковой Рощи, готовым простить любую обиду. Виновные должны понести наказание — иначе это было бы несправедливо по отношению к тем, кто поддерживал его с самого начала. Подобное было в порядке вещей, и никто не высказал возражений.
Вскоре, по предложению Юнь Куна и Великого Старейшины, некоторых высокопоставленных лиц сместили с должностей, лишив реальной власти. Других же попросту понизили в звании.
Больше всех досталось старейшине Ханьхаю. Тан Тянь не проявил к нему ни капли снисхождения и сослал его на задворки Секты — сторожить Чёрную Тюрьму. И покуда Тан Тянь сохранял влияние в Секте Голубого Пика, старейшине Ханьхаю было не суждено подняться.
Решив все насущные вопросы, Тан Тянь вернулся во Двор Пурпурного Бамбука. Он погрузился в совершенствование, не забывая следить за делами Торговой палаты, которыми занимался Ван Ган.
Дни, что оставались ему в Секте Голубого Пика, подходили к концу.