Глава 405: «Треплешься, как какой-то апостол»
Стоило божественному пророчеству прозвучать, как Избранники Бога обеих сторон – и зверолюдов, и людей – одновременно атаковали Цинь Чуаня. Даже рядовые звериные солдаты и легионеры людей, позабыв о вражде, развернулись, чтобы окружить его. Всего за пару секунд Цинь Чуань стал центром внимания всего поля боя. Вот только такое внимание ему было совершенно ни к чему.
Мало кому захочется оказаться под прицелом более чем десятка Избранников и многотысячной армии. Члены «Пика», видя это, заволновались и рванулись было на подмогу, но Цинь Чуань их вовремя остановил. В битве такого уровня ни эпический Разрушитель, ни эпический Огненный Дракон не выдержали бы и одного удара Избранника. А вот для избиения обычных солдат они вполне годились.
Цинь Чуань немедленно отправил сообщение в чат гильдии: «Не суйтесь в центр. Сдерживайте войска зверолюдов на периферии, с этими Избранниками я разберусь сам».
— Все слушаем главу, — отозвалась сестра Цзи. — Мы сейчас Избранникам не соперники, только мешаться будем. Если правда хотим помочь – качайтесь быстрее, когда всё закончится.
— Сестра Цзи права, — добавила Е Инло. — Наше дело – отсечь звериных солдат, чтобы у главы не болела голова о тыле.
Решение было принято мгновенно. Цзи Син и Е Инло разделили людей на две группы и начали сдерживать врага с разных флангов. Так они могли максимально эффективно использовать сокрушительный урон Разрушителя и Огненного Дракона. Однако, несмотря на то, что каждый их удар косил ряды врагов, на фоне несметных полчищ зверолюдов это казалось каплей в море. Тем не менее, отступать никто не собирался.
Видя, что всё больше зверолюдов обтекают их позиции, стремясь окружить главу, члены «Пика» занервничали еще сильнее. Но тут на помощь пришла огромная толпа игроков. Возглавлял их лично Лун Тэнтянься!
— Проблемы босса Ночного Странника – это мои проблемы! — Прокричал он на бегу. — Пусть «Династия Лун Тэн» не потянет Избранников, но со зверьем мы как-нибудь сладим!
— Огромное спасибо, глава Лун Тэн, — отозвалась Цзи Син. — Сочтемся после битвы.
— Да ладно тебе, свои же люди! Какие счеты между мной и боссом? — Отмахнулся тот и гаркнул на своих:
— А ну, бойцы «Династии Лун Тэн», не посрамите честь! Показать всем, на что мы способны!
Отклик был громогласным. Будучи сверхкрупной гильдией, Лун Тэнтянься привел с собой еще и несколько филиалов, так что общее число бойцов перевалило за три тысячи. К ним примкнули и другие гильдии. Их лидеры либо имели какие-то дела с Цинь Чуанем, либо просто хотели воспользоваться шансом и наладить контакт. Ведь если удастся получить от Ночного Странника хоть какой-то навык или снаряжение – пусть даже за огромные деньги – это будет невероятно выгодно. У других-то и такой возможности нет.
С приходом подкреплений поток зверолюдов удалось притормозить. Конечно, если рассуждать здраво, исход битвы решался в схватке Цинь Чуаня с Избранниками, но «не мочь» и «не хотеть» – это две большие разницы.
Разумеется, там, где была «Династия Лун Тэн», всегда находились и противники. Расаша, Рубящий Одним Ударом, видя, что Цинь Чуаня снова обложили, воспрял духом:
— Безумная Кровь, готовься! Как только Ночного Странника размажут, сразу рвем за Артефактом!
— Глава, — с сомнением произнес Ра́кшас Яростной Крови, — там же целая толпа Избранников. Даже если Ночной Странник сдохнет, мы не прорвемся. Да и если они там все разом друг друга уничтожили бы – нам сначала придется прорубиться сквозь море зверолюдов… Может, еще разок подумаем?
Расаша на секунду замялся. Довод был логичным. Но он – глава «Зала Расаши», он не может просто взять и забрать свои слова назад. К тому же, если упустить этот момент, Артефакт заберут зверолюды или Церковь, и тогда пиши пропало. Расаша придал голосу строгости:
— Делай, что сказано!
Яростной Крови ничего не оставалось, как пойти выполнять. В конце концов, в таких ивентах потерянное снаряжение оплачивал глава, так что парой смертей больше, парой меньше – не беда. К тому же он смекнул, что вещи, потерянные им на Крайней Северной Ледяной Равнине, можно будет списать под этот шумок. С такой мотивацией Яростная Кровь развил бурную деятельность, ведя «Зал Расаши» в бой без оглядки на риск. Расаша удовлетворенно кивнул – Безумная Кровь не подвел, дело знал туго.
Вернувшись к наблюдению за Цинь Чуанем, Расаша приготовился увидеть его избиение. Но зрелище его лишь расстроило. Ночного Странника не только не били – он сам доминировал на поле боя. Его силуэт мелькал в разных частях сражения, и каждый его выпад заставлял Избранников завывать от боли.
Расаша в душе вовсю честил этих «божьих посланцев». Да что с ними не так? Титулы один громче другого, а на деле – слабаки слабаками. Позорище.
…
Сам же Цинь Чуань не чувствовал ни капли тревоги. Напротив, он был полон азарта. Трещина в небе затянулась, божественные руки исчезли, а то, что упало на землю, искать сейчас было поздно. Но это не важно – здесь была целая толпа Избранников, а это редчайший подарок. Пропустить такой пир божественной силы было бы преступлением. Сегодня он обязан поднять коэффициент преобразования божественного урона выше ста процентов!
Благодаря бесконечным перемещениям «Самого Тёмного Часа», Цинь Чуань не боялся окружения. Прыжок тени в сочетании с Мерцанием позволял ему в мгновение ока перемещаться на тысячи метров. Даже самые масштабные навыки Избранников не могли его достать. А вот его ответные удары, игнорирующие защиту, были смертельно опасны.
Избранники обеих сторон начали чуять неладное. Этот смертный что, на реактивной тяге? Один из них в ярости взревел:
— Смертный! Хватит трусливо бегать! Сразись со мной лицом к лицу, если ты мужчина!
Цинь Чуань бросил в ответ:
— А ты догони сначала! Не можешь – помалкивай. Треплешься тут, как какой-то апостол.
— …
У говорившего Избранника не нашлось слов. А вот среди Культа и Церкви те, кто мечтал стать Апостолами, крепко задумались. Неужели Апостол – это что-то настолько жалкое? Почему в устах этого смертного это звучит как оскорбление? Вроде бы все служат Богу, почему такая разница? Ну да, у Избранников больше божественной силы, их сам Бог выбрал. Но и Апостолы не лыком шиты – они несут волю Божью, их везде почитают… Но слова его всё равно кольнули больно.
Цинь Чуань и не подозревал, что его случайная фраза едва не разрушила веру у верхушки Культа и Церкви. Знай он об этом, припомнил бы еще пару шуточек из прошлой жизни – точно бы до инфаркта довел.